Великий план - Марко Джон - Страница 94

— Привыкнешь, — прошептал первый помощник.

Ричиус не разделял его уверенности. Спускаясь по сходням, он отчаянно цеплялся за Маруса. Внезапно его окружила толпа детей, их золотистые головки мелькали на уровне его пояса. Они смотрели на него с изумлением, хватая за полы куртки и ловя руки. Пракну с Марусом тоже окружили, но вид нарца буквально заворожил толпу. Женщины, вышедшие на берег, были слишком хорошо воспитаны, чтобы толпиться вокруг него, но и они смотрели на Ричиуса с интересом, смешанным со страхом. Маленькая девочка поймала его пальцы и крепко их сжала, пытаясь притянуть его к себе. Ричиус нагнулся, чтобы улыбнуться ей. Она была хорошенькая — и когда он на нее посмотрел, она отскочила и радостно засмеялась.

— Привет! — сказал он.

— Нарец! — уверенно провозгласила она. — Ты — Шакал.

— Нет, — мягко поправил ее Ричиус. — Я — Ричиус. — Он указал на себя, подчеркивая свое имя. — Зови меня Ричиусом.

— Шакал! — сказал еще один ребенок из толпы. — Нарский Шакал!

Ричиус ощетинился.

— Ладно, — проворчал он. — Пусть будет Шакал. Он погладил девочку по головке и отошел, качая головой. Марус со смехом догнал его.

— Привыкай, Ричиус, — посоветовал он. — Именно под этим именем тебя здесь знают.

— Да неужели? И кто в этом виноват?

— Легенды, которые о тебе рассказывают, — ответил Марус. — Тебя не хотят обидеть. Так же как трийцы, которые называют тебя Кэлак.

— Ну и это тоже не такое уж хорошее прозвище.

Пракна повел их к другому судну — одной из лодок, которыми были заполнены вездесущие каналы. Эта лодка была зелено-золотая, с приковывающей взгляд двухголовой рыбой на носу. Борта лодки щетинились веслами, так что она напоминала сороконожку. На причале дожидалась пара матросов в роскошных мундирах. На груди их длинных курток был вышит тот же необычный символ. Пракна подошел к матросам, а те улыбнулись и поклонились ему.

— Командующий флотом Пракна, — почтительно проговорил один из них. — Добро пожаловать домой, сударь.

— Я рад оказаться дома, — отозвался Пракна. Даже в своем поношенном мундире командор был великолепен. — Разрешите подняться на борт?

Матрос шагнул в сторону.

— С радостью, сударь.

— Куда мы направляемся? — спросил Ричиус у Маруса.

— Это люди самой королевы, — ответил Марус. — Они отвезут нас к ней во дворец, на остров Харан.

— Королевы? — потрясение переспросил Ричиус. Он посмотрел на свою грязную одежду. — И я должен предстать перед королевой в таком виде?

— Как и все мы. Оглянись вокруг, Ричиус. Поверь мне: королева не оскорбится твоим видом.

Среди развалин порта это утверждение казалось убедительным, но Ричиус все равно постарался разгладить свою мятую куртку. Пракна был привычно немногословен и ни разу не упомянул о встрече с правительницей Лисса. Ричиус считал, что они немного отдохнут — и, возможно, начнут работать утром. Видимо, их задача гораздо более срочная, чем он думал. И поскольку он уже встречался с Аркусом Нарским, аудиенция у королевы Лисса его мало тревожила. Он последовал за Пракной и Марусом на борт королевского судна, стараясь не поскользнуться на заснеженных сходнях, а потом прощально помахал людям, толпившимся на причале. Они по-прежнему не сводили с него глаз. Ричиус подумал, что быть героем довольно приятно. Видели бы его сейчас Дьяна и Шани!

Как только они поднялись на борт, гребцы заработали веслами, и лодка отчалила, устремляясь в широкий канал, прорезавший остров. На обоих берегах возвышались старинные строения Лисса, грозящие рухнуть на головы людей. Ричиус заметил следы ударов огнеметов — их ни с чем нельзя было спутать — и разрушения, нанесенные ракетами. Во многих зданиях зияли дыры, прожженные дальнобойными орудиями дредноутов. Землю устилали мусор и осколки, а сами улицы-каналы были засорены обломками. Пока Пракна и Марус разговаривали с королевскими матросами, Ричиус прошел на нос лодки, чтобы лучше видеть окрестности. Перед ним неспешно разворачивался весь Лисе. Вдали неслышными голосами звали ввинчивающиеся в небо башни, а падающий на каналы снег приглушал все звуки. Здания по берегам канала были заброшены, но сам канал был полон лодок, похожих на ту, где плыл Ричиус: эти лодки перевозили людей и грузы между строениями. Подростки — мальчики и девочки — трудились среди развалин, занятые тяжелыми восстановительными работами. При виде королевской лодки они позволяли себе сделать короткую передышку, чтобы устало помахать рукой.

— Не все так страшно, — неожиданно сказал Марус. Он подошел к Ричиусу сзади и положил руку ему на плечо. — Мы еще отстроимся.

— Здесь столько разрушений! — отозвался Ричиус. — Я никогда ничего подобного не видел. Вы очень мужественные люди, Марус, раз смогли вынести такое.

— Эти острова спокон веков наши, и мы никогда их не отдадим. — Лисский моряк указал на широкую бухту, показавшуюся вдали. Ее окружали взорванные здания. — Видишь ту гавань? Там был «Бесстрашный». С него открыли огонь раньше, чем шхуны успели подойти и помешать ему. Его атаковали больше тысячи мужчин и женщин, на таких же лодках, как эта. Временами бой переходил в рукопашный. — Лицо Маруса помрачнело. — Адски кровавый. В тот день воды канала действительно стали красными от крови. Вот с того дня и остались все эти развалины. Когда «Бесстрашный» прекратил огонь, все здесь пылало. Понадобился год для того, чтобы отстроить хотя бы столько.

— А как в глубине островов? — спросил Ричиус. — Разрушений не так много?

— Нет, слава богу. Большинство каналов слишком узки для дредноутов. И существует целая система шлюзов и плотин. Никабар пытался высаживать десанты, но они не знали местности, и их неизменно уничтожали. У нас нет дорог, по которым можно было бы перевозить тяжелые грузы, так что привычная тактика Нара здесь не работала.

— И они просто продолжали вас обстреливать, — вздохнул Ричиус. — Поразительно.

— В течение десяти лет, — откликнулся Марус. Он закрыл глаза, вспоминая те кровавые дни. — Но теперь это позади. Теперь для Нара пришла пора расплаты.

— Расскажи мне про остров Харан, — попросил Ричиус. — Что значит это название — Харан? Это лисское слово?

— Вроде как, — ответил Марус и указал на резное изображение на носу лодки — необычную двухголовую рыбу. — Это и есть харан.

— Это? Так это рыба?

— Не просто рыба, — возразил Марус. — Харан. Это слово означает «божественный» или что-то в этом роде. Лиссцы раньше верили, что хараны — это боги. Это потому что они такие умные. Они все еще сохранились, но их очень мало. И все они живут в водах вокруг дворца королевы.

— Выглядят они просто невероятно, — заметил Ричиус. — А они большие?

— Бывают. Но обычно не больше человека.

— Что? — изумленно проговорил Ричиус, отшатываясь от борта. — Такие большие?

— Когда мы будем во дворце, ты их увидишь, Ричиус. Несколько харанов живут у королевы в водяном саду. Я не сомневаюсь, что она их тебе покажет, если ты попросишь.

— Расскажи мне о королеве. Какая она? Марус расплылся в улыбке.

— А это я предоставлю тебе самому вообразить, друг мой. Только поверь моим словам: королева Джелена — женщина совершенно необыкновенная. Я уверен, что она тебя поразит.

Ричиус перевел взгляд на заснеженный горизонт.

— Я в этом не сомневаюсь.

Почти час лодка медленно плыла по каналу. Гребцы работали веслами ровно и слаженно. Водная нить немного сузилась. Местами она разветвлялась, соединяясь с такими же каналами, и повсюду вокруг поднимались странные здания Лисса. Над головой парили огромные мосты — древние сооружения из резного камня, заполненные народом, спешившим по своим делам. Руины остались позади — лодка плыла уже по самому сердцу Лисса, куда не мог добраться огонь нарских дредноутов. Разрушения сменились чудесными творениями архитектуры. Неспешное движение помогло Ричиусу расслабиться. Он поражался удивительным картинам. Легкий снег припорашивал ему волосы и ресницы, напоминая об Арамуре. Он снова вспомнил Дьяну и Шани и подумал, как бы им здесь понравилось. Когда-нибудь он привезет их сюда и покажет им все эти диковины. Когда везде наступит мир, появится время, чтобы наслаждаться такими радостями.