Маска Ктулху - Дерлет Август Уильям - Страница 79

5

С той поры прошло две недели. Дом на Кервен-стрит сгорел дотла в результате пожара, который случился в ночь моего отчаянного бегства. Поскольку доктора Шрусбери нигде не нашли, было объявлено, что он погиб в огне. Я навел справки в разных инстанциях, но нигде не упоминалось о человеческих останках, найденных на пепелище. Могу предположить, что доктору Шрусбери все-таки удалось спастись. Теперь мне окончательно ясно — поскольку я пишу под давлением страха куда более сильного, чем тот, что я пережил вместе с профессором, — что доктор Шрусбери встал на пути Великого Ктулху, чтобы перекрыть ему вход в наш мир. Идя по следу Ктулху и его приверженцев, он научился подчинять себе странных обитателей другого мира, где нет представления о времени и пространстве; и все ради того, чтобы спасти наш мир от вечного рабства, уготованного ему древними порождениями зла, о которых человечество не имеет ни малейшего представления!

Я разузнал и о Целено. Это звезда в скоплении Плеяд; с одной стороны от нее находятся Альциона и Электра, с другой — Майя и Тайгета. Не думаю, что это возможно… и все же, если доктор Шрусбери прав, на одной из планет близ Альдебарана лежит темное озеро Хали, где обитает Тот, Кого Нельзя Называть, Хастур Невыразимый, которому служат — если верить древним мифам — странные, похожие на летучих мышей существа, что умеют проникать сквозь пространство и время…

В течение нескольких последних часов я, сидя в своей комнате в Бостоне, пытаюсь убедить себя, что все со мной приключившееся было кошмарным сном, одним из тех проявлений временного помешательства, что иногда случаются с людьми. Однако сейчас я менее прежнего склонен этому верить. Ибо сегодня, когда я возвращался домой после скромного ужина, передо мной мелькнула та ужасная физиономия, что так похожа на рисунки Тенниела к «Алисе в Стране чудес»; и тогда я сразу вспомнил ужасных перепончатолапых тварей, что являлись мне в кошмарных снах! А теперь… нет, это не галлюцинации, я ясно слышу, как подо мной, в недрах земли, раздаются чьи-то гулкие шаги! У меня никогда не было галлюцинаций, я не мог это выдумать!

Я слышу где-то внизу ужасные чавкающие звуки, словно по жидкой грязи пробирается огромное скользкое существо; я вновь слышу те отвратительные звуки, что слышали мы с профессором на ужасном острове в Тихом океане, когда из-за каменной двери внезапно выползла огромная Тварь. Я закрыл на защелку дверь и плотно прикрыл все окна, и все же я чувствую угрозу — она везде, вокруг меня; мне очень страшно, перед глазами встают огромные каменные глыбы… вот они, по всем углам, я вижу вырезанные на них странные иероглифы, вижу лицо доктора Шрусбери с пустыми глазницами, вижу мерзких людей-лягушек…

Сейчас… Плеяды и Целено находятся как раз над линией горизонта, на северо-востоке; я выпил золотистый напиток; я только что подошел к окну и дунул в свисток, который на прощание дал мне доктор Шрусбери. Я стою у окна и произношу слова заклинания: «Йа! Йа! Хастур! Хастур кф’айак ’вулгтмм, вугтлаглн, вулгтмм! Ай! Ай! Хастур!»

Шаги все ближе — страшные, чавкающие, они звучат уже где-то под самым домом. Снаружи доносятся другие звуки — громкое шлепанье, словно огромные лягушачьи лапы ступают по скользким камням маленького острова в Тихом океане…

Что это… что это такое? О господи! Я вижу огромные крылья! Что за жуткие твари у меня за окном?!

«Йа! Йа! Хастур фхтагн…»

Эпилог

Из бостонской газеты «Херальд» от 3 сентября:

Следящий с небес[69]

Письменные свидетельства Абеля Кина

(Перевод С. Теремязевой)

1

«Абель Кин… Абель Кин… Абель Кин…»

Иногда я заставляю себя произносить свое имя вслух, чтобы успокоиться и поверить в то, что все осталось как прежде, что я все тот же Абель Кин; я подхожу к зеркалу и начинаю пристально всматриваться в свое лицо, проверяя, нет ли на нем признаков перемен. Будто могут быть какие-то перемены! Будто может наступить время, когда что-то непременно начнет меняться в подтверждение того, что произошло неделю назад. Неужели прошла целая неделя? Или еще нет? Я теперь уже ни в чем не уверен.

Это ужасно — потерять веру в мир дневного света и звездных ночей, знать, что в любой момент, словно по волшебству, могут нарушиться привычные законы времени и пространства, которыми станут повелевать древние силы зла, известные лишь очень немногим людям, чьи голоса так долго были гласом вопиющего в пустыне.

До сего дня я решал, стоит ли рассказывать то, что мне известно, о пожаре, уничтожившем значительную часть одного портового городка на побережье Массачусетса, и о жуткой морской твари, обитавшей неподалеку, но недавние события вынудили меня отбросить все сомнения. Есть на свете такие вещи, которые людям знать не следует, поэтому так трудно решать, о чем можно рассказывать, а что лучше сохранить в тайне. Тот пожар начался не случайно — о его причине знали только два человека; думаю, в городе нашлись и такие, кто кое о чем догадывался, но не более. Говорят, что если обычному человеку вдруг открыть всю необъятность космоса и то, что там происходит, он может сойти с ума. Но и в нашем маленьком мире могут происходить вещи, которые поставят нас лицом к лицу с космосом, бесконечностью пространства и времени и таким древним ужасом, по сравнению с которым история всего человечества — всего лишь детские забавы.

Во время того пожара огонь уничтожил гораздо больше, чем должен был уничтожить, — один за другим вспыхивали целые кварталы этого жуткого города между рекой Мануксет и океанским побережьем. Говорили, что это был поджог, однако вскоре эти разговоры прекратились. Потом нашли несколько маленьких камешков, но в газетах о них почти не писали, как не писали и о причинах пожара, о чем позаботились сами горожане, быстро прекратив всякие слухи и разговоры. Местные власти провели собственное расследование и вынесли вердикт: причиной пожара стал один человек, который уснул, не погасив лампу, во сне он случайно скинул ее на пол, после чего и начался пожар…

И все же по сути своей это был поджог — намеренный поджог, оправданный обстоятельствами…

2

Зло, несомненно, тема особая для всех студентов-богословов.

Каковым я и являлся на тот момент, когда, однажды летней ночью отперев дверь своей комнаты в доме № 17 на Торо-драйв в Бостоне, штат Массачусетс, от неожиданности застыл на пороге. На моей постели лежал человек, одетый в какую-то странную одежду, и спал так крепко, что мне никак не удавалось его разбудить. Дверь комнаты была заперта, и, значит, он проник сюда через открытое окно, однако каким невероятным способом он до него добрался, оставалось загадкой.

Несколько оправившись от изумления, я принялся разглядывать незнакомца. Это был молодой человек лет тридцати, чисто выбритый, смуглый и гибкий; на нем была свободная одежда из необычной ткани и сандалии из кожи неизвестного мне животного. Судя по его карманам, в них лежали какие-то вещи, но я не стал это проверять. Человек спал беспробудным сном; все выглядело так, словно он повалился на постель и мгновенно уснул.