Одесса. Живая. Улыбка Бога (СИ) - Смит Игорь Сергеевич - Страница 6

  - Конечно, Антон Леонидович, можете поверить, информация от нас не уйдет, - подтвердил я, перекладывая пакеты в свою папку и нисколько не сомневаясь, что Рыба и Козлов в ближайшее время действительно будут решать вопрос... Вопрос, связанный с нашим физическим устранением..., - а я, со своей стороны, надеюсь, что мы больше никогда, Антон Леонидович, никогда с вами не пересечемся. И хотя говорят, что Одесса - большая деревня, держитесь от меня и моих людей, господин Козлов, как можно дальше. Это в ваших же интересах.

  После такой патетики я развернулся и навсегда покинул кабинет начальника СБ, почти физически чувствуя исходящую от него волну ненависти. Что же, первый этап нашего плана выполнен. Механизм запущен. Надо только ещё немного подождать...

  - Ну что, Шмидт? - первым спросил Паша, как только мы вышли из приемной в коридор и направились к лифту.

  - Рыбу мы зацепили, - ответил я, вновь определяя гарнитуру на своё место в ухо, - в Одессе он будет завтра. Козлов приглашен к нему вместе с нашим айпадом. Уверен, что Рыба в первую очередь захочет лично убедиться в полноте и достоверности переданной нами информации. Так сказать, лично оценить нашу угрозу. Дальше дело за Ильей...

  Гольдман расплылся в довольной улыбке.

  - Игорь! Ну, не переживай ты так..., - протянул он чисто с одесским акцентом, - Ти не веришь старому Гольдману? Зря... Изя обещал, что бабушка приедет? Значит, бабушка приедет...

  Гоблин не выдержал и прыснул от смеха в кулак.

  - Илья, - перебил я Гольдмана и повел плечом, всё же испытывая некое неудобство от давно не носимой кобуры, - сейчас не самое лучшее время для шуток. Ты уверен, что достанешь айпад?

  - У тебя всегда не самое лучшее время для шуток, Шмидт, - поморщился Изя и продолжил, поравнявшись со мной, - а смех, кстати, продлевает жизнь. Ладно. Я его достану. Да при нынешнем развитии сетей я этот планшет хоть из Иерусалима достану. Сами увидите. Этот ваш Рыба будет смотреть на экран айпада, а мы через камеру планшета на него. Наивные люди... Почему-то никому в голову не приходит, что если с планшета можно выйти в интернет, то почему на него нельзя зайти из интернета? А?...

  Дилинькнул остановившийся лифт, раскрывая своё хромированное нутро и принимая нас внутрь. Паша, внимательно прислушивающийся к словам Гольдмана, нажал кнопку первого этажа.

  - И зачем эти сложности с активацией через сотовую связь, как вы хотели, - продолжил тем временем Изя, - а так, красота. Сигнал пройдет через пару десятков анонимных серверов и разовых коннектов, и всё. Бум! Если Дум не напортачил.

  - Дум никогда не портачит, - ворчливо произнес Гоблин и уточнил, - так что, Козлов приезжает к Рыбе, они включают айпад, начинают смотреть инфу. А мы нажимаем виртуальную красную кнопку на твоём, Изя, планшете и переходим ко второму этапу, - Пашка ухмыльнулся и напел, - позишн намбер ту, я тебя...

  - Кстати, - вспомнил я о том, чем занимался Гольдман в приёмной, - Изя, ты что за фотки там разглядывал?

  - А, так. Мимоходом телефон вашей Леночки посмотрел, - ответил Илья, - неумно, должен сказать, хранить такие фото.

  - Что? Что за фото? Леночка? Я тоже хочу посмотреть! - встрепенулся Гоблин.

  Потом посмотрел на наши злорадные ухмылки и обиженно протянул:

  - Нет, ну так не честно... А если с меня вискарь?

  - Замётано, - тут же согласился Изя и добавил, глядя, как Паша так и потянулся к его планшету, - эй, товарищ, только виски вперед, да?

  - Узнаю репатриантов, - пробурчал Пашка.

  - Шучу я, шучу, - усмехнулся Гольдман, - от банка отъедим и фото твои.

  Лифт плавно замедлился и остановился. Первый этаж.

  Мы вышли в вестибюль и, не торопясь, направились к выходу.

  - Лера, - произнес я, поднеся правый кулак ко рту, - как воздух?

  - Воздух чистый, Шмидт, - раздался в ухе голос нашего прикрытия, - выходите, всё под контролем.

  Без проблем пройдя через проходную, мы вышли на паркинг и загрузились в гоблиновский 'Паджеро'. Я сел за руль, Паша с Ильей забрались на заднее сиденье. Пока я завел мощный турбированный дизель, Паша в два счета вытащил из спортивной сумки свой полуавтоматический 'Вепрь-12', раскрыл приклад, щелкнул магазином и предохранителем, затем пристроил карабин между ног. И выжидательно уставился на Гольдмана.

  Я хмыкнул и медленно выехал из паркинга. Утренний час пик несколько рассосался, и дорога была относительно свободной, как для напряженного одесского трафика, конечно. Вот всё в Одессе хорошо, и море, и девушки, и солнце, и воздух... Но вот узкие улицы, особенно в центральной части города, всегда доставляли автомобилистам множество проблем...

  Неторопливо достигнув первого перекрестка, я послушно остановился на красный свет. Позади нас, через одну машину, пристроился черный и плотно затонированный 'Круизёр' Леры. М-да... Не самая неприметная машина. Хотя, при том количестве самых разнообразных джипов и прочих навороченных тачек на наших дорогах, даже 'Круизёр' действительно уже почти не бросается в глаза.

  И это ещё хорошо, что Валера Карабин всё-таки взял эту машину, а не приехал, скажем, на своём обычном 'Кайене' или парадно-выходном 'Мустанге'. Просто Лера у нас из очень хорошо обеспеченной семьи. Я до сих пор удивляюсь, как отец Карабина перенес все поездки своего сына в братскую Югославию. Это с учетом того, что старший Карабин, начавший подниматься перед самым развалом Союза, смог, практически не замазавшись с бандитами из девяностых, стать одним из самых заметных бизнесменов нашего города, да и не только его. Торговые точки, предприятия общепита, сельскохозяйственные и продуктовые производства, и ещё много чего папа Карабина планировал передать своему единственному сыну. Но, как я знал, Лера сопротивлялся этому изо всех сил. Ну, не видел он себя бизнесменом. И только в последнее время, когда старший Карабин начал сдавать по причине больного сердца, Лера стал потихоньку браться за семейные дела. И даже из ГОБа банка в ближайшее время уволиться планировал... Так что, всё, что ни делается, всё к лучшему.

  Светофор переключился на зеленый, и я направил машину в сторону центра. С заднего сиденья раздавались восхищенные 'охи' и 'ахи' Гоблина, таки дорвавшегося до просмотра фоток несравненной Леночки...

  И я, убедившись, что всё спокойно и идёт как надо, позволил себе немного отвлечься...

  Итак, что мы имеем. С Козловым и Рыбой всё ясно. Что бы мы им не обещали, в покое они нас не оставят. И я полностью согласен с Фаустом, который настаивал на том, что первый удар бандиты нанесут по нашим родственникам. По родителям, близким любого из нас, без разницы. Наиболее действенная и простая схема. У нас есть компромат на Рыбу. Авторитет дает команду, бандиты говорят 'есть', берут кого-нибудь из наших близких в заложники и выставляют ультиматум. Или мы возвращаем всю инфу, или заложники умирают. Мы, конечно же, возвращаем информацию. Нам говорят спасибо и присылают ухо, палец, или ещё какую-нибудь часть заложника в подтверждение серьезности своих намерений. Мы сдаем ещё пару резервных точек, где хранятся копии. В этот раз нам верят. Но, мы всё равно остаемся ненужными свидетелями. Что сделает Рыба? Зачистит нас? Единовременная гибель восьми здоровых мужиков, это если не учитывать заложника или заложников, по-любому вызовет в массах нездоровый интерес. Оно Рыбе надо? Деньги любят тишину... Гораздо проще убедить нас, это при заложнике-то, признать какое-нибудь левое обвинение с тем, чтобы годик попариться где-то на нарах. Что-то типа того варианта, который Козлов называл вариантом 'Зона'. И не факт, что с неё все из нас выйдут живыми...

  Такое развитие событий нас не устраивало. Поэтому общими усилиями вчера вечером родился некий план противодействия.

  Его нулевой этап был завершен нами ещё до рассвета. Все наши семьи, у кого они, конечно, были на тот момент, родственники и близкие, даже новая девушка Обивана, все в эту ночь отправились на отдых на одну из комфортабельных баз отдыха под Затокой. И ничего, что сезон ещё не начался. И неважно, каких усилий, нервов и игры воображения стоила эта ночь нашей команде. Главное, наши близкие были в безопасности. Обиван, Дум, Фауст и СС обеспечат её в полной мере.