Очарованная невеста - Марш Эллен Таннер - Страница 8

— Мистер Камерон! Я требую, чтобы вы воздержались от…

— А я требую, — ледяным тоном перебил ее Тор, — чтобы вы остановили эту чертову колымагу. Немедленно!

— Вы хотите сбежать? — издевательски спросила Джуэл.

— Я хочу избавиться от ваших лакомств. Или вы предпочитаете, чтобы меня вывернуло прямо здесь?

Джуэл побледнела и крикнула кучеру, чтобы тот остановился.

Тор надеялся, что ему удастся сохранить достоинство, но сил ему хватило лишь на то, чтобы согнуться в три погибели, выбраться наружу и вывалить роскошный обед на обочину дороги.

Это была последняя капля. Такого удара самолюбие Тора уже не выдержало. Недавняя радость свободы покинула его. Все его планы, все надежды на лучшее будущее испарились как дым. За все ужасные месяцы заточения, побоев, голодовок и пыток он еще ни разу не пал так низко, как сейчас.

Невыносимо было думать, что до этого унижения его довела какая-то вздорная рыжая девчонка! Подумать только: стоило ей накормить его порядочной едой — и он уже стоит на коленях!

Но хуже всего было то, что она даже не понимала, что наделала. Задыхаясь, Тор увидел сквозь застилавший глаза туман, что Джуэл вышла из кареты и опустилась на колени рядом с ним прямо в грязь. Она протянула ему жестяную кружку с водой и надушенный платочек. Она крикнула Тайки, чтобы тот достал из дорожного сундука чистую рубаху. Господи, да что же это с ней? Какие мозги надо иметь, чтобы любоваться этой омерзительной сценой?

По крайней мере, у нее хватило мозгов, чтобы промолчать. Тор в изнеможении привалился спиной к колесу кареты, лицо его подернулось пепельной бледностью.

В следующее мгновение он почувствовал прикосновение прохладных пальцев к своему лбу. Это было блаженство! С трудом разлепив веки, Тор увидел, что Джуэл склонилась над ним и пытается определить, нет ли у него жара. Жара не было. Тору показалось, что девушка вздохнула с облегчением.

— Отойдите, — прохрипел он.

Но Джуэл словно не слышала его. Она снова протянула ему кружку с водой. Тору нестерпимо хотелось оттолкнуть эту чертову кружку и послать назойливую девицу куда подальше, но сейчас он был слишком слаб. И слишком хотел пить.

Тор жадно глотал воду, а Джуэл поддерживала кружку у его губ. Ей приходилось также поддерживать и его голову, поскольку Тор не в силах был делать этого самостоятельно.

Утолив жажду, Тор уронил голову на грудь и снова закрыл глаза. Джуэл обтерла его лицо своим носовым платком, и он решил: пускай делает что хочет. Его сейчас не интересовало даже то, что от этих прикосновений ему почему-то стало легче. Главное, что от его гордости теперь не осталось и следа.

— Вы можете держаться на ногах, мистер Камерон?

— Думаю, да.

— Мистер Камерон?

Тор понял, что его ответ прозвучал нечленораздельно. Он с усилием открыл помутневшие глаза и увидел лицо Джуэл — очень бледное и очень юное. И чересчур хорошенькое, черт ее побери! Вдобавок ко всему оно выражало такие чувства, которых Тор просто не мог ей позволить.

— Ради Бога, — пробормотал он, поднимаясь на ноги, — прекратите меня жалеть!

Отстранив Джуэл плечом, он вернулся в карету, тяжело рухнул на сиденье и злобно уставился на Тайки.

— Держись от меня подальше, ты, ублюдок!

Тайки ответил не менее злобным взглядом, а затем укоризненно посмотрел на Джуэл.

Глава 4

— Я знаю, знаю! — сердито прошептала она. Если бы этот невежа не был ей так отчаянно необходим, с какой радостью она оставила бы мистера Камерона валяться посреди дороги! Но выбора у нее не было. Джуэл крикнула кучеру, что можно ехать дальше. Сейчас ей хотелось только одного: оказаться дома, в Глен-Чалиш, и в полном одиночестве!

На ночь они остановились в трактире на окраине Карлайсла, в тихом квартале, где можно было спокойно отдохнуть. Джуэл молча поднялась наверх в сопровождении жены трактирщика, а Тайки и Тору предоставили комнатушку рядом с кухней. Каморка была тесной, душной и неуютной; эмалированный таз и узкие железные койки выглядели отвратительно. Правда, соломенные тюфяки оказались свежими, пол — чисто вымытым, и клопов на первый взгляд вроде бы не было.

Мальчик-слуга развел огонь в камине. Тор рухнул на койку, стоявшую у двери. Но стоило ему только закрыть глаза, как Тайки принялся бешено трясти его за плечи.

— Чего надо? — недовольно проворчал Тор.

Тайки еще немного потряс его для порядка и жестом показал Тору, чтобы тот перебрался на кровать в углу, подальше от двери. Так его будет легче сторожить.

— Иди к черту, — отмахнулся Тор. — Сегодня я никуда не сбегу.

И он не врал. Чувствовал он себя совершенно разбитым. Его сейчас не интересовали те великолепные планы побега, которые он строил в Коукаддене. Теперь ему спешить некуда. Тем более сейчас у него не было даже сил разуться.

Опять закрыв глаза, он расслабился и некоторое время лежал неподвижно. Сквозь дрему до него донесся плеск воды: это Тайки умывался перед сном. В камине трещали поленья, на кухне слышались чьи-то приглушенные голоса, за окном грохоча проехала карета.

Эти привычные, повседневные звуки, казалось, не слышал никто, кроме Тора. «Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем я к ним снова привыкну?» — подумал он.

Заскрипела дверь. Ноздри Тора защекотал запах горячей овсянки. Затем раздался стук деревянных плошек о столешницу. Наклонившись над Тором, Тайки затряс его за плечи.

— Пошел к черту! — огрызнулся Тор. Но Тайки никуда не пошел. Он продолжал грубо трясти его за плечо.

— Дьявольщина! — проворчал Тор. Он сполз с койки, пошатываясь подошел к столу и сел на табуретку.

Тайки пристроился напротив, недоверчиво проверив табуретку на прочность. Пристально глядя друг на друга, мужчины приступили к ужину.

— Фу! В тюрьме и то кормили лучше! — фыркнул Тор.

Это, конечно, была неправда. Тор понял, что даже овсянка может стать райским лакомством, если ею хорошенько набить брюхо. А его брюхо сейчас было абсолютно пустым.

— Почему твоя хозяйка путешествует без служанки? — спросил он в перерыве между двумя ложками.

Тайки пожал плечами.

— Оставила ее дома? — продолжал расспрашивать Тор. — Или у нее нет служанки? Тайки не шелохнулся.

— Или, кроме тебя, с ней никто не захотел иметь дела?

Тайки продолжал жевать, не обращая внимания на издевку.

— Ох, ну черт с тобой. Вижу, от тебя не добьешься толку. Даже если б ты мог говорить, ты бы ее все равно не предал, верно?

Тайки бросил на Тора угрожающий взгляд.

Тору стало смешно.

— Ах, какие мы верные! А ведь ты наверняка знаешь о ней все. Жаль, что ты не можешь просветить меня на этот счет. В конце концов, она ведь моя жена, а солдату нужно как следует подготовиться перед битвой!

Тайки лишь поджал губы. Тор усмехнулся. Сейчас он чувствовал себя намного лучше. В отличие от предыдущих деликатесов овсянка, похоже, не собиралась покидать его желудок, не переварившись. А не рискнуть ли ему опорожнить еще один стаканчик виски? Эта выпивка из Драмкорри — истинный нектар богов! Интересно, это лохматое чудище принесет ему бутылочку, если он попросит? В этом Тор сомневался. Тайки был безоговорочно предан своей юной госпоже, но это не означало, что он готов добывать виски ее так называемому супругу.

Внезапно лицо Тора исказила жуткая гримаса. Выпучив глаза, он вскочил из-за стола и ринулся к двери. Но Тайки оказался проворнее. Его нож, с быстротой молнии выскочивший из кармана, сверкнул перед глазами Тора.

— Убери это! — рявкнул Тор. — Я не собираюсь бежать, черт тебя подери!

Тайки смущенно спрятал нож.

— Мне нужен горшок! — прошипел Тор сквозь плотно сжатые зубы.

Тайки недоуменно огляделся по сторонам и, наконец, понял, в чем дело. Поставив ночной горшок в угол, он недоверчиво смотрел, как Тор, покачиваясь, подходит к нему и расстегивает брюки.

— Тебе интересно?! — прорычал Тор, заметив пристальный взгляд горца. — Я предпочитаю обходиться без зрителей! От этой дрянной стряпни у меня понос!