Дни крови и света - Тейлор Лэйни - Страница 67

Настоящей церемонии не получилось. Впрочем, солдат сжигают без фанфар.

— Он был всегда голодным, — сказала Лираз. — А еще он спал на посту, но его улыбка всегда спасала его от наказаний.

— Он мог разговорить кого угодно, — добавил Акива. — Ему выдавали все секреты.

— Только не ты, — укоризненно пробормотала Лираз.

— Он заслуживал настоящей жизни.

Его было легко представить в мирной жизни. Он умел радоваться.

— А как он хохотал! — продолжила Лираз. — Глядя на него, казалось, что смеяться — легко.

Смеяться и должно быть легко, но не для солдат императора — с черными руками и разбитыми душами. Акива взял сестру за руку. Она сжала его пальцы, будто рукоять меча, словно единственную защиту и опору. Стало больно, но эту боль можно было вынести.

Лираз изменилась, утратила свою резкость и воинственность. Пламя погребального костра озаряло скорбное лицо. Сестра выглядела юной и уязвимой. Незнакомой.

— Он погиб, защищая меня, — сказала она. — Если бы я пошла с Иаилом, Азаил остался бы в живых.

— Нет, он болтался бы на виселице. И умер бы с чувством вины, что не смог тебе помочь. Он предпочел иную смерть.

— Но если бы он прожил еще чуть-чуть… Он улетел бы вместе с нами. — Лираз отвела взгляд от пламени, охватившего тело их брата, и посмотрела Акиве в глаза. — Что это было?

«Почему ты не сделал это раньше?»

Призрачный вопрос повис в воздухе.

— Не знаю, — ответил Акива и уставился в пламя, пожиравшее останки.

Как он сотворил подобное? Почему его сила не проявилась, когда еще можно было спасти Азаила? Или Мадригал… Что высвободило его магические способности: годы служения и сосредоточения или внезапный прилив воспоминаний о матери?

— Как думаешь, Иаил жив? — спросила Лираз.

Акива не хотел думать об Иаиле, но избежать этого вопроса было невозможно.

— Наверное, — ответил он. — И если он жив…

— Я очень на это надеюсь, — спокойно, без злобы и ожесточения заметила сестра.

Иаил не заслуживал легкой смерти. Кроме того, если он выжил, нужно было срочно что-то предпринимать.

Акива огляделся: глинобитные стены, деревянная дверь, никакой стражи и изнуряющих хамс… Где Тьяго, почему он позволил ангелам отдохнуть и набраться сил?

И где Кэроу? С Тьяго? Подозрение ранило, как удар клинка. Ясно вспомнились чувства, промелькнувшие в их взгляде. Все, что Акива знал о Кэроу, теперь казалось ложным.

— Пора уходить, — сказал он, протягивая сестре руку.

Раньше Лираз закатила бы глаза и встала сама. Теперь она приняла помощь, но от костра не отходила.

— Не хочу его оставлять, — сказала она.

Дотащить тело в такую даль — и вернуться ни с чем? Акива заметил у двери кувшин.

— Там вода, — пояснила Лираз. — Ее принесла нага.

Вода оказалась вкусной, чистой. В опустевший кувшин ссыпали прах.

— Летим в пещеры? — спросила сестра. — Все наверняка решили, что мы погибли при взрыве.

Киринские пещеры… Когда-то там его ждала бы Мадригал, теперь — Незаконнорожденные братья и сестры. Будущее с ними казалось зыбким, призрачным. Акива собирался вернуться в Эрец и довести начатое до конца: прекратить войну и убийства, дать воюющим народам новую жизнь. Без Кэроу мечта представлялась сухой и бездушной, будто нескончаемая дорога в пустыне, уходящая к безжизненному горизонту.

— Сначала надо кое-что закончить, — ответил Акива.

— Надеюсь, с прощаниями это не связано.

Прощай… Невыносимое слово. На балу Воителя и потом, у храма, они шептали друг другу привет, как будто делились сокровенной тайной. Они боялись расставаний, и сейчас Акиве хотелось снова сказать Кэроу: «Привет».

— Прощаться — дурная примета, — напомнил он.

— Тогда не стоит испытывать судьбу, — тусклым голосом заметила Лираз.

Акива задержался не для прощаний. В комнате Кэроу были только она сама и Исса. Волка не оказалось, слава божественным звездам. Однако Кэроу взглянула на дверь и невольно напомнила, что Тьяго рядом. Еще один укол ревности.

— Что ты тут делаешь? — испуганно спросила Кэроу и покраснела. Ее павлиньи синие волосы были аккуратно заплетены, коса покоилась на плече. Синяки на руках скрывала рубаха, ссадина на щеке немного прошла. Казалось, гнев тоже прошел. — Ты должен был сбежать.

«Должен был сбежать?»

Акива не очень удивился ее словам. Дверь амбара оказалась не заперта, охраны тоже не было.

— Мы уже улетаем. Зашел кое-что тебе сказать. — Акива умолк, видя, что Кэроу стало неловко.

Чего она боится? Что он пришел с заверениями в любви? Акива покачал головой. Эти дни в прошлом, ей больше нечего бояться, кроме очередного невыносимого выбора.

— Я собираюсь запечатать порталы, — твердо заявил он.

— Что? — изумленно выдохнула Кэроу.

— Прости, но тебе придется выбрать, где остаться.

В Эреце или человеческом мире?

«От какой из своих жизней ты откажешься?»

— Запечатать порталы? — воскликнула Кэроу. — Не смей. Мне очень нужен этот портал. Нам нужен. — Ошеломление сменилось гневом и паникой. — Вам мало разрушений? Зачем вам это?

— Иначе наши миры не спасти, — вмешалась Лираз.

— О чем вы?!

— О человеческом оружии, — ответил Акива. — Если Иаил остался в живых, то он явится сюда за оружием. И приведет Доминион.

Кэроу удивленно распахнула глаза.

— Откуда он знает о человеческом оружии? — гневно спросила она. — Это ты ему рассказал?

И снова кинжал в живот, но Акиве не хотелось оправдываться и ставить под удар ее.

— Разгут, — неохотно пояснил он.

Взгляд Кэроу застыл, кровь отхлынула от лица.

— Дитя мое, это не твоя вина, — прошептала Исса.

— Нет, это все из-за меня, — простонала Кэроу.

— Я тоже виноват, ведь это я нашел портал для Империи, — возразил Акива.

Серафимы давно не имели доступа в человеческий мир, но Акива обнаружил портал в Средней Азии, над Узбекистаном. Разгут знал еще об одном.

— Иаил собирается устроить торжественную процессию, спуститься к людям с неба в сиянии славы. Неизвестно, каким порталом он для этого воспользуется.

— А казалось, хуже не станет, — сказала Кэроу, горестно рассмеявшись.

Ему хотелось обнять ее, прижать к себе, пообещать, что все будет хорошо… Обещать было нечего, и касаться ее тоже было нельзя.

— Порталы необходимо запечатать. Пора решать…

— Что? В каком мире остаться? — Кэроу возмущенно уставилась на Акиву. — Ты еще спрашиваешь?!

Кэроу выберет Эрец. Акива это чувствовал, иначе бы никакая сила — и даже угроза их мирам и чужим жизням — не заставила бы его замуровать себя в мире, где нет ее.

— Кэроу, у тебя здесь своя жизнь, а пути назад, может, никогда не будет.

— Пути назад? — Кэроу по-птичьи склонила голову набок: любимый жест Мадригал.

Избитая, измученная, она стояла перед ним, призывая мужество, как магию. Заплетенные волосы открывали изящный изгиб шеи. Внутренний свет наполнял тонкие черты лица. Пламя свечей отражалось в сверкающих темных глазах. В каком бы теле ни скрывалась ее душа, Кэроу принадлежала только одному миру — Эрецу, ужасающе прекрасному, неизведанному и необузданному, родине зверей и ангелов, буреловов и морских змеев, — загадочному миру, историю которого еще только предстояло написать.

— Я химера. Моя жизнь — там, — заявила Кэроу. В ее голосе смешалось шипение змей, рычание тигра и скрежет клинка.

По жилам Акивы волнами прошел трепетный жар любви, леденящий холод страха, окрыляющий прилив силы и надежды. Надежда. Воистину надежда неистребима, она ждет своего часа годами, как пустынный жук-щитник. Акива воспрянул духом.

«Пока жив, остается шанс…»

Что ж, они с Кэроу живы и будут в одном мире — самое шаткое и хрупкое основание для надежды.

Акива объяснил, что сначала уничтожит портал у Самарканда, а потом вернется к Атласским горам. Ему очень хотелось узнать, куда отправятся повстанцы. Улетев отсюда, он снова потеряет Кэроу, надолго или навсегда… кто знает.