Зов Колдовского ущелья - Марселлас Диана - Страница 69

Через час сумерки сгустились, превратившись у самой земли под деревьями в непроглядную темень. Друг тоже устал, хотя продолжал идти вперед. Он водил ушами, прислушиваясь к пению птиц в лесу, к завыванию ветра, а у одного из кустов приостановился и сорвал губами пучок листьев. Через несколько минут он поднял голову и забеспокоился. Брилли поняла, что за запах уловил Друг — хотя его нюх был гораздо острее ее обоняния, и, возможно, его внимание привлекло что-то еще, — где-то неподалеку находилась вода.

— Далеко до водоема? — спросила Брилли.

По ее расчетам, они проехали миль двадцать. Углубляться ночью в лес в совершенно не знакомом ни ей, ни Другу месте было страшновато. Но все нуждались в отдыхе.

Следовало принять какое-то решение. Она не чувствовала погони, но всадники герцога могли неожиданно появиться утром и застигнуть их врасплох.

— Вези нас к воде, Друг, я тоже ужасно устала, — отважилась она.

Свернув с дороги, Друг послушно принялся выполнять указание. Он шел уверенно, старательно обходя стволы мощных деревьев и кусты, а оказавшись в небольшой лощине, остановился. Сверху это место было надежно укрыто зелеными лапами сосен, которые едва не касались головы Брилли. Она прислушалась. Было тихо и спокойно, лишь издалека доносилось отрывистое уханье филина. Приятный аромат лесного ручья и пьянящий хвои кружили голову. Внизу, у самых передних ног Друга, блестела вода. Красота леса показалась Брилли почти невероятной, не хватало одного — запаха моря.

— Мы остановимся здесь, — сказала она Другу. Осторожно держа в руках спящую Меган, Брилли слезла с коня, уложила девочку на мягкую лапу сосны, склоненную к земле, накрыла ее своим плащом и принялась отстегивать седло. Она внимательно рассматривала ремни в тусклом сумеречном свете, проникавшем в лощину, пытаясь запомнить расположение каждого из них. Сзади к седлу был прикреплен маленький кожаный мешочек. Раскрыв его, Брилли нащупала какие-то странной формы металлические штуковины.

— Рассмотрю их завтра, — сказала она Другу.

Он добродушно фыркнул в ответ и захлопал ушами. Потом, размахнув хвостом, хлестнул ее по лицу.

— Эй, поосторожнее! — вскрикнула Брилли.

Она решила, что должна привязать коня к дереву, но тут же передумала. Если ночью ему захочется пить, он не дотянется до ручья.

— Ты не убежишь, Друг? — спросила она в растерянности.

Конь подошел к ней ближе, ткнулся ей носом в плечо, грустно и словно бы обиженно взглянул на Брилли своими темными блестящими глазами и опустил голову к траве.

— Ладно, так и быть, — сказала она, с облегчением вздохнула, довольная, что он помог ей решить эту проблему, и улеглась рядом с теплой Меган, закутываясь в плащ.

Во сне она опять очутилась в выдуманном мире Меган: на берегу широкой реки рядом с белоснежным замком с голубыми балконами. Меган не было видно, лишь откуда-то сверху доносился ее веселый хохот. Брилли решительно направилась к замку, поднялась по ступеням, открыла дубовую дверь и вошла внутрь, в прохладный затемненный коридор.

Справа и слева располагались просторные комнаты: уютная гостиная и удобная библиотека.

«Откуда Меган могла узнать о существовании библиотеки — с удивлением подумала Брилли.

Услышав шум, она взглянула на лестницу и двинулась к ней. В лицо подул холодный ветер, а свет становился все приглушеннее.

Поднявшись на второй этаж, Брилли оказалась в коридоре с несколькими закрытыми дверьми. Изумленно пожимая плечами, она открыла первую из них. Повеяло сыростью и затхлостью. Воздух здесь был тяжелым и влажным: в этой комнате обитали скорбь и печаль, засевшие глубоко в душах людей.

Брилли ясно ощутила боль пекаря, потерявшего ребенка, отчаяние девушки благородных кровей, безответно влюбленной в лорда, страдания молодого воина, не способного обучиться владеть мечом. Меган как губка впитала в себя горести других людей и хранила их в стенах этой комнаты. Брилли тяжело вздохнула, ясно ощущая ответную боль в своем сердце, и закрыла дверь.

В соседнем помещении воздух был раскаленным, обжигающим. Здесь пахло ненавистью и угрозой. Вверх по стенам карабкались языки пламени. Они трепетали и потрескивали. В центре, зловеще лязгая, сражались два стальных меча. На их лезвиях алела свежая кровь. На полу под ними лежали скрюченные, опаленные и неотпетые тела, тела тех, кого ненавидели, кому завидовали, кого презирали. Брилли в ужасе ахнула и отступила назад, захлопывая дверь.

В третьей комнате она нашла Смерть, увидела ее бессмысленную пустоту, услышала глухие шаги. В нос ударил отвратительный запах застоявшейся воды и гнили, перед глазами пронеслись расплывчатые образы жертв Монстра. Здесь царила оглушающая тишина.

Бытовало мнение, что смерть является дверью в лучшую жизнь, где Отец Океан утешает и балует своих детей, где находятся ответы на все вопросы, где нет нужды, страхов и тревог. Брилли еще не знала, правда ли это: в схватках с Монстром она слишком выматывалась, а если чья-то жизнь заканчивалась на ее глазах, ей не удавалось увидеть, что следовало дальше.

В следующей комнате в конце коридора дверь была приоткрыта. Из нее струился мягкий желтоватый свет. Возможно, именно там и крылась разгадка этой великой тайны…

— А вот и я! — Брилли резко повернулась, услышав детский голос. За ее спиной стояла радостная Меган. — Я тебя напугала! — провозгласила девочка, торжествующе улыбаясь.

— Конечно, напугала! — Брилли всплеснула руками. — Ты укоротила мне жизнь на несколько лет, детка! Нельзя так жестоко шутить над людьми!

Меган небрежно фыркнула и взяла Брилли за руку.

— На этом этаже только старые вещи, — заявила она. — Пойдем я покажу тебе что-то интересное.

— А что там? — поинтересовалась Брилли, указывая на комнату в конце коридора.

— Я туда никогда не захожу, — ответила Меган. — Там живут руки.

Она настойчиво дернула Брилли за рукав.

— Руки? — Брилли недоуменно вскинула брови.

— Те, что появляются из стен и пытаются схватить тебя. Которые прикасаются к ней и делают больно железными штуковинами. Они вытащили меня из нее, и она умерла. Иногда эти руки гуляют по всему замку между стен. Будь осторожна.

Брилли широко раскрыла глаза. Неужели Меган помнит свое рождение? Или получила это знание из переживаний других людей?

— Пойдем же, — нетерпеливо повторила Меган, дергая Брилли за рукав. — Или я ничего тебе не покажу.

— О чем ты говоришь?

— Иди за мной, тогда сама увидишь.

Брилли последовала по лестнице за Меган. Воздух заметно менялся. В нем появились свежесть и легкость, послышался шум реки и крики чаек.

— Вот! — объявила Меган, поднявшись наверх. — Здесь я живу.

Весь третий этаж занимала единственная просторная комната. Двери, ведущие на балкон, были распахнуты. Сквозь них внутрь проникал яркий солнечный свет.

Брилли огляделась по сторонам. У правой стены стоял удобный диван, у противоположной — мягкая кровать, посередине стол, заваленный сладостями и фруктами. Придуманная Меган комната была наполнена спокойствием и умиротворением и являла собой то же убежище, каким служила для Брилли ее пещера.

На одной из полок у стены лежала блестящая саламандра. Брилли склонилась, чтобы лучше рассмотреть ее, и та, изогнув свое разноцветное тело и высунув тонкий язык, зашипела. На соседней полке сидел маленький медвежонок. Обхватив передними лапами задние, он смотрел в сторону балкона, смешно моргая глазами-бусинами.

Рядом расхаживали на тонких ножках разноцветные кубики. Наверное, подобные игрушки Меган изредка видела у детей придворной знати. По их образу и подобию она создала свой собственный игрушечный мир, гораздо более замечательный и интересный. Неожиданно кубики, вспрыгнув друг на друга, выстроились в башню и тут же рассыпались с хихиканьем и свистом.

Брилли улыбнулась. Никогда в жизни ей не доводилось видеть ничего более милого!

Когда она склонилась ниже, саламандра зашипела громче, и Меган, засмеявшись, подбежала к ней и протянула руку. Невероятное животное тут же прыгнуло в ладонь девочки.