Упрямица - Марш Эллен Таннер - Страница 71

– О чем вы толкуете?!

– Зачем вы притворяетесь? Это просто невыносимо! – Рэйвен чуть не задохнулась. – Вы и сами прекрасно знае­те, что отправились к Беттинс сразу после того, как… – Она судорожно сглотнула. – Сразу после нашей… со­вместной ночи. Она сама мне призналась.

Шарль стоял словно громом пораженный.

– Великий Боже! Так вот… вот почему вы сказали, что ненавидите меня? Поэтому, да? Рэйвен!

– А что еще я могла сказать? Благословить вас на связь с новой любовницей?

К ее удивлению, Шарль запрокинул голову и расхо­хотался.

– Моя бедная малышка, – пробормотал он нако­нец. – Неужели вы вообразили, что я смог бы… после нашей ночи… что я физически смог бы?..

– Но Беттина сказала…

– Беттина – пустоголовое, кокетливое и тщеслав­ное существо. Не знаю, как она разузнала про нас, разве что подглядывала, но даже если так, то все ее злостные выдумки – ложь. Я понимаю, что честное слово контра­бандиста ничего для вас не значит, но даже вы должны признать: я не снизошел бы до плоскогрудой дурочки с умишком комара и жалом змеи.

– О Шарль, – прошептала Рэйвен. И словно ог­ромный груз свалился с ее души, она просияла, как будто и не было кошмарной агонии всех последних дней.

Он обнял ее и нежно прижал к груди. И наверное, снова поцеловал бы, если бы за их спиной не хлопнула дверь.

Рэйвен испуганно вскрикнула, увидев взбешенного Фи­липпа Бэрренкорта. Шарль осторожно отодвинул Рэйвен в сторону и шагнул вперед. Хотя Филипп был выше, капитан совершенно его не боялся. Скрестив руки на ши­рокой груди, он спокойно взирал на взбешенного родствен­ника Рэйвен.

– Кажется, вы злоупотребили моим гостеприимст­вом и скомрометировали мою кузину, капитан! – проши­пел Филипп.

Шарль кивнул. В глазах у него вспыхнули веселые искорки.

– Наверное, вы правы. И я прошу прощения, если огорчил вас, – проговорил он наконец.

– И это все, что вы хотите мне сказать? – спросил Филипп. – Вы просите прощения за то, что огорчили меня? Это просто безобразие, капитан, вопиющее безоб­разие! Я пригласил вас, чтобы обсудить деловое предло­жение и поблагодарить за то, что вы благополучно доставили Рэйвен в Лахор. И что я получил взамен? Вам наплевать на правила хорошего тона! Вы в нарушение всех традиций взяли на себя хозяйские функции и открыли бал первым танцем с Рэйвен. Затем увели её сюда для…для… – Он замолчал, задыхаясь от гнева.

– Филипп, пожалуйста. – вмешалась Рэйвен. Но он резко повернулся к ней и прошипел:

– Иди в зал! Это не твоего ума дело!

Капитан Шарль, заметно помрачнев, шагнул к Фи­липпу. Но прежде чем он успел заговорить, Рэйвен мет­нулась к нему и коснулась его локтя.

– Шарль, умоляю вас, – пробормотала она. Филипп крепко ухватил Рэйвен за руку.

– Пошли, – сказал он. – Пора ужинать.

Уже сидя за столом, она поискала глазами Шарля. Капитан стоял у двери, разглядывая гостей. Когда их взгля­ды встретились, он кивнул ей и уселся в дальнем конце стола, между солидной матроной в плотном платье из тафты и ее постоянно краснеющей дочерью с желтым бантом в прическе. Шарль взял бокал с вином, поднес его к губам и снова кивнул Рэйвен, как бы давая понять, что пьет за нее. Его чувственные губы растянулись в обаятельной улыбке. Девушка вспыхнула и опустила голову. Сердце ее наполнилось теплом и благодарностью.

Уже привыкшая к странным и довольно безвкусным блюдам, которые Хаммад готовил с момента ее приезда к кузену, Рэйвен была поражена нынешним обилием блюд и их экзотическим видом. По знаку Филиппа неведомо откуда взявшиеся слуги в тюрбанах стали разносить тя­желые подносы со всевозможными лакомствами. Здесь были и любимая европейцами свинина, нашпигованная чесноком, и шашлык, полюбившийся военным, участво­вавшим в кампаниях в горах Афганистана, и холодец из свиных ножек с нежнейшим и прозрачным желе. Удивля­ли и фаршированные дикие утки, лично подстреленные Филиппом два дня назад на речке Рави. Были здесь и креветки в муке и кокосовом орехе, слегка поджаренные в масле. Поражало обилие свежих фруктов, а также цука­тов из всевозможных плодов с медом. И каждое из блюд распространяло восхитительный, возбуждающий аппетит аромат.

Рэйвен впервые за время пребывания у кузена ела с удовольствием. Однако не теряла из вида и Шарля. Она то и дело поглядывала на его широкоплечую фигуру, на выгоревшие волосы, поблескивавшие в свете свечей. Хотя он большую часть времени флиртовал с польщенной его вниманием юной соседкой, Рэйвен не ревновала, ее серд­це пело от счастья – ведь Беттина Бейтмэн оказалась злокозненной лгуньей. Когда взгляды их встретились, Шарль снова кивнул ей, и на сей раз глаза его сияли, обещая любовь и защиту.

– Мисс Бэрренкорт!

Рэйвен повернулась, услышав тихий голос, и увидела перед собой Сару Брумфилд, жену бригадного майора. Женщина склонилась к ней с ласковой улыбкой:

– Как вы думаете, не пора ли дамам удалиться в гос­тиную, чтобы мужчины покурили и глотнули немного рома?

Рэйвен кивнула и приготовилась подняться из-за сто­ла. Но тут на ее плечо легла тяжелая рука кузена. Он громко выкрикнул:

– Прошу минуту внимания, леди и джентльмены!

В столовой тотчас же воцарилась тишина. Все взгля­ды обратились к Филиппу. Он медленно поднялся и раз­гладил складки своего элегантного, но уже вышедшего из моды пиджака. Гости с нетерпением ожидали его слов.

– Я должен вам кое-что сообщить, – немного по­молчав, проговорил Филипп. – Вы все уже познакоми­лись с моей кузиной, мисс Рэйвен Бэрренкорт.

– Но не все имели счастье станцевать с ней! – прокричал молодой человек откуда-то справа.

Все рассмеялись, и Филипп поднял руку, дожидаясь тишины.

– Ну-ну, Треллинг, после ужина еще будет возмож­ность потанцевать. Я уверен, что Рэйвен с удовольствием исправит это упущение. – Он с упреком взглянул на кузину, густо покрасневшую при этом замечании. – Од­нако у нас есть еще одна причина для торжества!

– Ты, как всегда, все превращаешь в театр, – про­ворчал майор Вайандотт, когда Филипп, снова сделав па­узу, отпил вина из своего бокала.

– Ну что ж, пусть так, но для этого у меня имеется уважительная причина. Не каждый день такой закорене­лый холостяк, как я, заявляет, что скоро женится. Мисс Бэрренкорт и я – жених и невеста!

Изумленный крик Рэйвен потонул в поднявшемся гвал­те, последовавшем за объявлением Филиппа. Каждый счел своим долгом поздравить «невесту».

– Но это недоразумение! – крикнула Рэйвен, пы­таясь выбраться из окружившей её шумной толпы. Одна­ко слова её так никем и не были услышаны из-за громкого хора мужских голосов, скандировавших: «Поздравляем же­ниха!» Филипп с улыбкой раскланивался в ответ на поз­дравления.

Отталкивая тянувшиеся к ней руки, Рэйвен высмат­ривала Шарля. Ее охватило ужасное предчувствие, ибо она не видела его среди гостей. Рэйвен в отчаянии рвану­лась к двери. Она должна была отыскать его, объяснить ему, что заявление Филиппа – просто глупая шутка! Позже она постарается разобраться со всем этим и выяс­нить, что заставило кузена совершить столь безрассудный поступок. А сначала следовало найти Шарля, чье исчез­новение означало только одно: он принял слова Филиппа за чистую монету и был глубоко оскорблен ее предатель­ством!

Распахнув входную дверь, Рэйвен с облегчением пе­ревела дух, увидев широкую спину Шарля, отвязывавше­го лошадь от деревца в дальнем конце лужайки. Подняв юбки, она уже хотела помчаться к любимому, но кто-то крепко схватил ее сзади за плечи и, зажав рот рукой, поволок к веранде.

Рэйвен повернула голову и увидела безумные глаза Филиппа Бэрренкорта. Он ухмыльнулся.

– Решили пораньше покинуть наших гостей, доро­гая? Не думаю, что все они уже успели нас поздравить.

– Что за дьявольскую шутку вы разыграли? – за­дыхаясь, проговорила Рэйвен.

– Это вовсе не шутка, дорогая. Я долго размышлял после того, как увидел вас, появившуюся в моем доме словно свежее дыхание весны. Сначала я не знал, как же мне лучше всего распорядиться щедрым подарком отца, да благословит Господь его добрую душу. Но в конце концов принял единственно верное решение.