Очи бога - Марко Джон - Страница 29

Но Кассандра легко переживала все это. Она наслаждалась свободой в новом доме, а занятость Акилы давала возможность для изучения Лайонкипа и для обдумывания того, что случилось по дороге в Кот. Она почти не видела Лукьена со дня приезда, но часто думала о нем. Верный слову, Бронзовый рыцарь не обмолвился об их отношениях с Акилой, за что Кассандра чувствовала себя благодарной. Несмотря на трагическую смерть Томаса, Акила встретил ее с сияющей улыбкой, и она знала: он не подозревает ее в неверности, даже не догадывается об ее греховных мечтах. Специально к ее прибытию Акила велел украсить городские ворота лентами и цветами и выстроить вдоль улиц белых лошадей. Канцлеры заполнили площадь, наперебой выказывая свое почтение. Играла музыка: пели сладкоголосые менестрели и детский хор, руководимый одноруким бароном Глассом, главой Дома Герцогов. Население Кота приложило все силы, чтобы приветствовать новую королеву. Кассандра просто растаяла от такого проявления эмоций. Она была уверена, что поступила верно, приняв предложение Акилы.

По большей части.

Ибо, несмотря на редкие встречи с Лукьеном, тот никуда не удалялся от замка. Акила назвал Лукьена ее телохранителем. Ее суженый, в своем ослеплении, должно быть, не замечал, как горят глаза у рыцаря при взгляде на его невесту. Молодой король был слишком увлечен показом интересных мест столицы. Когда они прибыли в Лайонкип, он показал девушке ее апартаменты — просторную вереницу комнат, занимающих целое крыло здания. Их было больше, чем любой мог представить, даже королева, но Кассандре такое изобилие оказалось по сердцу. В конец концов, он взял ее с собой на верхнюю северную башню, где весь Кот лежал под ними, словно лоскутное одеяло.

— Мы поженимся в десятый день весны, — сказал он. Голос звучал мягко, приглушенно. — Это будет особенный день, такой, какого вы заслуживаете.

Она взглянула на него и улыбнулась, и в лунном свете он напомнил ей маленького мальчика. Да, это настоящая любовь; Кассандра знала, что никогда не сможет ответить на нее в равной степени.

Когда до десятого дня весны оставалась всего неделя, Кассандра, наконец-то, привыкла к рутине. Будучи пока еще не замужем, она располагала собственной комнатой в Лайонкипе, поодаль от огромных покоев, которые разделит с Акилой после свадьбы. Джансиз располагалась рядом. Болезнь, терзавшая Кассандру месяцами, опять взялась мучить ее, но это не имело значения, главное было скрыть все от Джансиз. Служанке кружило голову внимание со стороны лиирийцев. Она всюду сопровождала Кассандру и была в восторге от окружающего великолепия еще сильнее, нежели ее госпожа и подруга.

Ярким солнечным утром Кассандра и Джансиз объезжали улицы Кота в сопровождении богатой кареты и отряда королевских гвардейцев. Лукьен возглавлял этот отряд, показывал достопримечательности по обеим сторонам бульваров и лучшие из лавок. Вдали от замка настроение его улучшилось. Он больше не избегал взгляда Кассандры. Кассандра и Джансиз разлеглись на мягких сиденьях, перешептываясь, словно два заговорщика.

— Мне кажется, он любит тебя, — заметила Джансиз.

Кассандра кивнула. Карета проезжала многолюдную улицу. Она видела Лукьена на коне, горделиво охраняющего их от толпы.

— Не имеет значения, — отозвалась она. — Через неделю у меня будет муж, и им станет вовсе не Лукьен.

— Тогда забудь его, Кассандра, — посоветовала Джансиз. — Подумай об Акиле.

— Подумаю, — обещала Кассандра.

Но сама знала, что лжет. Никогда ей не забыть Лукьена. Он слишком близко, и слишком многим она ему обязана. Теперь, вспоминая о предстоящем браке, она делала это без радости.

Согласно обещанию, свадьба состоялась на десятый день весны.

Ни Кассандра, ни Акила не пожелали бы более прекрасного дня. Солнце грело, но еще не изнуряло жарой, небо нежно голубело, не ослепляя яркостью. Мягкий ветерок пролетал над городом, разнося вокруг аромат распустившейся сирени. Кассандра облачилась в белое с изумрудным платье с длинным шлейфом и закрыла лицо шелковой вуалью. Платье сшил для нее королевский портной, обещавший юной невесте, что она будет выглядеть ослепительно. Когда она проходила по боковому проходу в тронном зале Акилы, то убедилась: портной не солгал. В глазах собравшихся отражалось великолепие ее красоты. Акила стоял у трона, сверкая черно-алым нарядом. На голове у него красовалась золотая корона, выглядевшая немного не на месте: очень уж юным был ее обладатель. Он стоял в специальной церемониальной позе, нервно улыбаясь. Даже издалека Кассандра почувствовала его возбуждение. Рядом с королем стоял Лукьен. На рыцаре были бронзовые доспехи, их блеск затмевал даже Кассандру. Она позволила взгляду остановиться на нем.

После церемонии новобрачные вышли во двор, где проводился турнир. Двор Лайонкипа был украшен флагами и разноцветными палатками. Сотни людей, большинство лиирийской знати шествовали по двору с кубками в руках, подходили к столам, ломившимся от еды и вина. Музыканты и фокусники развлекали гостей, в то время как рыцари готовились к турниру. Акила объяснил Кассандре, что в Лиирии такие турниры проводятся каждую весну, и это — лучшее время в городе, праздник для горожан и знати. Явились все канцлеры, захватив жен и детей, заняв места поближе к королевским рядам, где впереди сидели Акила с Кассандрой, а рядом с ними — Лукьен и другие представители королевской гвардии. Кассандра подобрала шлейф, подняла с лица вуаль и уселась рядом с молодым мужем, улыбаясь горожанам, кланявшимся и улыбавшимся ей. Перед рядами находилась турнирная площадка, где рыцари и помещики уже готовились к состязаниям, испытывая оружие и лошадей. Это проверка всех навыков, объяснил Акила. Копья и мечи использовали затупленные. А еще он поведал, что Лукьен — победитель всех турниров на протяжении последних трех лет. Он станет сражаться немного позже, проведя поединок со своим соперником Трагером. Кассандра украдкой бросила взгляд на Лукьена. Он сидел подле Акилы с кубком в руке, смеясь над шутками фокусника. По мнению Кассандры, он был что-то очень уж спокойным. Она обернулась и попросила слугу наполнить ее кубок. Рядом с ней Джансиз слегка подтолкнула ее локтем.

— Ну что? Как себя чувствует моя королева?

Кассандра нахмурилась.

— Королева. — Слово показалось ей странным. — Звучит слишком величественно, правда?

— Я так не думаю, — хихикнула Джансиз. Она отхлебнула вина и кивнула в сторону блюд с угощением. — Мне кажется, все просто здорово. Посмотри, сколько здесь всего!

Но новая королева не могла радоваться: вокруг собрались одни чужаки. Никто из семьи не приехал, ибо король Карис был домоседом и, несмотря на установившийся между Рииком и Лиирией мир, чувствовал себя не в своей тарелке на земле бывшего недруга. К своему удивлению, Кассандра поняла, что скучает. Так же страстно, как мечтала покинуть отчий дом, теперь она желала обрадовать отца своим замужеством.

— Посмотри, какие они все толстые, — зашептала она. — Эти министры, они повсюду одинаковые!

— Ш-ш-ш, — предостерегла Джансиз. — Что это с тобой, Касс? Ты должна радоваться. Ты же этого хотела. — Ее бровь приподнялась в беспокойстве. — Ты в порядке?

— Просто замечательно, — отозвалась Кассандра. Она не стала говорить подруге об огне, сжигавшем ее внутренности. Это казалось ей неприличным. В этот момент Акила взял ее за руку.

— Кассандра? — он широко улыбнулся. — О чем это вы шепчетесь?

Остальные, сидевшие рядом, повернулись, чтобы услышать ее ответ. Даже старик по имени Фиггис казался заинтригованным: он выронил баранью ногу, прислушиваясь. Кассандра изобразила очаровательную улыбку.

— Простите меня, милорд, — проворковала она. — Мы обсуждали только что появившихся людей. Подошла целая толпа ваших министров. У моего отца никогда не было столько советников.

— Верно, — с некоторой горечью поддержал Акила. — И, готов ручаться, не было и стольких хлопот, с ними связанных.

Кассандра попыталась перевести разговор на другую тему.