Праведники Меча - Марко Джон - Страница 154

— Что? — возмутился Бьяджио. — Я не останусь. Я готов! Редберн бросил быстрый взгляд на Брину. Бьяджио моментально понял его намек. И Брина тоже поняла.

— Мне опекун не нужен! — запротестовала она.

— Оставайтесь! — приказал принц.

Он проскакал по рядом своих бойцов, размахивая мечом и призывая их на битву. Латапи захрапели, пешие бойцы ударили в щиты. Редберн звал их на бой со всем магическим жаром его крови. На другом берегу Серебрянки вперед скакали талистанские кони. Редберн развернул к ним своего лося и рванулся вперед. Позади себя он услышал рев своих воинов, топот копыт и звяканье тяжелой брони. Пригнувшись в седле, он направил рога своего латапи на несущихся к нему всадников. Рукоять меча проскользнула в его ладони, и он понял, что сильно вспотел. Он не хотел этой войны, но Тэссис Гэйл навязал ее. Редберн выбрал себе цель — заносчивого короля на другом берегу реки. Если бы ему удалось до него добраться...

Войска сшиблись. Лось Редберна начал крушить коней: взмах рогов распорол бока сразу двум скакунам, отбросив их назад. Спустя мгновение Редберна поглотила волна, секущей стали. Он поднял щит, отразил удары — и замахнулся мечом на противника слева. Клинок ударил по шлему солдата. Тот ответил серией ударов. Редберн с яростным криком протолкнул своего лося прямо сквозь них. Вокруг него под бешеные вопли рванулись вперед его люди и беспощадные рога латапи. Мир размазался — и внезапно Редберн оказался в окружении. Враги и союзники плотно сдавили его. Холодная вода реки плеснула вверх, ослепив его в момент взмаха мечом. Надо было высвободиться, вырваться из несущегося стада, но стена людей и животных напирала. В голове звенело от яростных криков и мучительных воплей. Он видел блеск металла и кровь, бьющую из обрубков, и знал, что погиб. Панический страх овладел им — и, заметив брешь, Редберн бросился к ней, вырвавшись из свалки прямо на двух конных солдат. Гонец опустил свои смертоносные рога и ударил по ним, отбросив назад. Взрыв горячей крови заставил Редберна ахнуть. Ударом обоих солдат сбило с коней, и теперь они неловко копошились в быстрой реке. Не успев опомниться, Редберн уже замахнулся мечом и опустил его двумя кровавыми дугами. Солдаты рухнули, как скошенный бурьян. Редберн снова поднял меч и резко натянул поводья, подняв лося на дыбы.

— Отмщение! — крикнул он. — За наше Высокогорье!

Опьяневший от ярости и вымокший в крови Редберн снова повернул Гонца в гущу схватки. Его люди были в численном меньшинстве, но постепенно выравнивали положение, оттесняя противников лосями. Прямо перед ним один горец отражал нападение сразу двух талистанцев. Редберн взревел, дал Гонцу шенкеля и бросился к ним. Лось вошел в воду, но почти сразу же оступился, взбрыкнул под своим седоком — и вышиб его из седла. Гонец издал ужасающий вопль. Редберн забарахтался, поднял голову над водой и с трудом встал на ноги. На него надвигался громадный копейщик.

— Могучий принц! — воскликнул солдат, целясь копьем в живот Редберну. — Ты что-то потерял?

Все случилось молниеносно. Копье зависло перед Редберном и, не успел он увернуться, как оно понеслось вперед, прямо ему в сердце. Он еще успел вскинуть руки — но тело его взорвалось ослепительной болью. Опустив взгляд, он увидел, как из его вспоротого живота фонтаном бьет кровь.

— Редберн!

Вопль Брины расколол Бьяджио череп. Не успел он задержать ее, как она уже рванулась вперед, с криком размахивая над головой мечом и спеша на помощь поверженному брату. Но было поздно. Редберн повис на копье, по его телу прошла судорога — а потом он соскользнул с копья в воду. Однако безумный порыв Брины зажег горцев.

— Принц! — крикнул Крэй Келлен. — Принц убит!

Лев зарычал и отдал приказ своим воинам. Люди Вандры Грэйфин готовились пойти в атаку. Оба предводителя клана посмотрели на Бьяджио, и тот с изумлением понял, что они ждут его слова. Они потеряли вождя, и Бьяджио стиснул поводья коня, отдавая приказ:

— Перебить всех! — крикнул он. — Пусть ни один талистанец не переживет этого дня!

Он пришпорил коня и поскакал вслед за Бриной туда, где кипел бой. На том берегу Серебрянки к наступлению готовилась пехота Гэйла. Брина как раз добралась до реки. Она с криком бросилась на копейщика, шипя, словно пантера, и размахивая мечом. Солдат споткнулся и упал в воду. Безжалостные удары Брины прорубали ему доспехи. Когда Бьяджио подскакал к ней, она была покрыта кровью, а по ее искаженному лицу текли слезы.

— Брина, прекратите! — приказал он. — Уходите отсюда! В схватке Брина потеряла своего лося, а теперь уронила и меч. Она заковыляла по воде к Редберну. Принц неподвижно лежал в реке.

— Редберн, нет! — зарыдала Брина.

Схватив брата за плечи, она встряхнула его, словно надеялась вернуть к жизни, но его голова бессильно запрокинулась, а безжизненные глаза, не моргая, уставились в небо. Бьяджио поспешил к ней, свесился с седла и схватил за воротник. Рывком подняв Брину с трупа, он вытащил ее на берег.

— Мой брат! — кричала она, пытаясь вырваться. — Они убили его!

— Уходите отсюда! — приказал Бьяджио. — Ему уже не помочь.

Он швырнул ее на землю, и она упала на колени.

— Это ты виноват! — рыдала она. — Ты и твоя проклятая война!

Бьяджио не стал ей отвечать. Вокруг него к битве с криками присоединились кланы Грэйфин и Келлен. Отбросив кавалерию, они форсировали реку, надвигаясь на начавшую наступление пехоту. Для разговоров момент был неподходящий, а Редберна спасти было уже невозможно. Брина тоже это понимала. Она не поползла к сражающимся, она даже не попыталась поднять голову. Вымокнув в крови и взбаламученной воде, она стояла на коленях, на берегу реки и тупо смотрела на Бьяджио.

— Уходите! — снова приказал он. Совершенно оцепенев, Брина не шевелилась.

— Я отомщу за него, Брина, даю вам слово, — сказал Бьяджио. — А теперь уходите, прошу вас!

Брина поднялась, с трудом удержавшись на ногах. Она посмотрела на реку, на своих соплеменников, рвущихся вперед, а потом на труп брата, затоптанного копытами боевых животных. Не обращая внимания на кипящий вокруг бой, она пошла к реке и попыталась выудить из воды тело Редберна. К ней присоединился еще кто-то — и вскоре труп уже выволокли на берег. Брина растерянно осмотрелась.

— Увезите его обратно в замок, — посоветовал ей Бьяджио. — Не оставляйте его гнить здесь.

— Да, — согласилась Брина. — Да, конечно... — Она замолчала и посмотрела на Бьяджио. — Отомстите за него, — сказала она. — Не забудьте свое обещание.

— Не забуду, — ответил Бьяджио.

Он повернул коня обратно к реке. Горцы перешли ее и теперь подминали под себя пехоту. В отдалении на своем боевом коне сидел Тэссис Гэйл. Похоже, он был совершенно потрясен таким поворотом событий.

Бьяджио обнажил меч и поскакал через реку.

48

У конца дороги Сакцен, там, где вечнозеленые леса Арамура отступали перед Железными горами, Ричиус Вэнтран свесился со скалистого карниза, пересчитывая конный отряд, вставший биваком. Наступило утро рокового дня — того дня, когда он, наконец, получит обратно Арамур. Армия Пракстин-Тара растянулась на последнем участке дороги. В авангарде шли Праведники Джала Роба — пешие и конные, они были готовы вторгнуться в крошечное королевство. Однако неожиданно путь им преградил отряд талистанских солдат. Не подозревая о крупной армии, скопившийся совсем близко, всадники отдыхали в своем лагере: кто болтал у костра, кто лениво чистил коня. Не поднимаясь, Ричиус прополз еще немного и вытянул шею, чтобы лучше разглядеть противника. Талистанцы расположились далеко внизу и вне пределов слышимости, однако Ричиус предпочел обратиться к своим спутникам шепотом.

— Похоже, их человек тридцать пять — сорок. — Он немного попятился и сел. — Что они, к черту, тут делают?

— Они нас ждали, — решил Алазариан. Юноша настоял, чтобы его взяли в разведку с Ричиусом и Джалом, и великолепно проявил себя, карабкаясь по скалам. Скривившись, он добавил: — Наверное, отец решил обезопасить себя. Готов биться об заклад, что Бьяджио начал свою войну с Талистаном.