Засыпайка в рыбацкой деревне - Нормет Дагмар - Страница 15

Через минуту мальчик вернулся на кухню в чистой синей рубашке и белых гольфах.

— «Стелла» у мола. Пойду навестить дедушку.

— Так вот в чем дело! — догадалась бабушка. — Значит, поставим тесто! — радостно сказала она. — Вечером будет кофе с ватрушками.

Ни один семейный праздник не обходился без знаменитых бабушкиных ватрушек. А еще знаменитей был ее черничный пирог — во всем Кясму никто не умел печь такие отменные пироги с черникой, как Салме с хутора Кивинеэме. Но черника еще не поспела, поэтому таллиннского дедушку попотчуют ватрушками. И Мати ничуть не возражал.

Рядом с невидимым Засыпайкой Мати торжественно двинулся к молу, ведя на поводке причесанного Тупса.

— Понимаешь, — объяснял он другу, — корабль — это самая чистая вещь на свете. Его моют и чистят с утра до вечера. Матросам и носом шмыгнуть некогда — все до последней железки должно сверкать. И гости тоже должны быть чистыми, иначе капитан не пустит их на борт.

От старых лодочных сараев далеко в море уходил мол, сложенный из крупных камней и залитый цементом. Это было излюбленное место купания деревенской ребятни и дачников. Мати здесь плавать не разрешалось. Он мог заходить в воду только у своего дома, да и то когда рядом были бабушка или дедушка.

— Успеешь еще! — говаривали они. — Вот вырастешь, научишься как следует плавать, тогда и сигай в воду с мола.

Поэтому Мати всегда с завистью смотрел, как мальчишки и девчонки бесились, плавали наперегонки или прыгали с самого конца мола вниз головой.

Вон и сейчас на молу загорала и плескалась в воде уйма народу — и дачники, и деревенские ребята. Но сегодня Мати было не до них. Вскинув голову, он подходил к «Стелле» — а рядом ватага мальчишек разглядывала корабль и спорила о скорости морских судов.

«Стелла» была не так уж велика. У причала стояли рыболовные суда и побольше. Но рядом с затрапезными черными бортами траулеров беленькая «Стелла» гляделась веселой, чистой а нарядной.

Мати стоял рядом с мальчишками и ждал. Ждал того мгновения, которое должно было искупить всю горечь, накопившуюся за долгие летние дни. Он станет сегодня героем мола! А остальные пускай смотрят и лопаются от зависти!

Ожидание, однако, затягивалось, и Тупс, потеряв терпение, залился пронзительным лаем. Он тявкал на всех: на деревенских мальчишек и на дачников, на чаек, скользящих в воздухе, и даже на корабль.

— Тихо-тихо! — уговаривал его Мати. Но беспокойство Тупса было вознаграждено: услышав знакомый лай, на палубу вышел не кто иной, как таллиннский дедушка.

— Дедушка! — окликнул его Мати.

На молу все разом стихло.

— А, вот и вы! — обрадовался дедушка. — Милости прошу, поднимайтесь.

Настал час Мати! Он подхватил Тупса и взошел на аборт «Стеллы». С виду он был невозмутим, но грудь его распирало от гордости: где еще найдешь мальчишку, которого так запросто приглашают на корабль: «Милости прошу, поднимайтесь!»

Сегодня он, Мати, герой дня! Жалко, Майли его не видит! Хорошо хоть невидимый Засыпайка рядом.

Мати спиной чувствовал, как с восхищением и завистью смотрят на него деревенские мальчишки.

И тут произошло нечто неожиданное.

— Ну, цуцики, вы тоже хотите зайти? — обратился дедушка к ребятам на молу. Предложение показалось таким невероятным, что цуцики онемели.

Повторять не потребовалось. Пять пар ног вскарабкались по трапу и застыли на палубе. Забегали пять пар глаз, осматривая, оценивая, запоминая.

— Как вы думаете, что это за корабль? — спросил дед.

Молчание.

— Это рыболовецкое судно?

Молчание.

— Или, например, прогулочный пароход?

— Нет! — сказал Мати. — На «Стелле» проводят исследования.

— Так точно, — улыбнулся дедушка. — Изучаем, что подают рыбам к столу.

Мальчишки засмеялись.

— Рыбы за столом! И на стульях!

— Стулья им ни к чему, — продолжил дедушка, — а стол у них огромный: все море. Мы исследуем чистоту морской воды и…

— И планктон, — вставил Мати тоном знатока.

— Так точно, — опять подтвердил дедушка. — Планктоном называются крошечные животные и растения, которые обитают в море. Это незаменимая еда для рыб. Хотите, покажу?

— Угу! — кивнули мальчишки.

— Пойдем к другому борту. Там у нас сетка для ловли планктона.

Ребята перешли на другую сторону судна. Тупс семенил за ними по пятам и принюхивался — незнакомые запахи будоражили.

Внезапно он оказался нос к носу с корабельным котом. Это был великолепный пушистый зверь в рыжую полоску. От неожиданности оба оцепенели. Тупс в знак приветствия тявкнул. Кот прижал уши, фыркнул и грозно вздернул хвост. Тупс, который не понимал кошачьего языка, решил, что кот виляет хвостом, значит, радуется встрече.

— Давай играть вместе! — протявкал Тупс и прыгнул к коту.

Кот, который не понимал по-собачьи, решил, что Тупс ему угрожает, и пустился наутек. А Тупс принял это за приглашение поиграть и помчался следом. Кот бежал что было сил.

— Сейчас мы с вами будем ловить планктон, — сказал дедушка, — вот видите, сетка похожая на сачок и…

Тут он запнулся, потому что его чуть не сбили с ног. Вокруг штурманской рубки закружилась безумная карусель — это Тупс гнался за рыжим корабельным котом!

— Тупс! — закричал Мати. — Тупс, нельзя!

Но тут кота осенило: у него есть оружие, которым не обладает его преследователь — когти! Кот резко остановился и, когда Тупс с размаху налетел на него, когтистой лапой врезал псу по морде. Этого Тупс никак не ожидал, да еще так больно! Он отпрыгнул в сторону и полетел в море.

— Собака за бортом! — пророкотал капитан, он вышел взглянуть, что за шум на палубе.

— Ничего, выплывет! — решил дедушка.

Но Тупс и не подумал плыть к берегу — он пытался взобраться на корабль по борту. А так как кошачьих когтей у него не было, щенок без конца плюхался обратно в воду, скулил, отфыркивался и чихал.

— Он утонет! — жалобно крикнул Мати.

Невидимый Засыпайка тоже испугался, что Тупс утонет. Он взял сетку для ловли планктона за ручку, опустил ее в воду и выловил Тупса. Опешившие мальчишки следили, как сеть вытаскивает из воды собачонку.

— А вот и планктон! — засмеялся дедушка. Он решил, что собаку спас капитан. А капитан думал, что дедушка. Только Мати понял, в чем дело, и быстренько перевел разговор.

— Знаешь, дедушка, сегодня в Народном доме выступает кукольный театр, и бабушка играет, а потом вы придете в Кивинеэме пить кофе. Бабушка Салме вас приглашает.

— Так вот почему твой дедушка так рвался в эту бухту! — рассмеялся капитан. — Я-то думал, мы ее проскочим, да где там! Наш ученый решил, что самое важное — исследовать воду именно у этого берега. — Вечером увидимся, — и дедушка подмигнул Мати.

История одиннадцатая,

в которой Майли осенила ценная мысль, оплошал молодой рабочий сцены, а усердие Шерстинки чуть не стало роковым для кукольного спектакля

Часа в четыре в Кивинеэме начались сборы в театр. Дедушка Элмар в белой рубашке и новом серо-синем костюме казался совсем чужим. И пахло от него уже не рыболовными сетями, а одеколоном. Глядя на бабушку Салме, Мати удивлялся, как она помолодела, надев цветастое шелковое платье и аккуратно уложив волосы.

Все были оживлены. Только обиженный Тупс куксился в кресле-качалке.

— Собака останется долга! — сказала бабушка, и собака поняла, что так тому и быть.

— Тупс ведь тоже хочет повидать Буратино! — попробовал возразить Мати. — А Буратино захочет повидать Тупса…

Но бабушка прекратила торг.

— Успеется! Повидаются после спектакля, когда твоя бабушка придет к нам. В Народный дом с собаками не ходят. Точка!

А когда бабушка говорила «Точка!», это была именно точка.