Праведники Меча - Марко Джон - Страница 141

По крайней мере, в теории.

Фалгер окликнул одного из своих людей.

— Спустись вниз и проследи, чтобы на улицах никого не было. Еще осталось время до подхода воинов. — Он повернулся еще к двум своим соратникам. — Вы, ребята, идите в другие башни и скажите Тувусу и Донаге, чтобы не открывали огня, пока воины не окажутся в городе. Мы с Модом окажемся ближе всех, и потому будем стрелять первыми. Давайте быстрее.

Получившие приказ бросились вон и побежали вниз по лестнице. Фалгер подошел к огнемету и осмотрел пылающий запальник, поднес к нему ладонь, ощущая исходящий от него жар. Горючее из бака с шипением бежало по яркой металлической трубке и сгорало, давая голубоватое пламя. Само орудие стояло на треноге с рычагами и зубчатыми колесами, позволяющими наводить его на цель. Это был дальнобойный огнемет. В долине Дринг Фалгер слышал о существовании таких орудий, но впервые увидел их только в Экл-Нае.

Рядом с ним Мод посмотрел в подзорную трубу и тихо застонал.

— Они подходят.

— А Пракстин-Тара ты видишь? Мод покачал головой.

— Нет. Но они едут прямо к нам.

— Тогда мы устроим им сюрприз. Мод оторвался от окуляра.

— Ты же знаешь, что мы не сможем победить.

— Мы можем защищаться, — ответил Фалгер и погладил ствол огнемета. — И будем защищаться.

— Здесь же почти одни женщины и дети. Лоррис и Прис, эти воины будут безжалостны! Они накажут нас за бегство из Люсел-Лора.

— Они попытаются, — сказал Фалгер.

На его плечи лег тяжелый груз. Все, чего ему удалось добиться в Экл-Нае, давалось с огромным трудом. Фалгер нашел еду, пристойное жилье, убрал бесчисленные трупы нарцев — все это потому, что хотел устроить нормальную жизнь. Как и остальные беженцы, он хотел иметь такое место, которое можно было бы называть домом.

— Готовься, — приказал он Моду, устраиваясь за огнеметом и осторожно проверяя спусковой механизм. — Как только они подойдут достаточно близко, мы откроем огонь.

В центре неповоротливого войска Пракстин-Тара Алазариан ехал рядом с Ричиусом Вэнтраном и смотрел, как Ричиус изумленно разглядывает Экл-Най. Позади остался длинный и нелегкий дневной переход, но отряд двигался довольно быстро в надежде добраться до Города Нищих до наступления ночи. Предыдущую ночь они провели под открытым небом, как и все остальные ночи после отъезда из Фалиндара, и мысль о пристойном ночлеге подгоняла всех, так что даже Пракстин-Тар, который обычно ехал неспешной рысью, сейчас мчался вперед, вздымая тучи пыли. Следуя берегом Шезы и беря из него чистую воду во время привалов, войска двигались удивительно быстро. И вот теперь в отдалении сиял Экл-Най, и его здания отражали лучи жаркого солнца.

При виде города колонна сбавила темп. Нетерпеливый говор прошел по рядам воинов. Алазариан смотрел на Ричиуса Вэнтрана, несколько удивленный его реакцией. Король Ара-мура уже три года не был в такой близости от своей родины, но Ричиус Вэнтран лишь напряженно сжимал в руках поводья и только чуть покачивался в седле. По другую сторону от него ехал Джал Роб, и на лице священника сияла довольная улыбка. Джал подтолкнул своего соотечественника локтем в бок, желая услышать его мнение.

— Ну что, милорд? Мы почти доехали! Что вы думаете? Вэнтран не спешил с ответом. А когда он, наконец, ответил, то ограничился только пожатием плеч и довольно неопределенными словами:

— Не знаю, что и думать. Очень давно все это было.

— Гляньте на эти горы! — посоветовал ему Джал. — Еще пара дней — и мы встретимся с моими Праведниками А потом — Арамур. Господь наш небесный, как хорошо быть дома!

Алазариан продолжал смотреть на Ричиуса.

— Как вы, милорд? — спросил он. — Вид у вас печальный. Ричиус повернулся к нему.

— Много воспоминаний, Алазариан. Я словно слышу голоса. Должно быть, я немного волнуюсь.

— Не надо. В Экл-Нае мы сможем отдохнуть. У Фалгера найдется для нас еда и место для ночлега.

Но нарец, казалось, его не слышит.

— Экл-Най! — прошептал он. — Боже, я и не думал, что снова сюда попаду. Похоже, тут мало что изменилось. Можно почти услышать призраков

— И почуять тоже, — пошутил Джал — Мой совет вам — зажмите нос, милорд. Здесь воняет, как в нарском сортире.

Ричиус рассмеялся.

— Вот я и говорю: все осталось по-прежнему.

Алазариан продолжал наблюдать за арамурцем: его поведение поразило юношу. Почти две недели они путешествовали вместе, и с каждым днем смягчалась резкость Ричиуса. С приближением к империи он становился все печальнее. Вообще-то это не слишком удивило Алазариана. Ричиус Вэнтран во многом оказался не таким, каким он его себе представлял. Нарский Шакал был больше похож на домашнего кота, а не на военного гения, каким его изображали легенды. Он чувствовал себя совершенно непринужденно среди воинов Пракстин-Тара, свободно говорил по трийски — но не был до конца ни трийцем, ни нарцем и, похоже, сам эту двойственность сознавал И чем дальше, тем больше он Алазариану нравился.

И Джалу Робу Вэнтран тоже нравился. Священник рассказал Алазариану о своей стычке с королем, охарактеризовав ее как катарсис, почти религиозное ощущение. Теперь Джал Роб казался новым человеком. Он был по-прежнему остер на язык, но в его голосе звучали радость и предвкушение будущего, которых раньше не было слышно.

Из всех спутников самой большой тайной оставался Пракстин-Тар. Алазариан по-прежнему совершенно не понимал военачальника. Триец целыми днями ехал в бамбуковых доспехах под жарким солнцем, но никогда не жаловался. И каждую ночь он укладывался спать подле Алазариана, на тот случай, если юношу придется защищать от невидимых опасностей. Военачальник обращался с Алазарианом лучше, чем с собственным сыном, следя, чтобы ему всегда доставалось вдоволь воды и пищи. И никто ни разу не выразил недовольства таким вниманием, даже Кринион. Для воинов Рийна Алазариан был священным.

Алазариан оглянулся назад — и увидел Пракстин-Тара. Лицо военачальника было скрыто под злобной бамбуковой маской.

«Но он не злобный, — подумал Алазариан. Он снова посмотрел на Вэнтрана и на Джала. — Никто из них не злобный. Даже Бьяджио».

Войска ехали дальше и вскоре оказались на окраине города. Когда первый из воинов Пракстин-Тара въехал в тень городских улиц, Алазариан повернулся к Вэнтрану, собираясь заговорить, и тут прямо перед ним неожиданно ударила молния. Мир взорвался жарким всполохом, небо раскололось, раздираемое громовыми раскатами. Ослепший и перепуганный Алазариан пытался справиться с взбесившимся конем. Голова у него гудела от оглушительного шума, из легких, казалось, выбили весь воздух. Со всех сторон неслись крики воинов Пракстин-Тара. Ехавший рядом Вэнтран, высокий и невозмутимый, резко остановил коня.

— Это огнемет! — крикнул он. — Стреляют в нас!

Все еще не опомнившись от взрыва, Алазариан посмотрел на раскинувшийся перед ними город. Улица пылала, подожженная мощным взрывом. Воины Пракстин-Тара беспорядочно скакали кругами, не зная, что предпринять. Военачальник громко кричал, грозя городу кулаком.

— Оборонные башни! — крикнул Джал. — Помнишь, Алазариан? Это — огнемет Фалгера!

— Какого дьявола он в нас стреляет? — рявкнул Ричиус. — Разве вы не называли его своим другом?

— Это так, но.

Новая вспышка на башне заставила Алазариана замолчать, не договорив. Характерный грохот заставил Ричиуса дать сигнал людям искать укрытие.

— Ложись!

На этот раз выстрел пришелся ближе, прорезав полуразрушенную стену. Вся улица сотряслась от его мощи, а с руин домов посыпались обломки. Алазариан закричал, чтобы все уходили, — но опоздал. Огненный шар ударил прямо в воинов, разрывая серые одежды и поджигая плоть.

— Бог мой! — вскрикнул Джал.

Священник испуганно озирался. Пракстин-Тар ревел, отдавая приказы, а потом поскакал мимо потерявших голову воинов прямо к Алазариану. Резко осадив коня, военачальник прикрыл юношу своим телом. И тут над головой пронесся очередной огненный шар.

— Алазариан Ишья маку! — крикнул он, стремительно указывая назад. — Маку!