Праведники Меча - Марко Джон - Страница 132

— Красота! — сказал Касрин.

По обеим сторонам канала высились странные и захватывающие строения Лисса — башни, сверкающие мосты и чудесные спиральные акведуки. Однако, несмотря на все эти поразительные картины, мысли Касрина то и дело возвращались на Каралон. «Владыка ужаса» был почти готов к плаванию. Инженеры Джелены восстановили поврежденный корпус корабля, закрепили на реях крепкие новые паруса, и хотя корабль нес на себе следы боя с «Бесстрашным», он снова стал крепким и гордым с виду. Корабль будет готов отправиться в плавание вовремя, теперь в этом можно было не сомневаться. Но будет ли готов отправиться в плавание его капитан?

— Джелена, скажи мне, куда мы плывем. Хватит играть со мной! Куда ты меня везешь?

— Я же тебе сказала, — ответила королева. — Мне просто хотелось, чтобы ты перед отъездом увидел хотя бы часть Лисса.

Касрин ей не поверил. Может быть, из-за того, что в уголках ее губ затаилась улыбка, с которой Джелене не удалось справиться.

— Мы уже давно плывем, — заметил он. — Становится поздно.

— Еще нет и полудня. А теперь молчи.

Суденышко продолжало двигаться вперед. Весла мерно опускались и поднимались. Мимо них по каналу проплывали другие лодки. На более узких каналах между зданиями и по узким протокам сновали джарлы, в которых лиссцы направлялись по своим повседневным делам. Большинство приостанавливались поглазеть на свою королеву и ее странного спутника нарца. Но в отличие от Нара, где перед императором преклонялись, лиссцы не выказывали особого благоговения, так что Касрину все происходящее казалось удивительно странным. Он все больше убеждался в том, что Лисс совершенно не такой, каким он его себе представлял.

— Что это за место? — спросил он.

Высокие здания были построены из белого и розового мрамора, отражавшего солнце. На переходах и мостах толпились сотни людей.

— Мы приближаемся к деревне Чалдрис, — ответила королева. — Этот канал называется Баларо. Самый крупный пролив в этой части Лисса.

— Чалдрис, — повторил Касрин, словно пробуя название на вкус. — Это слово что-то значит?

— Это — древнелисское слово. Оно было именем морского бога, если ты это имел в виду. Но это место имеет особое значение. Чалдрис был домом Пракны.

— Пракна жил здесь?

— Да, неподалеку отсюда. — Джелена указала на ряд зданий, соединенных узкими переходами и покрытых лишайниками и водорослями. — Вон там, в тех апартаментах. Он прожил в Чалдрисе почти всю свою жизнь, до самой смерти.

На секунду Касрин ощутил близость с Пракной. Лисский адмирал погиб с бою с «Бесстрашным».

— Ты его хорошо знала? — спросил он.

— Очень хорошо. Это был выдающийся человек, и я его любила. Рядом с ним я никогда не чувствовала себя маленькой девочкой. При нем я всегда ощущала себя королевой. Вряд ли будет еще когда-нибудь такой герой.

— А семья у него была? Остались дети, носящие его имя? Взгляд Джелены задержался на доме, в котором жил Пракна.

— У него было два сына. Оба погибли в бою с Никабаром. Вот почему Пракна так сильно ненавидел Никабара. — Она взглянула на Касрина. — Мне кажется, тебе Пракна понравился бы.

— Мне нравится память, которую он оставил, — сказал Касрин. — Я помню, как Никабар отзывался о Пракне. Он называл Пракну злым духом.

— Ну, эту несправедливость мы все-таки исправили. Но без Пракны Лисс уже никогда не будет прежним. С его смертью умерла и какая-то часть нашей нации. — Дже-лена снова указала на высокий жилой дом. — Даже его жена покончила с собой. Она бросилась вниз с балкона.

— Боже, какой ужас! Видно, душа ее опустела, когда она потеряла всех своих близких.

— Пракна как-то признался мне, что после гибели сыновей она превратилась в тень. Он сказал, что она уже никогда не была прежней. И Пракна тоже изменился. Он стал замкнутым, мрачным.

— Война творит такое со многими, — сказал Касрин.

Ему вдруг расхотелось поддерживать этот разговор. Он отвел взгляд от Джелены и стал смотреть, как скользит Чалдрис мимо бортов.

— Здесь поблизости мавзолей, — спустя несколько секунд добавила Джелена. — Это памятник всем лиссцам, погибшим во время войны. До него совсем близко.

Касрин побледнел.

— Джелена, мне не следует туда ходить.

— Тимрин сказал то же самое! — рассмеялась королева. — Я сказала ему, что хочу отвести тебя туда, а он заявил, что это было бы неуместно. У мавзолея бывает множество народа. Людям может быть неприятно, увидеть у своего памятника нарца.

— И я их не виню, — заявил Касрин. — Не уверен, что сам смог бы вынести такое зрелище. — Он закрыл глаза. Через пространство лет на него смотрела маленькая девочка, погибшая под выстрелами «Владыки». Он надеялся, что избавится от нее, убив Никабара, однако она осталась. — Я совершал вещи, за которые мне стыдно, Джелена. Есть вещи, о которых я хотел бы тебе рассказать...

— Не надо мне ничего рассказывать, — мягко проговорила Джелена. — Я уже все знаю.

— Нет, не знаешь. Тебе надо понять, что я собой представляю, Джелена, прежде чем ты снова будешь меня любить.

Королева Лисса осторожно положила ладонь ему на бедро.

— Я знаю, что ты собой представляешь, Блэр Касрин. А ты знаешь?

— Что?

— Ты считаешь себя кровавым убийцей? Или человеком, который восстал против Никабара?

Касрин слабо улыбнулся.

— Иногда мне кажется, что я и то, и другое.

— Для меня это не так. Для меня ты как Пракна.

— Я не герой, Джелена.

— Может быть, пока не герой. — Королева шутливо похлопала его по колену. — Но дай время... А теперь хватит разговоров. — Она устроилась удобнее и стала смотреть на расширяющийся канал. — Давай просто получать удовольствие от прогулки. Мы уже почти на месте.

— На каком месте?

Королева снова лукаво заулыбалась.

— Увидишь.

— Только не мавзолей, Джелена. Пожалуйста! Я же сказал тебе...

— Мы не пойдем к мавзолею, — успокоила она его. — А теперь помолчи. И наберись немного терпения, ладно?

Касрин откинулся на спинку сиденья и стал смотреть на постепенно расширяющийся канал Баларо. Деревня Пракны осталась за кормой. Лодка держалась левого берега, огибая остров. Вскоре впереди возникли очертания нового острова, гораздо более крупного. От остальных его отделяло огромное озеро. За зеркально-гладким пространством воды Касрин увидел причалы — громадные настилы, выступающие далеко в воду. Лодка шла к острову, и все четче становились его очертания. Уже хорошо видна была гавань, кристально-синяя, усеянная кораблями. Некоторые были небольшими, как их лодка, другие — громадными, с кремовыми парусами и бронзовыми носовыми фигурами. Сверкающие корпуса были оснащены шиповатыми таранами.

— Шхуны! — прошептал Касрин, потрясенный этим зрелищем. На солнце они казались живыми, словно золотистые морские создания, всплывшие из глубин покачаться на волнах. Касрин встал в лодке, не заметив, как она закачалась, и всмотрелся в яркий горизонт, чтобы лучше разглядеть лисские корабли. — Боже всемогущий! Они прекрасны!

— Они твои.

Касрин почти не слушал ее.

— Я подобных шхун не видел с того... — Тут он неожиданно замолчал и посмотрел на нее. — Что?!

— Они твои, Блэр, — повторила Джелена. — Они вернулись от Кроута. Они поплывут с тобой и «Монархом» в Талистан. И я тоже.

— О нет! — воскликнул Касрин. — Ты никуда не поплывешь. Это не твоя война.

— Может, и нет, но я все равно намерена в ней участвовать, — упрямо заявила Джелена. — Сейчас эти шхуны готовятся уйти в плавание. — Она указала в сторону своего флота. — Смотри.

Касрин уже заметил, что на кораблях и вокруг них кипит работа. Ялики и джарлы сновали по гавани, подвозя к шхунам припасы.

— Я привезла тебя сюда, чтобы показать тебе их, — сказала Джелена. — Мне хотелось бы, чтобы ты проинспектировал их перед отплытием. И мне хотелось бы, чтобы команды с тобой познакомились.

— Но зачем? Джелена, я не понимаю. Это не имеет смысла!

— Гребцы! — крикнула королева своим слугам. — Отвезите нас к кораблям.