Очарованный принц - Марш Эллен Таннер - Страница 37

Джемма удивилась своим невероятным мыслям. Не так давно она скорее умерла бы, чем добровольно поделилась своими деньгами с Коннором. И вот теперь она мечтает о лучшей жизни для них двоих, купленной на ее собственные деньги! «Джемма, девочка, — обратилась она к себе в манере Макджоувэна, — в твоем сердце произошли разительные перемены».

С любовью вглядываясь в лицо спящего Коннора, Джемма осознала, что готова провести на этой заброшенной ферме остаток жизни — при условии, что он будет рядом.

— Оу! — вскрикнула она от неожиданности. Коннор без предупреждения схватил девушку за подол юбки, притянул к себе и уложил ее рядом.

— Я не заметила, когда ты проснулся, — переводя дух, прошептала Джемма.

Коннор лишь улыбнулся в ответ своей дьявольски привлекательной улыбкой и звучно поцеловал ее. От вчерашней усталости не осталось и следа: перед Джеммой был мужчина, который страстно желал ее. И она тотчас откликнулась на призыв. Обвив руками его шею, девушка тесно прижалась к теплому сильному телу Макджоувэна, позабыв и про щенка, запертого в хлеву, и про завтрак на огне.

Коннор не спеша раздел Джемму. Он обласкал и обцеловал ее всю, не пропустив ни одного дюйма. И нашел, что она стала еще желаннее, еще слаще за время их разлуки. У него перехватило дыхание, когда Джемма нежно начала возвращать ему любовные ласки. Они разговаривали на языке, понятном всем влюбленным языке нежнейших прикосновений, полувздохов, полушепотов…

— О Коннор, — выдохнула Джемма, растворяясь в объятиях Макджоувэна.

Он притянул ее к себе и обхватил руками соблазнительные упругие ягодицы. Она тотчас же почувствовала его требовательное, еле сдерживаемое желание. Какое-то мгновение они молча смотрели в глаза друг другу. Затем Коннор медленно вошел в нее и углубился в манящее пленительное тепло женской плоти. Джемма обхватила его ногами. И началось стремительное и упоительное восхождение к вершине наслаждения. Тела их сплелись и закружились в любовном танце, столь же древнем, как движение во вселенной.

Это пришло довольно быстро. Неожиданное и желанное, как всегда. И было подобно взрыву, вспыхнув в их сознании миллионами ослепительных искр и озарив ярким светом все их существо, наполняя каждую клеточку тела сладкой болью.

«Я люблю тебя», — подумал Коннор исступленно, склоняясь над содрогающейся в экстазе Джеммой.

Позже они молча лежали, совершенно изнемогшие от страсти. Лежать вот так, прижимая к груди притихшую Джемму и прислушиваясь к гулкому стуку ее сердца, доставляло Коннору не меньшее наслаждение, чем любовные ласки. «Я люблю тебя», — твердил Коннор про себя. Но произнести эти слова вслух так и не решился: мешал груз долгих сумбурных лет холостяцкой жизни и элементарный страх быть осмеянным. Как же его мучила эта хоть и объяснимая, но все же такая нелепая трусость!..

Его размышления прервал сильный треск. Коннор и Джемма чуть не подскочили от неожиданности. Оказалось, сгорел котелок, забытый на огне. Теперь уж тем более не до признаний.

— Ну вот, — произнесла Джемма в отчаянии. — Теперь нам не в чем кипятить воду и готовить еду.

— Не стоит беспокоиться, — с деланной бодростью ответил Коннор, все еще находясь под властью своих невеселых мыслей. — Я привез много разной кухонной утвари.

Джемма просияла.

— Правда?! И где же она?

Он невольно улыбнулся, видя ее явное восхищение.

— Осталась в повозке. Беги за ней. Ну-ка, кто быстрее?

Они стали одеваться.

— Это несправедливо! — жалобно воскликнула Джемма, не в силах справиться с множеством крючков на юбках. — Мог бы мне и помочь.

Но Коннор знал, что ему лучше держаться подальше от нее, иначе они никогда не выберутся из постели.

— Извини, но ты сама виновата. Вы, женщины, носите на себе столько лишних вещей и с таким неимоверным количеством застежек!..

— Да, но, между прочим, расстегивала их не я, — возразила девушка. Коннор усмехнулся.

— Увидимся на улице, — стоя в дверях, рассмеялся Коннор.

— Нечестно играешь, Макджоувэн, — упрекнула Джемма.

— Разве ты не знаешь, что я всегда так поступаю? — подчеркнуто зловредным тоном протянул Коннор и вышел.

Стоя на пороге, он окинул взглядом двор и конюшню. Улыбка медленно сползла с его лица. Он не был дома больше недели, и теперь более трезво оценил, какое все ветхое и запущенное вокруг! Придется работать не покладая рук, чтобы как следует подготовиться к предстоящей зиме.

Пони встретил Макджоувэна нетерпеливым ржанием. Вчера Коннор слишком устал, чтобы накормить бедное животное, и теперь дал ему лишнюю порцию овса. Мимо с диким лаем промчался Поп. Коннор оглянулся. Возле повозки стояла Джемма. Лицо ее сияло от восторга.

— Здесь столько замечательных вещей, — с жаром воскликнула она.

Да, это была правда, Он привез для Джеммы скамеечку для ног с изумительной вышивкой, для себя — прекрасный бритвенный прибор, купил запасные одеяла и сатиновое белье, корзину с цыплятами, различную кухонную утварь и несколько фунтов масла.

— Как ты расплатился за все это? — спросила Джемма, забираясь в повозку самым неприличным для молодой леди образом и вылезая оттуда с курицей в руках, которая каким-то чудом выжила в морозную ночь и теперь возмущенно квохтала от голода. — Ты использовал мои деньги?

— Да, — ответил Коннор, заранее приготовившись к той вспышке гнева, которая, как он знал, сейчас последует.

К его огромному удивлению, Джемма радостно засмеялась.

— Ты молодец, что поступил так разумно, — сказала она, обнимая Коннора.

Нет, он вел себя крайне неразумно. Иначе разве позволил бы он этим колдовским зеленым глазам так глубоко проникать ему в сердце? Да если бы у него было хоть немного здравого смысла, он повернулся бы и пустился бежать отсюда, чтобы никогда больше не знать ее рук, так нежно обвивающих его шею, и этих губ, перед которыми невозможно устоять.

Долгий страстный поцелуи ревниво прервал своим звонким лаем Поп, яростно атаковавший лодыжки Кон-нора. Тот хотел отшвырнуть несносное создание ногой, но Поп ловко увернулся и возобновил нападение. Наблюдая за тщетными усилиями Макджоувэна, Джемма начала тихонечко хихикать.

— Оставь это пустое занятие, Коннор, — посоветовала она. — Иначе он разорвет твои единственные ботинки.

«У меня их не одна дюжина», — вертелось на языке у Макджоувэна, но он сдержался, неохотно отпуская Джемму из своих объятий.

Они принялись разгружать повозку. Это было похоже на Рождество! Джемма радостно вскрикивала при виде каждой новой вещи. С улыбкой глядя, как она носится со своими новыми кастрюльками и сковородками, Коннор не мог поверить, что перед ним та самая женщина, которая чуть не убила его из-за шкатулки с драгоценностями.

— А этот ящик очень тяжелый, — перебила Джемма размышления Коннора. — Мне не терпится посмотреть, что в нем.

И когда Макджоувэн гордо открыл крышку, она замерла от восторга.

— Вино! О Коннор!

— Не можем же мы прожить всю зиму на одной воде.

— Конечно, нет. Ты умница! — она читала надписи на этикетках с явным одобрением. Когда же девушка извлекла последние дв бутылки, лицо ее нахмурилось.

— Что-то не так, Джемма? — поспешно спросил Коннор. — Я знаю, ты не поклонница бренди, но подумал, что ты не будешь возражать, если я приобрету парочку бутылок для себя.

— Я не возражаю, — в замешательстве произнесла та. — Но скажи, ты сам выбирал это? — она показала на бутылки.

— Да, а что? — произнес Коннор и тут же понял, какую глупость сморозил.

Бренди было чрезвычайно дорогое и по возрасту превосходило Джемму. Коннор взял его из собственного погреба в Гленаррисе. Напиток приготовлялся во Франции, в Шампани, одной маленькой семьей виноделов, и совершенно невероятным было предположить, что о его существовании стало известно простому шотландскому фермеру, который скорее предпочел бы самодельный эль, а не изысканный французский коньяк.

— Я ездил в Инвернесс, — торопливо пояснил Коннор, прерывая тягостное молчание. — Там был и Джечерн. И он посоветовал мне купить именно это бренди. Сам-то я не очень хорошо разбираюсь в винах.