Очарованный принц - Марш Эллен Таннер - Страница 11

Потирая ноющие мышцы, Макджоувэн подошел к камину и свирепо принялся мешать тлеющие угли. Когда огонь разгорелся, Коннор уселся за стол и налил себе чаю.

— Вставайте, пока завтрак окончательно не остыл, — скомандовал он. Но ответа не последовало.

Макджоувэн нахмурился. Всю ночь с кровати доносились всхлипывания Джеммы. Несомненно, сейчас девушка просто спала, измученная собственными слезами. Пусть себе спит. По крайней мере это избавит меня на какое-то время от новых рыданий, подумал Коннор и нахмурился еще сильнее. Почему он никак не может забыть о ее переживаниях? Может быть, потому, что он единственная тому причина? Впрочем, Коннор не впервой становился виновником чужих страданий. Раньше это мало беспокоило его, но теперь… И почему он набросился на девушку словно дикое животное, не в силах обуздать собственную похоть? Ведь Джемма была отнюдь не первой девственницей, с которой Макджоувэну приходилось иметь дело. И он хорошо знал, каким терпеливым и бесконечно нежным должен быть мужчина в подобных случаях. А вместо этого повел себя с ней как разнузданный болван, причинил ей боль и глубоко ранил ее чувства. Теперь, вероятно, она будет думать, что все мужчины — последние скоты, и что занятие любовью не сулит женщине ничего хорошего.

Но, черт побери, кто может осудить его за это? Не иметь женщины Бог знает сколько времени, а потом получить такую, как Джемма Бэрд! Тут любой потеряет голову. Даже сейчас воспоминание о близости с ней вызвало у Коннора дрожь желания. Он снова хотел ее, и еще больше, чем прежде. Однако теперь благодаря твоим собственным стараниям это удастся осуществить не так скоро, зло уколол себя Коннор.

Он то и дело поглядывал в сторону кровати, но там все было тихо. Спустя некоторое время Макджоувэн начал подозревать, что Джемма проснулась, но не хочет вставать, чтобы избежать встречи с ним. Черт! Она ведь наверняка ужасно голодна, и ей не терпится привести себя в порядок после того, что произошло прошлой ночью. А он торчит здесь как последний идиот, стесняя ее своим присутствием. Тотчас вскочив на ноги, Коннор схватил свою медвежью шкуру.

— Я ухожу. Не буду беспокоить вас до отъезда, — пробормотал он и выскочил из комнаты.

После того как дверь с грохотом захлопнулась, Джемма осторожно откинула край одеяла и выбралась из кровати. Подбежав к тазу, она склонилась над ним в приступе сильнейшей тошноты, которая мучила бедняжку все утро. Казалось, ее вот-вот вырвет. Джемма склонилась над тазом еще ниже, но ничего не произошло. Все тело разламывалось от боли. Но самым ужасным было сознание того, что случилось, того, что она откликнулась на страстный натиск Коннора и в какой-то момент даже испытала удовольствие от близости с ним. Джемма выждала еще какое-то время, затем смыла кровь с внутренней стороны бедер…

Как же она ненавидела Макджоувэна! Бежать! Бежать как можно скорее от этого ужасного человека, прямо сейчас. Не дожидаясь, пока они остановятся на ночь в следующей гостинице и снова повторится весь этот кошмар!

В изнеможении опустившись на стул, Джемма принялась за еду. Она машинально съела все, что оставил ей Коннор, не обращая внимания на то, что пища была уже холодной и застревала у нее в горле.

Ах, если бы только у нее было хоть немного денег или ключ от шкатулки с драгоценностями! Но дядя Арчибальд предусмотрительно отдал все Макджоувэну. Может, они заранее подозревали, что она попытается бежать? Если так, то осуществить ее замысел будет делом непростым. Такого, как Коннор Макджоувэн, провести не так-то легко. Казалось, от его острого взгляда не ускользает ни одна мелочь.

Он так же умен, как и отвратителен. «Скорее всего, он следит за каждым моим шагом, — подумала Джемма. — Я должна во что бы то ни стало найти какой-нибудь выход. Но какой?» Девушка со злостью смахнула навернувшиеся на глаза слезы. С нее хватит. Она достаточно наплакалась прошлой ночью. Истерики не помогут ей одолеть Коннора Макджоувэна. Она должна сохранять спокойствие и здравомыслие, чтобы вырваться из лап своего мучителя.

Убить его, что ли, подумала Джемма, но тут же досадливо отмахнулась от этого нелепого намерения. У нее не было оружия, а кроме того, она просто не способна на хладнокровное убийство — даже такого ненавистного ей человека, как этот проклятый шотландец. Однако мысль о возможной гибели Коннора от ее руки была настолько приятна Джемме, что даже заставила девушку слабо улыбнуться. А может, на нее благотворно подействовала еда…

Джемма по природе не способна была надолго впадать в уныние. Множество обид и унижений, которые она испытала, живя сиротой в доме своего дяди и его вздорной жены, научили ее не отступать перед жизненными трудностями и не терять присутствия духа в любой ситуации. Что ж, дядя Арчибальд может спокойно умыть руки, избавившись от племянницы подобным образом, а Макджоувэн — считать, что ему посчастливилось заполучить богатую невесту. Но им не удастся сбросить ее со счетов! Не на ту напали. Ну и что ж, что шотландец хитер как лис? Ей тоже ума не занимать. Посмотрим, кто выиграет в этой схватке!

Раздался стук в дверь. Джемма вскочила, готовая ринуться в бой. Но это оказалась жена хозяина гостиницы. Она принесла чайник с кипятком и сообщение о том, что Коннор ждет свою жену внизу. Лошади готовы, пора ехать.

— Я спущусь через минуту, — ответила девушка. И лицо ее преисполнилось решимости.

Молчание, воцарившееся меж путниками в карете, было столь же холодно, как и осенний воздух за окном. За все время пути Джемма ни разу даже не взглянула в сторону Макджоувэна, не обмолвилась ни словом. Впервые в жизни Коннор испытал такое равнодушие к своей персоне со стороны женщины, и это сильно задело его самолюбие. Но он решил принять условия игры, предложенной его юной спутницей, и сидел напротив нее такой же мрачный и молчаливый, как и она сама. Однако несмотря на все усилия, ему не удавалось сохранить полное спокойствие в столь близком присутствии Джеммы. Украдкой он поглядывал на плавный изгиб ее чувственного рта, на высокомерно вздернутый подбородок, вспоминая, как страстно целовал эти губы, потом нежную шею, потом… И хотя плащ девушки был плотно запахнут, жадный взгляд Коннора выискивал смутные очертания ее восхитительной груди в тех местах, где края материи неплотно прилегали друг к другу. Вся она была словно создана для любви. И он безумно, до боли, желал ее.

«Ничего, придет время, и я буду обладать тобою, когда только захочу, Джемма Бэрд, — дерзко подумал Коннор. — И тогда-то ты уж точно не будешь такой холодной, как сейчас…»

Солнце уже клонилось к западу, когда они въехали на переполненные улицы Лидса, маленького промышленного городка. Джемму измотало от долгого пребывания в замкнутом пространстве кареты; все ее тело изнывало от боли. В пути они сделали лишь одну короткую остановку на обед. И теперь, едва экипаж замедлил ход, девушка попыталась выпрыгнуть. Но Коннор тут же усадил ее обратно. Между ними завязалась короткая борьба за право выйти первым.

— Я не позволю вам сбежать от меня, — предупредил он Джемму, загораживая проход.

— Но я и не собиралась бежать, — защищалась девушка. — Просто мне нужно выйти.

— Даже и не думайте об этом. Без меня вы никуда не пойдете, — произнес Коннор, с силой сжимая ее запястья.

— В конце концов это просто возмутительно! Вы не имеете права, отпустите меня! — закричала Джемма.

— Здравствуйте. Вам нужна помощь? — внезапно послышался за спиной Коннора чей-то голос.

Обернувшись как по команде, оба путника увидели двоих полицейских, стоявших у дверей кареты.

— Этот парень чем-то побеспокоил вас, мэм? — снова спросил один из них. Внешний вид Коннора явно внушал им недоверие.

Глядя на констеблей, Джемма почувствовала, как у нее за спиной снова вырастают крылья. Вот ее шанс на спасение! Она упечет Макджоувэна за решетку и тем самым навсегда избавится от него.

Девушка быстро овладела ситуацией.

— Да, — заплакала она. — Он дождался, пока я открою дверь. И когда я отказалась дать денег, которые он потребовал, сказал, что выкинет меня из кареты. Пожалуйста, помогите мне! — И она заплакала еще старательнее.