Праведники Меча - Марко Джон - Страница 96

— Прочь с дороги! — крикнул Гэйл, протолкнувшись мимо них. — У короля Джимроя срочное дело к герцогу Горкнея.

— Джимрой, слезай немедленно! — взревел один из часовых.

Гэйл пробежал мимо них, не обращая внимания на крики. В последнее время они все обращались с ним, словно с несмышленым ребенком, и ему это надоело. Он затянул старинную боевую песню, которую выучил еще в юности, и пел ее, пока не вышел на середину внутреннего двора, где дожидался его слуга Редд. У Редда отвисла челюсть. Он бросился к королю, забыв о своем намерении оставаться под кровлей и не шлепать по грязи.

— Господин мой! Что вы делаете?

Гэйл прекратил пение и посмотрел на своего слугу.

— Что такое?

Редд едва мог говорить. Он обвел взглядом изумленные лица окружающих, а потом подался к королю и прошептал:

— Господин мой, вы... балуетесь!

— А почему бы и нет? — Гэйл оглянулся на Джимроя. — Ладно, парень, слезай. Веселье закончилось. Старина Редд все нам испортил.

— Господин мой!

— Прекрати верещать словно баба, Редд. — Гэйл потер руки. — Ну и где же мои гости? Юный Джимрой сказал, что приехала какая-то девка.

Редд потрясенно взирал на короля.

— Ну? — прикрикнул на него Гэйл и щелкнул пальцами у Редда перед глазами. — Ты что, заснул? Где та женщина, о которой мне доложил Джимрой?

— Баронесса Риктер, государь, — поправил его Редд. — Господин мой, вы хорошо себя чувствуете?

Этот вопрос озадачил Гэйла. Он попытался понять, как же он себя чувствует на самом деле.

— Да, баронесса Риктер... — Он откашлялся и разгладил промокшие одежды. — Угу, да...

— Она приехала, чтобы обсудить ваши планы, господин мой. Вы ведь это помните?

— Мой мозг работает как часы, Редд. Где она?

— В зале советов, ждет вас с герцогом Валлахом. Он тоже прибыл по вашему...

— По моему пожеланию. Да-да. Все это я уже знаю. Нечего меня опекать, словно младенца неразумного. Меня, знаешь ли, уже довольно давно отняли от груди.

— Но, господин мой, вы выглядите...

— Как?

Редд замялся.

— Нездоровым. — Он осторожно взял короля под руку и завел под навес. Отпуская Джимроя, он улыбнулся. — Господин мой, в последнее время у вас было так много тревог. Почему бы вам не отдохнуть после вашей встречи с баронессой и герцогом?

— Отдых — это для стариков, — ответил Гэйл. — Почему бы тебе не спросить у юного Джимроя, старый ли я? Я нес его сюда от самого кладбища и всю дорогу бежал.

— Да, вы в прекрасной форме, господин мой. И все же ваши тревоги...

— На такое мог бы пожаловаться слабый человек, Редд. А теперь веди меня к баронессе. И не устраивай шума из-за моей одежды. Я переодеваться не собираюсь. Сейчас идет дождь. Если им это не нравится, пусть идут к черту.

Редд вздохнул, но спорить не стал. Не говоря больше ни слова, он ввел короля в замок, сопровождая его по лабиринту переходов, ведущих в парадные покои. На ходу Гэйл старался дышать ровно. Головокружение постепенно проходило. Он напомнил себе, что его ждут дела. Идя с Реддом по замку, он пригладил волосы, пытаясь придать себе приличный вид. У него за спиной уже шепчутся — он это слышал. Люди говорят, будто король сошел с ума.

— Я не сошел с ума...

Редд остановился у самой двери.

— Конечно, нет, — согласился он. — Итак, господин мой, баронесса Риктер и герцог ждут вас в зале. Вы готовы их видеть?

Гэйл был готов к этой встрече уже много месяцев. Он оттолкнул Редда в сторону и открыл дверь, за которой оказался зал советов — небольшое помещение с несоразмерно широким столом, однако благодаря раздвинутым занавескам впечатление тесноты несколько смягчалось. За столом напротив двери сидел герцог Баллах. Старик встал, чтобы поздороваться

;, королем. В зале присутствовал и майор Мардек. Майор низко поклонился. А вот удивительная женщина осталась сидеть за столом. У нее были серебряные волосы, а на платье из лилового бархата переливалось бриллиантовое ожерелье. Ее длинные пальцы обхватывали рюмку бренди. Увидев короля, баронесса Риктер поставила рюмку и хищно улыбнулась. На нарумяненном лице заморгали зеленые глаза.

При виде баронессы Гэйл немного успокоился. of никогда еще с ней не встречался, но был наслышан о ее красоте. Неожиданно к нему вернулись все его способности — словно кто-то зажег у него в голове свечу. Он медленно подошел к ней и протянул ей руку.

— Баронесса, — любезно проговорил он, — я очень рад вас видеть. Я искренне благодарю вас за посещение, которым вы удостоили мой дом.

Баронесса Риктер позволила королю поцеловать себе руку. Она была немолода, однако сохранила девическое обаяние. А еще у нее была великолепная фигура. Гэйлу пришлось сделать над собой усилие, чтобы ничего по этому поводу не сказать. В последнее время все его мысли помимо его воли срывались у него с языка. Чтобы держать себя в руках, приходилось прилагать немало сил.

— Король Тэссис, — проговорила баронесса, чуть привстав, — это я рада оказаться здесь. Спасибо вам за приглашение и за возможность сюда приехать.

— Мы вам очень рады, баронесса. У нас в замке редко бывают столь чудесные гостьи.

— Вы льстите мне, сир.

— Неужели? Но, надеюсь, вы у нас поживете? Оставшийся на пороге Редд звучно кашлянул.

— Господин мой, возможно, вам следует сесть и отдохнуть?

Гэйл выпустил руку баронессы Риктер. Что с ним, черт подери, происходит?

«Боже, помоги мне хотя бы казаться нормальным. Я должен вспомнить, как надо себя вести...»

— Несомненно, сэр Редд, — сказал он. — Нам надо поговорить о деле.

Он сел во главе стола, а потом пригласил герцога и майора занять места за столом. Герцог Баллах буквально упал в кресло: он казался совершенно вымотанным. Видно было, что ему несколько раз подливали в рюмку бренди. Майор

Мардек снял свой шлем с забралом в виде демонской морды и поставил его возле себя на стол. Гэйл не ожидал увидеть солдата здесь, но решил, что у Мардека есть новости из Высокогорья.

— Ну что ж, это — знаменательный момент, — проговорил король. — Наконец мы все собрались вместе.

— Верно, — согласилась баронесса необычайно мягким голосом. — Мой брат был бы рад это видеть. Баллах кивнул:

— И Сабрина тоже.

— И, несомненно, бесчисленное множество других людей, — добавил Гэйл. — На руках нашего императора много крови.

Он вздохнул, отдавая должное памяти погибших. Брат баронессы Риктер пал жертвой Бьяджио, как и дочь Валлаха, — барон Риктер был одним из одиннадцати нарских правителей, убитых во время вторжения на Кроут. Там же погиб сам Эррит, а также Оридиан и Клоди Вое, бывший лорд-архитектор Нара. Барон Риктер был одним из многих, но старшая сестра, оставшаяся в Фоске, не простила Бьяджио его смерть и с радостью присоединилась к заговору Гэйла. До своей гибели барон Риктер был повелителем Башни Правды. Теперь этот высокий пост занял Дакель. Гэйл считал, что назначение инквизитора разъярило баронессу еще сильнее: ее ненависть к Бьяджио не знала границ.

— За наших возлюбленных погибших, — провозгласил Гэйл, поднимая свою рюмку. — Мы за них отомстим.

Трое аристократов молча выпили бренди, поставили рюмки и выжидательно посмотрели на Гэйла. Король успокоился. Безумие прошло: его прогнали срочные дела. Всякий раз, когда он начинал заниматься планами, его ум обострялся.

— Теперь, баронесса Риктер, простите мою прямоту, но я должен спросить у вас, сколько людей вы привели с собой?

— Я привела сто всадников, — ответила баронесса. — Они уже отправлены в Арамур на обучение. Насколько я понимаю, правитель Лет предупрежден об их приезде?

Гэйл нахмурился.

— Правителю было сказано ожидать гораздо больше людей, а не всего сотню, милая дама. Простите меня, но я разочарован. Я считал...

Баронесса протестующе махнула рукой.

— Пожалуйста, не капризничайте, король Тэссис. Я прекрасно помню о своих обязательствах в отношении вас. Я приехала только с сотней, потому что больший отряд вызвал бы подозрения. Мы ведь стремимся сохранить тайну, не так ли?