Великий план - Марко Джон - Страница 116

«Он наполовину рыба, — подумал Ричиус. — Все лиссцы наполовину рыбы».

Как и говорил ему Марус, они были детьми моря. Его соленая вода текла в их жилах вместо крови.

Видно было, что Тимрин далеко не рад своей задаче. Ничто не отвлекало его и не нарушало его сосредоточенности, однако на его лице отражалась подлинная тревога. Чем бы ни был Каралон, туда явно не следовало отправляться в ночное время.

— Реже! — скомандовал Тимрин гребцам.

Те резко снизили темп, и лодка пошла по инерции. Вдруг под килем заскрипел песок, лодка завалилась на левый борт, и Джелена упала на руки Ричиуса. Тимрин с проклятием вцепился в ахтерштевень, приказав команде отталкиваться. Гребцы с левого борта поспешно схватили длинные шесты и стали отталкивать лодку от чего-то, за что она зацепилась. Снова раздался скрежет и скрип, лодка закачалась, медленно освобождаясь. Решив, что хрупкое суденышко непременно развалится, Ричиус крепко держал Джелену. Если они упадут в ледяную воду, смерть неминуема.

— Я вас держу! — заверил он королеву.

Джелена осталась в его объятиях, радуясь чувству безопасности, которое они ей дарили. Пальцы ее впились в скамейку: она изо всех сил помогала Ричиусу не соскользнуть. Гребцы кряхтели от напряжения. Тимрин кричал, чтобы они налегали-и наконец лодка с плеском встала на ровный киль, отходя от черной гряды заиленных камней. Пока они отплывали от опасной мели, Тимрин тряс головой, испуганно и сердито. Он бросился было проверять, как там королева, но Джелена тут же его успокоила.

— Все в порядке, — заявила она. — Действуй, Тимрин. Следи за курсом.

— Действительно все в порядке? — спросил у нее Ричиус. Он продолжал удерживать ее за талию. Смутившись, Джелена высвободилась.

— Все хорошо, — сказала она. — Спасибо вам. Пристыженный Ричиус немного отодвинулся.

— Так скажите мне хоть сейчас, — попросил он, — где мы? Это — Каралон? Джелена кивнула:

— Да. Или его часть. Мы уже совсем близко.

— Эта топь? Здесь находится моя армия?

— В центре этой топи есть остров, — объяснила королева. — Намного больше остальных островов. Именно там и ждет ваша армия, Ричиус. Они готовились вас встретить, подвозили припасы и учились. Но было трудно собрать их всех. Вот почему пришлось столько ждать.

Ричиус осмотрелся. Эта мрачная местность удивила его. Ему с трудом верилось, что на этих топких заброшенных берегах прячется его армия.

— Здесь? — невольно воскликнул он. — Не понимаю. Почему?

— Потому что это самое безопасное место, — ответила Джелена.

В ее голосе звучали волнение и печаль, непонятные Ричиусу. Она не вглядывалась в темноту, как это делал он, не вытягивала шею, чтобы лучше видеть, не выказывала ни малейшего страха перед предательским болотом. Она просто сидела — молча, неподвижно. Ричиус взял ее за руку, умоляя говорить.

— Объясните мне, — мягко попросил он. — К чему вcе это?

Джелена вздохнула.

— Каралон — очень удаленное место. Сюда ведет только одна широкая протока, а пешком на главный остров добраться вообще невозможно. Всякий, кто направляется на Каралон, должен воспользоваться лодкой — такой, как эта. И должен знать путь, как его знает Тимрин. Это очень опасная дорога. И тайная.

— Это я уже понял. Но почему?

— Потому что эти люди — все, что у нас осталось! — резко ответила Джелена, высвобождая руку. — Они — наша единственная надежда, Ричиус. Единственные бойцы, которых мы можем вам дать. Мы спрятали их здесь, потому что не можем позволить себе новое сражение с Наром на нашей собственной территории.

И внезапно Ричиус все понял. Если бы нарцы вернулись — чего явно боялась королева Джелена, — то никак не смогли бы добраться до ее драгоценной армии, пока та находилась здесь, на далеком Каралоне. Даже мощные орудия дредноутов были бы бесполезны на этой территории, состоящей из рек и лагун. Этих людей собрали вдали от лисских городов и водных путей, в глубине Сотни Островов, где ни один нарец не мог бы найти их и уничтожить последнюю надежду Лисса на мщение. Ричиус сочувственно улыбнулся королеве в знак понимания. Эти лиссцы действительно были прекрасным народом. И невероятно отчаянным.

— Значит, вы держите ваших мужчин здесь для их же безопасности, — сказал он.

— Не только мужчин. И женщин тоже. Всех, кто достаточно взрослый и готов служить. Именно здесь мы их поселили. И здесь вы будете их обучать, превращать их в армию. Мы собрали их здесь для вас, Шакал.

Ричиус покачал головой:

— Боже, на что вы только не готовы, Джелена! Сначала вы привезли меня сюда через полмира. А теперь… — Он пожал плечами, не находя нужных слов. — Это все. Не знаю, что и сказать.

— Скажите, что вы были не правы, — предложила Джелена. — Скажите, что у нас действительно есть для вас армия и что я никогда не стала бы вас обманывать.

— Извините, — проговорил Ричиус. — Я был с вами слишком резок. Но мне было страшно. А теперь я не знаю, что и, думать! Все это так удивительно. Весь Лисе. Мне все здесь так странно!

— Более странно, чем вы предполагали, наверное, — согласилась Джелена. — Но теперь вам предстоит работа. И чтобы победить наших врагов, мы должны доверять друг другу. — Она пристально посмотрела на него. — Вы можете это сделать, Ричиус?

— Попробую, — ответил он. — Я уже обещал, что сделаю для вас все, что в моих силах, Джелена. Не сомневайтесь. А теперь… — Он осмотрелся. — Где она, эта моя армия?

— Здесь очень плохой путь, — неожиданно ответил ему Тимрин. — Надо идти медленно, иначе пропорем днище.

— Мы уже близко, Ричиус, — успокоила его Джелена. — Будьте терпеливы.

Терпением Ричиус никогда не отличался, однако он постарался сдержаться и стал смотреть на водный горизонт. Вокруг можно было различить только бесформенные тени, туманные очертания узких проток и качающиеся под ветром заросли водяных трав. Гребцы отложили весла и теперь толкали лодку по узкой протоке длинными шестами, вымазанными илом и тиной. Ночь наполнилась чмоканьем болотной жижи и плеском воды. Впереди в слабом свете фонарей вырастал силуэт острова. Он оказался высоким и внушительным на вид, а его скалистый берег изобиловал зарослями рогоза и песчаными дюнами.

— Это сюда мы плыли? — спросил Ричиус, страшась ответа.

— Это — Каралон, — ответила королева.

У Ричиуса оборвалось сердце. Что за армию можно было здесь спрятать? Однако, несмотря на его дурные предчувствия, лодка продолжала приближаться к острову. Тимрин перегнулся через борт, схватившись рукой за ахтерштевень, и командовал гребцами. Опытные моряки Лисса воевали с предательскими берегами, медленно ведя лодку вперед. Корпус лодки под ними стонал, натыкаясь на камни и песчаные отмели. Встав по обоим бортам, гребцы шестами отталкивались от опасных скал, благополучно проводя мимо них свою королеву. Наконец лодка остановилась, упершись в берег и накренившись. Вокруг воцарилась пугающая тишина.

— И что теперь? — спросил Ричиус. — Мы вылезаем? На лице Джелены появилась озорная улыбка.

— Добро пожаловать на Каралон, мой герой!

Ричиус встал, а потом помог подняться Джелене. Тимрин и его команда осторожно продвигались по лодке, выбираясь на топкий берег. Для королевы спустили сходни. Матросы снимали с лодки фонари, готовясь уйти в темноту. Тимрин тоже схватил фонарь и направился к своей королеве.

— Моя королева, держитесь рядом со мной, — посоветовал он. Он был намного старше ее, и в его голосе слышалась подлинная тревога. Впервые Ричиус обратил внимание на страшный шрам, пролегший по лицу капитана, и отсутствие одного уха. — Я не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось, — говорил тем временем Тимрин, протягивая королеве руку. — Здесь дорога каменистая, так что идите осторожно.

Они втроем сошли на землю. Тимрин и Джелена пошли вперед, Ричиус последовал за ними. Воздух на острове оказался густым и душным. Заросли рогоза загораживали путь, и без того трудный из-за неровной почвы и постоянного холода. Фонарь Тимрина освещал дорогу вверх по склону песчаного холма. У вершины капитан с Джеленой остановились, оглядывая остров. Ричиус догнал их и встал рядом. Перед ним раскинулась плоская равнина, усеянная палатками и хлипкими строениями и ярко освещенная факелами. В центре поляны стоял флагшток — высокое, чуть покосившееся сооружение, увенчанное гордым штандартом Лисса с морским змием. Ряд огромных бараков под тростниковыми крышами уходил к горизонту, а на другой стороне поляны оказался плац, разбитый множеством обутых в сапоги ног.