Праведники Меча - Марко Джон - Страница 110

— Бог мой! — воскликнул Джал. — Кто это?

— Грач, — ответил Награ. — Хорошо. Он нам поможет.

— Грач? — переспросил Алазариан. — Кто он такой?

Воины прекратили свой спор, а странное создание пробилось мимо них и остановилось перед Джалом. Глаза у него расширились, рот изумленно открылся.

— Матерь Божья сладчайшая! — воскликнул он. — Вы — нарцы!

Алазариан с Джалом недоуменно переглянулись.

— Да, — подтвердил Джал. — Мы — нарцы. А ты кто?

Мужчина упал перед Джалом на колени и схватил его за руку. Испытывая глубокую брезгливость, Джал попытался вырваться из его цепких пальцев.

— Молю вас, заберите меня с собой! Помогите мне выбраться отсюда!

— Кто ты, к черту, такой? — вопросил Джал.

Ему удалось отнять руку, но тощий обхватил его за ноги.

— Пожалуйста! — заверещал он. — Возьмите меня от этих дикарей!

— Награ, кто это? — настойчиво спросил Алазариан.

— Это Грач, — повторил искусник. Он несильно лягнул тощего, чтобы тот выпустил ноги Джала. — Встань, пес. У нас дело к твоему хозяину.

— Нет! Выслушайте меня, пожалуйста! — Он отпустил ноги Джала только для того, чтобы схватить его за пояс. — Вы должны меня отсюда вызволить. Вы должны забрать меня с собой! Помогите мне, черт подери, пожалуйста...

Джал стремительно повернулся к Нагре.

— Что это значит? Кто этот человек?

— Это Грач. Раб.

— Раб? — переспросил Алазариан. — Нарец?

— Военачальник взял его в плен во время...

— Я нарец! — завопил Грач. — Я застрял здесь во время войны. Пракстин-Тар держит меня в рабстве. Но я не раб! Я нарец!

— Ясное дело, — огрызнулся Джал. Алазариан увидел по его лицу, что его переполняет гнев. Не обращая внимания на воинов, он набросился на Нагру. — Что за дьявол этот Пракстин-Тар? Превращать человека в раба...

— Ха cap! — рявкнул главный воин.

Он ткнул Джала жиктаром, заставляя замолчать. Награ шагнул вперед и гневно отвел жиктар в сторону.

— Ишэй! — зашипел он на воина. — Пракстин-Тар джитра мико!

Они снова принялись о чем-то спорить. Грач ухватился за ногу Алазариана и стал слушать, испуганно сопя. Похоже, услышанное его поразило. Он недоверчиво посмотрел на Алазариана.

— Вы ищете Пракстин-Тара? — спросил он.

— Ты их понимаешь? Грач кивнул.

— Я знаю их мерзкий язык, почти весь. Но зачем? Вам надо отсюда бежать! Уходите немедленно, пока искусник вас еще может защитить. Возьмите меня с собой!

— Мы не можем, — ответил Джал. — У нас к военачальнику дело.

— Дело? — возмутился Грач. — Какого дьявола... Алазариан наклонился к нему и прошептал:

— Грач, ты можешь перевести — объяснить нам, что они говорят?

— Юноша, это безумие. Вам надо уходить, сейчас же!

— Ш-ш, — успокоил его Алазариан. Воины пристально наблюдали за ним. — Что они говорят?

Грач досадливо вздохнул и прислушался.

— Искусник хочет отвести вас к Пракстин-Тару, — объяснил он и, прикусив губу, попытался разобрать остальной разговор. — Он говорит, что вы нужны Пракстин-Тару, что это очень важно. — Он изумленно взглянул на Алазариана. — Слушай, это он о тебе так говорит?

— Прекрати задавать вопросы! — прошипел Джал. — Что еще они говорят?

— Трудно понять, — ответил Грач. Он наклонил голову. — Они вам не доверяют.

— Заставь их послушаться, Награ! — попросил Джал. — Нам необходимо говорить с военачальником!

Один из воинов ударил Джала ногой, так что священник растянулся в пыли. Алазариан поспешно подбежал к своему спутнику. Джал плюнул воину под ноги, намереваясь занять боевую стойку.

— Нет! — приказал Награ, предупреждающе поднимая руку. — Не двигайся, Джал Роб! Ничего не делай.

— Сукин сын! — прорычал Джал, с трудом сдерживая ярость. — Хочешь драки, трийская шваль?

— Молчать! — взревел Награ.

Стремительно повернувшись к ударившему Джала воину, он сгреб его за грудки и стал с силой трясти, яростно поливая трийской бранью. Воин уронил свой жиктар и виновато воздел руки. Награ усмехнулся и оттолкнул его, а потом повернулся к Грачу.

— Ты отведешь нас к своему хозяину, раб! — приказал он, а потом махнул рукой в сторону воинов. — А если кто-нибудь из этих еретиков попробует нас остановить, ты скажешь Пракстин-Тару, что сегодня они лишили его великого благодеяния. И тогда Пракстин-Тар их убьет.

Он повторил то же самое по трийски.

Все воины поспешно опустили жиктары. Алазариан помог Грачу встать.

— Награ, — неуверенно прошептал он, — они тебя послушают?

Искусник расправил свои шафрановые одеяния.

— Они меня знают. Я могу немного влиять на военачальника. — Он снова махнул рукой Грачу. — Эй, ты! Веди нас к Пракстин-Тару.

Грач повиновался.

— Сюда, — пригласил он. — Пракстин-Тар сейчас со своим отрядом.

Но когда они прошли всего несколько шагов, раб схватил Алазариана за локоть и прошептал:

— Помоги мне, юноша! Забери меня отсюда! Алазариан вырвал руку.

— Сначала мне надо поговорить с военачальником.

— Военачальник не станет тебя слушать! Ты должен мне помочь...

Награ отвесил Грачу оплеуху.

— Молчи, нарец. Мы здесь не ради тебя, жалкое существо.

Алазариан был неприятно поражен. Похоже, Награ питал к нарцам такое же презрение, как и воины Пракстин-Тара. Он приотстал на шаг, отстраняясь от Грача, и пошел рядом с Джалом. Раб вел их в самый центр лагеря. Верховые воины ехали по обе стороны от них с презрением на лицах. Воины и рабы смотрели на странную процессию с изумлением. Трийские ребятишки выглядывали из-за материнских юбок, а женщины с усталыми лицами поднимали на них гневные взгляды от корыт с бельем. Их серые глаза были почти безжизненны. Рабыни? Алазариан решил, что это вполне возможно. Он уже почувствовал жестокость Пракстин-Тара и не сомневался, что военачальник способен обращать в рабство и женщин.

Наконец Грач остановился и указал рукой на группу радостно кричащих людей.

— Пракстин-Тар там, — сказал он Нагре. — В середине. Смотрите.

Несколько десятков мужчин стояли кругом и выкрикивали комментарии по поводу чего-то, что происходило в центре. Алазариан услышал радостные крики и что-то вроде рычания зверя. Награ протолкался сквозь толпу зрителей, отталкивая воинов в сторону. Алазариан и Джал двигались следом. Внутри круга оказалась разъяренная кошка, огромная, как тигр, и белая, как снег. Пасть зверя скалилась в гневном рыке, обнажая ряды острых, как бритва, зубов. Обнажив клыки и зарываясь когтями в грязь, животное присело, готовясь к прыжку и следя желтыми глазами за своим мучителем. Тот кружил вокруг кошки, вооруженный только веревочным арканом. Мужчина двигался с легкостью и изяществом танцора, медленно, почти не дыша. На нем был пепельно-серый костюм воинов Пракстин-Тара, но куртка была изорвана в клочья, а на обнажившейся груди видны были кровоточившие раны от когтей.

— Это он, — сказал Грач у них за спинами. — Пракстин-Тар.

— Что он делает? — спросил Джал. Грач ухмыльнулся: — Показывает, чего он стоит.

Награ со вздохом покачал головой.

— Вот человек, который хочет умереть.

Они стали смотреть, как Пракстин-Тар подбирается к готовой к броску кошке (Алазариан решил, что это — снежный барс). Известные людоеды, снежные барсы служили завидной добычей охотникам, стремящимся добыть ценную шкуру, но остальные старались держаться от них подальше. Похоже, Пракстин-Тар к «остальным» не относился. Алазариан смотрел, как военачальник дожидается нападения зверя, медленно перемещая руки с арканом взад-вперед. Барс настороженно наблюдал за ним, а потом, раскрыв пасть, разразился мощным рыком. По лбу военачальника текли струйки пота, капая на грудь. Он начал раскручивать над головой аркан. Барс снова зарычал и сделал молниеносный выпад лапой. Пракстин-Тар отпрянул. Толпа воинов захохотала.

— Я не понимаю, — сказал Алазариан. — Что он делает?

— Показывает себя, — объяснил Награ. — Пракстин-Тар уже много месяцев пытается взять Фалиндар, и у него не получается. Возможно, он хочет доказать своим воинам, что по-прежнему силен.