Заклятье древних Маори - Марш Найо - Страница 49

— Ага! — торжествующе вскричал доктор Акрингтон. — Ага!

Саймон посмотрел на него, как на умалишённого.

— Квестинг, — как ни в чём не бывало продолжил доктор Акрингтон, — хотел создать у всех впечатление, как будто он свалился. Если моя догадка верна, то он переоделся. Рабочая одежда. Грубая обувь. И лишь потом оставил отпечаток. — Доктор Акрингтон ударил кулаком по столу и откинулся на спинку стула. — Вопросы и комментарии.

С минуту никто не говорил, затем, к вящему изумлению Дайкона, Гаунт, а за ним Смит, полковник и даже Саймон заявили, что обсуждать тут нечего. Дело, мол, ясное. Похоже, и остальные вздохнули с облегчением. Накалённая было обстановка нормализовалась. Гаунт промокнул лоб носовым платком и вытащил портсигар.

Доктор Акрингтон с самодовольным видом повернулся к Фолсу.

— А вы что скажете?

— Я восхищён, — заявил Фолс. — Ваша догадка гениальна, а умозаключения на редкость логичны и красивы. Поздравляю, сэр.

«До чего же странная личность, — подумал Дайкон. — Располагающая внешность, приятный голос, мягкий и обходительный. Кажется искренним, однако лжёт и лицемерит едва ли не на каждом шагу». Отвернувшись от Фолса, Дайкон посмотрел на Барбару. Бледное лицо девушки, её озадаченный вид, тревожное беспокойство, с которым она слушала своего дядю, все это казалось Дайкону невыразимо трогательным. Вот и сейчас она смотрела на него с немой надеждой, словно рассчитывая услышать нечто важное. Стул по соседству с ней пустовал…

Из оцепенения молодого человека вывел резкий, как щелчок хлыста, окрик Гаунта:

— Дайкон!

От неожиданности Дайкон подскочил и виновато посмотрел на своего патрона.

— Извините, сэр. Вы что-то сказали?

— Доктор Акрингтон уже полчаса ждёт твоего ответа. Он хочет знать твоё мнение по поводу его теории.

— Простите Бога ради. Моё мнение? — Дайкон засунул руки в карманы и сжал кулаки. Остальные так и пожирали его взглядами. — Дело в том, сэр, что вся эта история меня совершенно озадачила. Во всяком случае, лично я не нахожу логичного объяснения.

— Значит, вы согласны со мной? — спросил доктор Акрингтон.

Дайкон замялся, чувствуя, что теряется в догадках.

— В чем дело, черт побери? — нетерпеливо спросил Гаунт.

— Говорите же, Белл. В противном случае мы решим, что ваше молчание — знак согласия.

— Ничего подобного, — вдруг услышал Дайкон свой голос со стороны. — Я категорически не согласен с выводами доктора Акрингтона.

II

Дайкон знал, что его вялые потуги объяснить свои подозрения покажутся надуманными и неубедительными.

— Ваша логика вполне убедительна, — пытался оправдаться он. — Но беда в том, что она ровным счётом ни на чём не основана.

— Напротив, — с пугающей мягкостью возразил доктор Акрингтон. — Мои выводы основаны на наблюдениях за этим человеком, размышлениях о его характере, а также одном важнейшем и неопровержимом факте — отсутствии тела.

— Мне все эти доводы кажутся несколько натянутыми, — сказал Дайкон. — Как в детективных романах, например. Квестинг ведь не знал, что на концерте зайдёт речь про легенду о гибели той девушки в Таупо-тапу. Откуда он мог это знать? А раз так, то вряд ли он мог предвидеть, что его ужасный крик отпугнёт маори, вселив в их души священный трепет.

— Дурачок ты, — снисходительно произнёс Гаунт. — неужели ты не понимаешь, что крикнул-то он именно после того, как услыхал на концерте эту легенду? В противном случае все обошлось бы и без этого леденящего вопля.

— Вот именно, — кивнул доктор Акрингтон.

— Что вы на это скажете, мистер Белл? — спросил Фолс.

— Да, это верно. И даже чересчур. Как будто нарочно состряпано. Как чашечки китайского фарфора, упакованные так тесно, чтобы не допустить ни малейшего сотрясения. Боюсь, что мои возражения покажутся вам умозрительными, но я просто не могу представить, как Квестинг прячет маскарадный костюм в иссякший гейзер или швыряет манишку в кипящую грязь. И куда бы он делся потом?

— Вполне вероятно, что где-нибудь неподалёку от источников его поджидала машина, — предположил доктор Акрингтон.

— Около полуночи там проходит товарный поезд, — добавил Смит. — Квестинг мог бы вспрыгнуть на него. Черт побери, надеюсь, что вы правы, док. Слишком уж жутко представить, как он мог там свариться. Бр-рр!

Миссис Клэр испуганно вскрикнула, а доктор Акрингтон выругал Смита.

— Прекрати, Берт! — посоветовал приятелю Саймон. — Нечего всякую чепуху болтать.

— Во, блин, я же ясно сказал: надеюсь, что док прав. Че вы на меня взъелись-то?

Септимус Фолс поспешил перевести разговор на другую тему.

— Мистер Белл, — произнёс он, — а можете ли вы сами предложить какое-либо иное толкование случившегося?

— Боюсь, что нет, — со вздохом ответил Дайкон. — Следов я, правда, сам не видел, но всё-таки не думаю, что на обвалившейся земле мог остаться старый отпечаток. Поэтому мне кажется, что обвал кем-то подстроен. Да и Квестинг, по-моему, был не настолько пьян, чтобы свалиться в кипяток. С другой стороны, убийце трудно было рассчитывать на то, что в ловушку попадётся именно Квестинг. Ведь с таким же успехом оступиться в том месте мог бы и Саймон или ещё кто угодно. Как мог убийца догадаться, что именно Квестинг первым уйдёт с концерта?

— Вы не думаете, что это несчастный случай, однако и противоположную точку зрения вразумительно обосновать не в состоянии. Моя версия кажется вам логически оправданной, но тем не менее вы её отвергаете. Мне кажется, мистер Белл, — резюмировал доктор Акрингтон, — что вы можете уже передохнуть и дать слово другим.

— Спасибо, сэр, — с видимым облегчением произнёс Дайкон. — Так и в самом деле будет лучше.

Он обогнул стол и уселся рядом с Барбарой.

С этой минуты остальные мужчины перестали его замечать. Тем более, что в число подозреваемых он никак не попадал. Когда раздался тот душераздирующий вопль, Дайкон был вместе с миссис Клэр и Барбарой, а к Таупо-тапу не мог приблизиться ни до, ни во время, ни после концерта.

— Даже этому придурковатому мужлану Уэбли, — сказал доктор Акрингтон, — не пришло бы на ум — которого у него нет, ха-ха, — подозревать Белла.

Дайкону почему-то стало неловко, словно его отнесли к касте неприкасаемых.

— Что же касается остальных, — с важным видом произнёс доктор Акрингтон, — то я не сомневаюсь, что Уэбли, в худших традициях дешёвых полицейских романов, станет подозревать всех нас по очереди. В этой связи, на мой взгляд, нам бы следовало выработать общую линию поведения. Не знаю, в какие дали заведёт нашего Шерлока Уэбли его неумная фантазия, но мне уже известно, что пресловутый отпечаток ноги его весьма интересует. Кстати говоря, не ходит ли кто из вас в подбитых гвоздями сапогах или ботинках?

Признались только Саймон со Смитом.

— Я и сейчас хожу в таких ботинках, — обиженно фыркнул Смит. — На моё жалованье бальные туфли не купишь! Во, полюбуйтесь!

Он вскинул ногу и поставил на край стола отвратительно грязный ботинок.

— Нет уж, спасибо, — покачал головой Гаунт.

— И у меня таких три пары, — сказал Саймон. — Пожалуйста, пусть проверяют.

— Очень хорошо, — кивнул доктор Акрингтон. — Они также захотят проверить, где каждый из нас находился в определённый период времени. Ты, Агнес, и ты, Барбара, понятно, не в счёт. Если, конечно, вас не станут допрашивать о том, что делали мы. Будьте готовы и к этому.

— Да, дорогой. Но ведь мы должны говорить только правду, верно? Это же так просто, — прощебетала миссис Клэр, мило улыбаясь.

— Наверное. Для нас важно только, как истолкует твою правду этот недоумок в полицейской форме. Представляете, он трижды заставил меня повторить показания о моих передвижениях и при этом даже не удосужился записать в блокнот мои доводы насчёт исчезновения Квестинга.

— Как, он вас даже не выслушал? — изумился Гаунт. — Впрочем, верно, он и со мной держался крайне дерзко и вызывающе. Да, друзья, он определённо подозревает одного из нас. Мы в опасности.