Новогодний Дозор. Лучшая фантастика 2014 (сборник) - Тырин Михаил Юрьевич - Страница 94

– Ага, не нравится! – крикнул в ответ Пашка.

А дальше он сделал то, что сам от себя не ожидал. Выхватил у Лилы ключ, подскочил к «пальцам» и с размаху ударил острым концом по ближайшему. Потом – по второму, по третьему. И еще раз…

Вой сменился каким-то бульканьем, словно «пальцы» захлебывались. Они скорчились, осели – и вдруг словно начали таять. Они сдувались на глазах, как дырявые пляжные матрасы.

Пашка отскочил и, широко раскрыв глаза, смотрел, как гигантский монстр превращается в жалкую непонятую кучку.

Он обернулся. Серые человечки рассыпались в прах, один за другим. И на месте каждого из них возникало маленькое светящееся облачко, которое тут же взмывало ввысь и исчезало в сиянии неба.

Потерянные души возвращались домой…

– Бежим, путь свободен! – крикнула Лила.

И они побежали.

Город кончился неожиданно. Раз! – и он уже за спиной. А перед глазами – огромный, заросший густой травой луг, чуть подернутый туманом.

И здесь действительно были двери. Они просто торчали из травы тут и там, беспорядочно, как деревья в лесу. Их было очень много.

– И что теперь делать? – проговорила Лила.

Пашка подошел к одной из дверей, подергал ручку. Дверь не открылась.

Но стоило ему поднести к ней ключ, как она распахнулась сама собой!

За дверью клубился черный дым, чуть подсвеченный невидимым пламенем.

– Это явно не наша дверь, – сказала Лила. – Помнишь, Дум-Дум сказал, что какая-то из них будет нашей?

– И как ее искать?

Пашка прошел вперед и наугад открыл еще несколько дверей. Он заметил, что ключ при этом заметно нагрелся и начал светиться чуть ярче.

Но двери никуда не выходили. За одной была сплошная чернота, за другой – просто глухая каменная стенка, за третьей – лютый холод, дохнувший Пашке в лицо так, что тот сразу отпрянул.

– Дай, я попробую, – Лила забрала ключ. – А почему он такой маленький?

– Разве? – удивился Пашка. – Я не заметил.

– Он был больше, я точно помню! А теперь целиком умещается мне в ладошку.

Лила подошла к случайной двери и прикоснулась к ней ключом. За дверью шумел какой-то грязный, почти черный водопад, темные брызги попали девочке на ладони.

– Он становится меньше… – проговорила Лила, разглядывая ключ. – Он уменьшается, когда мы им пользуемся!

– Не может быть… – у Пашки упал голос. – Мы ведь много чего им делали! Освещали дорогу, долбили пол, а потом еще я бил по «пальцам»…

– И теперь – двери, – подтвердила Лила. – Их слишком много, нам не хватит ключа, он скоро совсем исчезнет.

Пашка сел на траву. Только сейчас он ощутил, как дико устал от событий этого дня.

– Я не знаю, что делать, – жалобно сказал он. – Пробовать все двери наугад, насколько хватит ключа? А если не угадаем? Куда нам тогда деваться?

– Думай, – сказала Лила. – Вспоминай. Может, есть какой-то признак?

И Пашка начал вспоминать. Все двери были почти одинаковые – простые, старенькие потертые двери.

Но чем-то они должны отличаться?

Он встал, обошел одну из дверей вокруг. Потрогал, даже понюхал. Он вдруг заметил странную вещь – с обеих сторон петли были наружу, а значит, и дверь открывалась наружу с двух сторон.

И тут он перевел на Лилу ошарашенный взгляд.

– Я знаю! – потрясенно проговорил он.

– Что? – оживилась девочка.

– Мы должны найти дверь, которая открывается не наружу, а внутрь!

– С чего ты взял?

– Я все понял, мне рассказывали. Выход должен быть не такой, как вход. Все эти двери – входы сюда. А нам нужен выход!

– Ты уверен?

– А что, есть другие мысли? Бегом искать!

Пашка и сам не понимал, как те непонятные слова, сказанные когда-то Корнеичем, смогли отложиться в памяти. Но они запомнились – и дали о себе знать именно сейчас, когда нужно!

Бегать в поисках пришлось долго. За это время стемнело. Небо перестало быть прозрачным, наползли тучи. Стало холодно.

Но искали не зря. Лила наконец помахала рукой и крикнула:

– Я что-то нашла.

Пашка внимательно осмотрел дверь с обеих сторон. На первый взгляд все совпадало – петли были внутри.

– Похоже, она, – проговорил он наконец. – Надо еще поглядеть вокруг – вдруг она не единственная.

Лила вздохнула, потерла уставшие ноги, и они снова разбежались по лугу. Но новый поиск ничего не дал. Дверь, что открывалась внутрь, была единственной.

– Ну, что? – у Пашки от волнения сбивалось дыхание. – Пробуем открыть?

– Пробуй ты, – Лила протянула ему ключ. – Я волнуюсь.

Пашка взял ключ. Он и впрямь стал очень маленький, словно от игрушечного детского сундучка.

Он взял ключ покрепче и, ободряюще кивнув девчонке, подошел к двери.

Ключ начал неожиданно сильно нагреваться сразу, как только Пашка протянул руку. Это был хороший признак. Но дверь и не думала распахиваться. Она задрожала, заскрипела, с нее посыпались кусочки старой краски.

– Ах ты!.. – вскрикнул Пашка и выронил ключ, ставший нестерпимо горячим.

– Ты что?! – возмущенно крикнула Лила. – Аккуратнее.

– Сама аккуратнее! – отозвался Пашка, тряся обожженными пальцами.

Лила не сразу нашла в траве ключ. Было уже темно, а ключ стал совсем крошечным, его едва удавалось держать двумя пальцами.

Она поднесла его к двери, та снова задрожала, начала открываться и вдруг застряла.

– Ой… – Лила с удивлением смотрела на свою руку. Ключа больше не было. Он окончательно исчез.

Дверь приоткрылась совсем немного, в щель можно было разве что руку просунуть.

Пашка приблизился, заглянул в щель. Он почти ничего не увидел, там было темно. Но он сразу понял, что с дверью они не ошиблись.

Он ощутил запах. Давно знакомый, волнующий, но почти забытый теперь запах. Так мог пахнуть только собственный мир.

– Ну, открывай же! – крикнула Лила.

Мальчик дернул дверь. Она не поддалась. Он дергал еще и еще, но дверь не сдвинулась ни на миллиметр.

– Сделай что-нибудь! Мы ведь уже почти дома! – у Лилы на глазах вдруг выступили слезы.

– Да я делаю! Не открывается!

Он собрался с силами, уперся и потянул дверь так, что хрустнули суставы.

Ничего не выходило.

– Подожди… – Пашка вытер пот, встряхнул резко заболевшие руки. – Я сейчас отдохну и еще…

Но что-то ему уже подсказывало, что сдвинуть дверь руками он не сможет. И от этой мысли стыло сердце.

Пашка взглянул на небо. Оно было почти черным, свет едва прорывался между нависшей массой туч и линией горизонта.

Он все же попробовал. Весь собрался, сосредоточился, крепко ухватил пальцами за край двери…

И вдруг она распахнулась сама.

В проходе стоял Корнеич.

– Успел… – облегченно вздохнул он, глядя на ребят. – Слава солнцу, успел. Уходите отсюда быстро.

Он с тревогой взглянул в небо.

– Ну, что? – Пашка глянул на Лилу. – Идем. Хочешь – иди первая.

– Да, – кивнула девочка. – Спасибо.

В дверном проходе клубился синеватый туман, в котором ничего не было видно. Лила шагнула в него – и словно исчезла.

Пашка обернулся на Корнеича.

– А вы? Идете с нами?

– Я остаюсь, – ответил старик, и лицо его было необычно суровым. – У меня тут еще неоконченные дела. Иди, не бойся за меня.

– Там еще остались люди… – неуверенно проговорил Пашка.

– Я знаю. Именно о них я и собираюсь позаботиться.

– Ладно… – Пашка набрал в грудь побольше воздуха – и решительно шагнул в клубы тумана.

…Сначала он ничего не увидел. Но потом глаза привыкли к темноте.

Это снова был подвал – сырой и очень старый. Пашка нащупал рукой ближайшую стенку.

– Лила! – крикнул он.

– Эй… – тут же отозвался откуда-то слабый голос.

В потолке светился квадратный лаз. Пройдя к нему несколько шагов, Пашка нашел лестницу. Не долго думая, вскарабкался.

– Ну, где ты лазишь! – раздался возмущенный детский голос. – Ты там лазишь, а мне тут страшно, между прочим… И мобильник свой забери, ты его тут потерял.

– Ванька! – радостно крикнул Пашка.