Очарованный принц - Марш Эллен Таннер - Страница 32

Боже милосердный! Если бы она сама знала, что у них на завтрак! Джемма судорожно начала припоминать все, что знала о приготовлении пищи. Перед ее глазами проплывали видения изысканных блюд, которые были плодом труда и фантазии лондонского повара, нанятого ее дядюшкой. Но все они представали перед Джеммой в законченном виде, уже поданными к столу. А тут ей нужно было что-нибудь сделать самой. Вода в котле закипала, и девушка остановила выбор на каше. Она наугад засыпала овсяную крупу и принялась неистово мешать ее длинной деревянной ложкой. Вскоре крупа набухла и начала пыхтеть. Джемма тотчас же сняла кастрюлю с огня. Накрыв стол для завтрака, она пригласила Коннора в дом, и пока он умывался в углу, решила разложить кашу по тарелкам. Она потянула за ложку, но та не поддалась, девушка потянула посильнее, — безрезультатно. Ложка накрепко увязла в каше. Джемма тянула изо всех сил, у нее даже заболела рука. Каша издавала неприятные чавкающие звуки, но ложку отпускать не желала. Наконец после неимоверных усилий Джемме удалось ее выдернуть. Но о том, чтобы разложить кашу, не могло быть и речи.

— Странно, — пробормотала девушка, — когда я снимала ее с огня, она была совершенно нормальной.

— Ничего страшного, — ободрил ее Коннор, — надо просто добавить немного горячей воды.

Так они и сделали. Каша вновь приняла вполне съедобный вид. Завтрак прошел в полной тишине. Джемма была подавлена неудачей, но еще больше беспокойства ей доставляла мысль о том, что готовить придется три раза в день. Она даже представить себе не могла, как она справится с этой непростой задачей.

Коннор покончил со своей порцией; проглотив последний безвкусный комок, он откинулся на спинку стула.

— М-м-м… У вас получилось неплохо. С нетерпением буду ждать ужина. Посмотрим, какой еще сюрприз вы нам приготовите.

Джемма внимательно посмотрела на него. Смеется он над ней, что ли? Но по непроницаемому лицу Макджоувэна ничего нельзя было понять.

Он прекрасно понимал все страхи и сомнения Джеммы. Глядя на ее беспомощно опущенные плечи, Коннор от души посочувствовал своей незадачливой женушке. Бедняжка Джемма! Ее не смогли сломить ни дербиширские разбойники, ни прохвост дядюшка, ни враждебно настроенный деспот муж, ни тяготы их кочевой, неустроенной жизни, а такая обыденная, издревле считавшаяся женской обязанностью, вещь, как стряпня, окончательно выбила ее из колеи. У Коннора даже в животе заурчало при воспоминании о тех вкусностях, которыми потчевала его во время последнего визита в замок миссис Сатклифф, повариха Гленарриса. О деликатесах же, подаваемых к столу его французским поваром в Эдинбурге, Макджоувэн старался даже не думать…

Ясно одно: пока Джечерн и остальные не разрешат им переехать в Гленаррис, необходимо привить Джемме хотя бы самые простейшие кулинарные навыки. Правда, учитель из него никудышный, но, как говорится, не боги горшки обжигают. Джемма должна научиться готовить. Это в его же собственных интересах.

Глава 18

Так начался удивительно спокойный и гармоничный период в их взаимоотношениях. Объединенные желанием выжить, Коннор и Джемма спрятали поглубже свой гордый нрав и различия в характерах и с необычайным рвением принялись учиться — и обучать друг друга — готовить еду.

Несколько дней в очаге непрерывно горел огонь. А пол хижины был усыпан остатками неудавшихся блюд. Да, поначалу большинство из них получалось абсолютно несъедобными, и маленький Поп все время сидел, ища спасения от удушливого черного дыма сгоревших кушаний. Но очень скоро отвратительные запахи сменились приятными ароматами, а щенок возобновил свои атаки на лодыжки Макджоувэна, требуя от него лакомого кусочка.

Что касается самих Коннора и Джеммы, то они были приятно удивлены, обнаружив, что им нравится новое занятие. Ни один из них и предположить не мог, что будет когда-нибудь заниматься чем-то подобным, но им хорошо работалось вместе, и они получали от этого удовольствие.

Дичи в долине было предостаточно, но Коннор решил, что неплохо было бы включить в их рацион и оленину. И однажды утром, когда как следует подморозило и следы хорошо просматривались, он отправился на охоту.

Подстрелив оленя, Коннор уже собрался освежевать его, но обнаружил, что забыл в хижине свой охотничий нож. Вместо того чтобы оставить тушу и вернуться домой за ножом, он взвалил оленя на плечи и направился к дому.

Неподалеку от хижины протекал ручей. Здесь Макджоувэн и свалил добычу на траву, и здесь же нашла его Джемма.

— Иди сюда, девочка, — весело обратился он к ней, увидев ее. Я покажу тебе способ, которым шотландские охотники разделывают оленя. Ты…

Но Джемма, побелев как полотно, отступила назад. Она не отрываясь смотрела на окровавленную оленью тушу с вывороченными внутренностями, затем повернулась и побежала прочь, но споткнулась, упала на колени. И тут ее вырвало.

Коннор, который никак не мог забыть кошмара болезни Джеммы, не на шутку перепугался и в считанные доли секунды оказался возле девушки. При этом он не мог даже прикоснуться к ней, так как руки его были испачканы кровью. Ему не оставалось ничего другого, как бормотать слова утешения.

— Джемма, девочка…

— Оставьте меня!

— Джемма…

— Убирайтесь, вы, убийца!

Коннор вздрогнул. Уже очень давно она не разговаривала с ним подобным тоном. В бессильном гневе он молча смотрел, как она медленно идет к хижине. Навстречу ей с лаем выскочил Поп, Джемма взяла песика на руки и вошла в дом.

Нахмурившись, Макджоувэн принялся за свое кровавое дело. Черт бы побрал эту девчонку! Кто мог предположить, что она так остро воспримет это? Правильно разделанная и засоленная оленина сохранится в течение долгого времени. Да, это было прекрасное животное, гордое и величественное, с ветвистыми рогами. Но разве у них есть выбор в этой жестокой борьбе за выживание?!

Несмотря на то что он был крайне огорчен происшедшим, Коннор проделал всю работу очень тщательно. Затем, как следует вымывшись в ручье, и отскоблив всю кровь при помощи песка, он вернулся в хижину. Поп лежал под столом; он задумчиво посмотрел на Макджоувэна, но не предпринял никаких попыток атаковать его. Очевидно, запах крови действовал на него так же подавляюще, как и на его хозяйку. Джемма варила суп.

— Вот, — произнес Коннор, Ловким движением он отрезал несколько ломтиков мяса и бросил их в кастрюлю. Вскоре комната наполнилась восхитительным ароматом оленьего мяса. Коннор улыбнулся, видя, как потягивает носом Джемма.

— В холодный осенний день нет ничего лучше тушеной оленины, — желая задобрить Джемму, осторожно сказал он.

— Вы правы, — ответила девушка.

«Буря миновала», — с облегчением подумал Коннор. Он решил дождаться, когда Джемма вместе с Попом уйдет гулять к озеру, и тогда закончить засолку мяса и очистить шкуру. Из шкуры он предполагал сшить Джемме теплые рукавицу. Ее тоненькие перчатки не годились для здешних холодов.

Позже ночью, когда Джемма уже спала, Коннор, сидя за работой, вдруг почувствовал, что испытывает удовольствие, мастеря вещь своими руками. Ему вообще очень нравился тот образ жизни, которую они вели в хижине старого Додсона. Сами добывали себе еду, сами готовили. Не то чтобы он собирался провести так остаток своей жизни, добывая в поте лица хлеб насущный. Но в глубине души Коннор осознавал, что пройдет время, и он будет вспоминать эти дни, проведенные в уединении с Джеммой, как самые счастливые, и сожалеть о них словно об утраченном чуде.

Идиллия была бы полной, если б Джемма наконец пустила его в свою постель. Сколько уже прошло дней, с тех пор как он вернулся из Гленарриса? Пять? Шесть? Вполне достаточно, чтобы ее «проблемы» закончились. Находиться все время рядом с Джеммой, работая бок о бок в тесной кухне, а ночью предаваться печали об обладании этой упрямой бестией было для Коннора невыносимой пыткой.

Да, он хотел ее. И Джемма, как предполагал Коннор, тоже его хотела. Иначе, как объяснить недвусмысленные взгляды, которые она иногда бросала на него украдкой, думая, что он ничего не замечает. Подчас, разгоряченные работой, смеясь какой-нибудь шутке, они вдруг замирали, встретившись взглядами. И глаза их, полные страсти, говорили больше, чем слова.