Бегство от грез - Марш Эллен Таннер - Страница 23

Дверь за дамами со стуком захлопнулась. В помещении повисла тяжелая тишина, прерываемая только шумом дождя, стекающего по черепичной крыше. Прошло какое-то время, прежде чем полковник заговорил снова.

– А я вообразил себе, что в штаб-квартире эта новость по-настоящему всех встряхнула, – мрачно сказал он. – Все эти досужие разговоры о победе – пустопорожняя трескотня: здесь они отчаянно дерутся за свои жизни, ибо Наполеон снова подал сигнал к началу сражения в одиннадцатом часу и здорово потрепал их части. Как это ему удалось собрать другую армию? Уму непостижимо, что во Франции осталось в живых еще очень много солдат, готовых снова встать под знамена своего императора! Любопытно было бы узнать, черт подери, как ему, дьяволу, все же удается приводить в исполнение свои планы?

Лейтенант Синклер хотел было ответить полковнику, но в это время дверь в вестибюле с шумом распахнулась и захлопнулась. Пламя горящих свечей дрогнуло, отбрасывая на потолок пляшущие тени. Лейтенант и полковник резко обернулись навстречу вошедшему. Это был высокий мужчина в намокшем плаще. Сняв с головы бобровую шапку, он коротко поприветствовал полковника.

– Надеюсь, не сильно вам помешал? По-видимому, прислуга не услышала моего стука.

– Йорк! – воскликнул полковник Пемберли-Мартин. – Мы не ожидали увидеть вас здесь! Когда вы вернулись?

– Только что.

Тарквин перевел взгляд на лейтенанта.

– Приветствую тебя, Гарри. Итак, ты вернулся. Что слышно?

– Бог ты мой, как ты выглядишь, Квин! – произнес лейтенант и, пока слуга помогал капитану Йорку снять намокшую одежду и принес ему чаю, стал рассказывать последние новости. Тарквин слушал с серьезным видом, изредка задавая вопросы. Когда лейтенант умолк, Йорк перевел взгляд на полковника, рассеянно прохаживавшегося взад-вперед перед закрытыми окнами.

– А каковы ваши обстоятельства, капитан? – спросил полковник, повернувшись к Тарквину. – Я думал, что вы уже возвратились в свой полк.

– До этого дело пока не дошло. Ночь я провел в штаб-квартире лорда Веллингтона в Сен-Жан-де-Люз.

– Хотел бы я знать, как это вам удалось благополучно проскочить мимо позиций в Ируне?

– Огонь артиллерии был таким плотным, что когда я пробирался сюда, то не смог даже...

Полковник жестом прервал Тарквина, вопросительно глядя ему в лицо.

– Что вам удалось выяснить? Мы слышали о победе французов при Шампобере, но не имели совершенно никаких сведений об испанской кампании. И где же теперь части армии Веллингтона?

– Половина из них все еще находится в Байонне, тогда как батальоны генерала Хилла уже находятся на подступах к Пау. Лорд Веллингтон отдал недавно приказ пехотным батальонам продвигаться в направлении Ируна, и вполне вероятно, что две дивизии тяжелой кавалерии подоспеют на помощь пехоте завтра.

– А где находится ваш полк?

– В настоящее время он дислоцируется в районе Ниве, сэр. Я узнал, что наши части окружили город и моя помощь там уже, вероятно, не потребуется. Лорд Веллингтон поручил мне доставить донесение в штаб-квартиру союзников в Шатильоне, и утром я отправляюсь в дорогу.

– В Шатильон?

– Да, сэр.

– Пир Исмаил Хан поедет с вами?

– Да, сэр.

Полковник Пемберли-Мартин рассеянно кивнул.

– Вся эта затея с маршалом Сультом сильно меня беспокоит, – признался полковник, выглядевший усталым и постаревшим. – Те победные сообщения, которые мы получали в Фолмаусе, заставили меня поверить, что испанский коридор в настоящее время свободен. Никогда бы не подумал, что Сульту снова удастся собрать свои потрепанные части. Что еще удалось вам узнать, Квин? Лорд Веллингтон, кажется, лично вас знает? Вам удалось с ним встретиться?

– Когда я прибыл в штаб-квартиру лорда Веллингтона, он собирался отбыть в Сен-Пе, и лорда я видел всего несколько минут. Но я принял меры предосторожности и выслал Исмаила вперед к Ортезу. Сегодня утром ему удалось благополучно добраться до расположения одного из батальонов генерала Гилля. Судя по последнему сообщению, полученному с фронта, Наполеон был вынужден недавно вывести из подчинения Сульта четырнадцать тысяч человек, чтобы пополнить свою армию.

– Это очень хорошая новость! – с энтузиазмом воскликнул лейтенант Синклер. – Не нужно большого воображения, чтобы представить себе, как он обескровил испанскую армию, прибегнув к этой мере.

Тарквин кивнул в знак согласия:

– Очевидно, лорд Веллингтон предвидел это и послал в Гэррис вторую дивизию, чтобы сковать их силы. Исмаил сообщил мне, что к вечеру вчерашнего дня силы этой дивизии вынудили Сульта отдать приказ своим частям начать отход с позиций вдоль линии реки Бидасоа.

– Они действительно начали отход с занимаемых позиций? – спросил полковник, у которого вид был еще более усталым, чем в течение всего дня. – Это же превосходная новость! Исмаил Хану, сумевшему выведать такие важные сведения, доверять можно. Признаться, я всегда удивлялся, Йорк, вашей способности вызвать к себе расположение афганцев. Ну, а чем вас привлек этот Большой Патан? Он же сущий разбойник, обделывающий свои делишки в пограничной полосе.

Патан – термин, которым в Индии обозначают магометан-афганцев и их потомков, носящих большею частью титул ханов.

– Зато большой дока по части шпионажа, – заметил Тарквин.

Полковник не смог сдержать улыбки:

– Большой знаток, это верно.

И, обернувшись к лейтенанту, продолжал:

– Мы с капитаном Йорком служили под началом Уэлси в Индии. В то время я был намного моложе, всего лишь в звании майора, а Йорк набирался жизненного опыта в стычках с зинджами бок о бок с лордом Веллингтоном. Банды безжалостных, отчаянных головорезов – вот кто были эти зинджи. По сравнению с ними Наполеон и его генералы выглядят как участники благотворительного ужина! Вот поэтому Йорк сразу почувствовал характер Исмаил Хана, так ведь? – добавил полковник, обратившись к Тарквину. Затем, помолчав минуту и собравшись с мыслями, полковник опять заговорил: – Итак, Артуру Уэлсли удалось потеснить французов и заставить их отойти обратно к Байонне, верно? Да, человек он настойчивый и целеустремленный, да и как командир весьма толковый. А чем будешь заниматься ты, Квин? Ты сказал, тебя отзывают в штаб-квартиру в Шатильон?

– Да, сэр. Я отбываю утром.

– Тогда мы поедем вместе. Миссис Пемберли-Мартин останется здесь. Конечно, она будет недовольна, но сейчас слишком опасно брать ее с собой: ведь нам придется добираться через район, занятый противником.

– А другие леди? – задал вопрос лейтенант. – Как быть с ними?

Вопрос не сразу дошел до сознания Тарквина. Но он был задан ему, а не полковнику. Он нахмурился:

– О каких леди идет речи, Гарри?

– Да ты что, разве забыл! Мисс де Бернар и миссис Синклер.

Тарквин снова нахмурился, признавая, что забыл о дамах, однако сказал, что им следует оставаться на своих местах, пока все уладится и Анри Карно сможет забрать их с собой.

Полковник Пемберли-Мартин был удивлен таким обескураживающим заявлением капитана Йорка.

– Оставить их в этой развалюхе? Так дело не пойдет, друг любезный. Моя жена считает, что их нынешнее жилище подходит только для свиней.

– Не отрицаю, доля правды в ее замечании есть, – угрюмо согласился Тарквин, – но ведь она не знает Луиса Аронки. В его доме женщины будут в большей безопасности, чем где бы то ни было.

– Старый, полуслепой сапожник! – саркастически заметил Гарри. – Интересно, как это он сможет гарантировать женщинам надежную защиту?

Глаза Тарквина сузились:

– Внешность может быть обманчивой, Гарри. Разве три года, проведенные здесь, на Пиренеях, тебя не научили этому?

– Конечно, научили, но...

– Йорк прав, – коротко заметил полковник.

– Я вспомнил, что сам лорд Веллингтон заметил однажды, что каждый живой испанец может быть уподоблен солдату при оружии, несмотря на род его занятий.

– И Аронки, – сказал Тарквин со значением, – не является исключением из этого правила.