Поцелуй Миранды Кисс - Яффе Мишель - Страница 8

Миранда развернулась и посмотрела на Сивви в упор.

— Моя очередь задавать вопросы. Кто хочет тебя убить и почему?

— О боги, понятия не имею. Да куча народа. Все не так, как ты думаешь.

— А как?

— Сложно. Но если мы продержимся до четырех часов утра, то потом меня заберут. В безопасное место.

— Значит, нам надо где-нибудь перекантоваться еще шесть часов.

— Ага. За это время я успею перецеловать еще мальчиков десять.

— Ну да, конечно… Весьма подходящее занятие — целоваться взасос со всеми подряд. Особенно когда тебя разыскивают, чтобы убить.

— Меня не хотят убивать. Меня хотят похитить. Это совершенно разные вещи. Ну же, давай… Я хочу повеселиться. Хочу туда, где есть мальчики.

— Хоти.

— Слушай, если ты один из основателей корпорации «Долой развлечения», это не значит, что все вокруг стремятся в нее попасть.

— Я не основательница корпорации «Долой развлечения». Я люблю развлекаться. Просто…

— Зануда.

— …даже не знаю, как так получилось, но мысль пойти потусоваться, когда «куча народу» пытается тебя убить, почему-то не представляется мне удачной. Более того, мне кажется, это гарантированный способ попасть в Книгу рекордов Гиннесса в номинации «Самая глупая смерть». К тому же, когда «куча народа» тебя все-таки найдет, могут пострадать случайные свидетели.

— Не «когда», а «если». И никто не пострадает, ведь им нужна только я.

Миранда закатила глаза и снова обернулась.

— Именно поэтому такие жертвы называются случайными свидетелями. Потому что они случайно оказались рядом и пострадали.

— Ну, тогда нам разумнее было бы расстаться. Нет, правда. Конечно, провести шесть часов в машине, взаперти, один на один с жуткой занудой — перспектива очень заманчивая, но… Не лучше ли нам попытать счастья где-нибудь еще, причем необязательно вместе, а? Например, в кафе-мороженом, которое мы по пути сюда проехали. Ты видела губы мальчика, который стоял у кассы? Просто сказочные! Давай, подкинь меня туда, и все будет в порядке.

— Ты никуда не пойдешь. Точка.

— Да ты что? А вот этот щелчок слышала? Я открываю дверь…

— Да ты что? А вот этот щелчок слышала? Я заблокировала двери.

В зеркале заднего вида Миранда заметила, как Сивви злобно сверкнула глазами.

— Ты ужасно противная, — процедила девочка. — С тобой, наверное, случилось что-то действительно плохое, раз ты стала такой противной.

— Я не противная. Я просто пытаюсь обеспечить твою безопасность.

— Уверена? А может, дело вовсе не в моей безопасности? Может, у тебя просто свой скелет в шкафу? Например…

Миранда включила радио.

— Выключи! Я с тобой разговариваю. Я, между прочим, клиент.

— Уже нет.

— Что случилось с твоей сестрой? — вдруг заорала Сивви.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь! — заорала Миранда в ответ.

— Врешь.

Миранда промолчала.

— Когда я спросила, есть ли у тебя сестры, ты чуть не разревелась, — прокричала Сивви прямо в ухо Миранде. — Почему ты не хочешь мне рассказать?

Миранда выключила радио.

— Назови мне три веские причины, по которым я должна тебе что-то рассказывать.

— Во-первых, ты почувствуешь себя лучше. Во-вторых, нам нужна тема для разговора, коли уж мы оказались тут взаперти. В-третьих, если ты не расскажешь сама, я начну строить предположения.

Миранда откинулась на спинку сиденья, глянула на часы и отвернулась к окну.

— На здоровье.

— Ты пилила ее до тех пор, пока она вас не бросила? Или она сбежала, потому что невозможно общаться с сестрой, у которой постоянно заноза в заднице?

— Не надо беречь мои нежные чувства. Давай, скажи, что ты на самом деле думаешь.

— Про занозу — это было грубовато. Прости, пожалуйста. — Миранда промолчала. — Нет у тебя никакой занозы. Иначе как бы ты водила машину? Ха-ха.

Молчание.

— Но ты ведь первая начала! Взяла и заблокировала двери, будто я маленькая. Я не маленькая. Мне уже четырнадцать.

Молчание.

— Я же сказала, прости. — Сивви сползла пониже и вздохнула. — Ну и ладно. Хочешь так сидеть — сиди.

Молчание. А потом, сама не зная зачем, Миранда проговорила:

— Они погибли.

Сивви быстро выпрямилась и склонилась к переднему сиденью.

— Кто? Твои сестры?

— Все. Вся семья.

— Из-за того, что ты что-то не так сделала?

— Да. А еще из-за того, что я чего-то не сделала. Наверное.

— Знаешь, госпожа Мрачность, как-то неубедительно звучит. Как и то, что ты чего-то не сделала… Стоп. Погоди. Что значит «наверное»? Ты хочешь сказать, что вообще не знаешь, что произошло?

— Я плохо помню этот период моей жизни.

— В смысле, тот день?

— В смысле, тот год. И следующий тоже. Вообще лет с десяти и до двенадцати я плохо себя помню. Да и потом тоже пробелы случались.

— То есть ты хочешь сказать, что тебе слишком больно все это вспоминать?

— Да нет, просто воспоминания… их вообще нет. Остались одни впечатления. И сны. Очень, очень тяжелые сны.

— Например?

— Например, что меня не оказалось в нужное время в нужном месте. И я всех подвела…

Миранда замолчала и неопределенно повела в воздухе рукой.

— Погоди, значит, ты искренне веришь, будто могла предотвратить то, что случилось? Хотя тебя там даже поблизости не было? И ты была на четыре года младше меня?

Миранда почувствовала, как сжалось горло. С трудом сглотнула. Никогда, никогда и никому она не рассказывала то, что рассказала Сивви. Даже Кензи. Никогда.

— Я могла бы попытаться. Я могла бы оказаться там и хоть что-нибудь сделать.

— О боги, скукотища-то какая. Разбуди, когда закончишь.

Миранда глянула в зеркало заднего вида.

— Ты сама уговаривала меня рассказать. И что теперь? Теперь ты у нас записалась в мэры городка «РасскажиКакВсеБылоНаСамомДеле»? — Миранда снова с трудом сглотнула. — Ах ты, маленькая…

— Да ты вообще не знаешь, что там произошло! Как тебе может быть так плохо, если ты ничего не знаешь? Я вообще не понимаю, с чего ты взяла, будто это твоя вина. Тебя там не было, тебе было всего десять лет. Мне кажется, что надо завязывать с этими заморочками и ловить момент.

— Прости, как ты сказала? Ловить момент?

— Ну да. Перестать копаться в прошлом и заняться настоящим. Взять, к примеру, эту песню по радио. Кошмар. А ведь где-то там, в городе, полно мальчиков, которых я могла бы сейчас целовать.

Миранда сделала глубокий вдох и собралась возразить, но Сивви не умолкала:

— Да-да, знаю, ты просишь прощения у людей, которых вырубаешь, потому что не смогла в свое время попросить прощения у своей семьи. И меня ты защищаешь только потому, что когда-то не смогла защитить семью. Теперь все ясно.

— Да нет, все не так. Я не…

— Бла-бла-бла, я не то, я не это… И вообще, почему, чтобы быть в безопасности, надо обязательно сидеть здесь всю ночь? Почему мы не можем куда-нибудь забуриться? Раствориться в толпе? Знаешь, я потрясающе умею растворяться в толпе. Как масло.

— О да, не сомневаюсь. Как масло. Да в этом прикиде под названием «Мадонна-звонила-просилавернуть-ее-костюм-из-клипа-Бордерлайн» ты вообще невидимка.

— Отличная шутка, зануда. Ну давай же, давай куда-нибудь поедем.

Миранда повернулась и отчеканила:

— Так. Давай-ка попробую донести до тебя еще раз. Кто-то. Пытается. Тебя. Убить.

— Нет. Никто. Не. Пытается. Меня. Убить. Они вообще меня убить не могут. Слушай, надо как-то подлечить эту манию — тебе всюду убийцы мерещатся. А я, если честно, начинаю тут смертельно скучать. Что там за станция, по радио? «Маразмики FM»? Нет, на шесть часов я в твоей машине не останусь. И не мечтай.

Миранде пришлось согласиться. Потому что она поняла, что если просидит шесть часов с Сивви в замкнутом пространстве, то убьет ее сама.

И тут ей вспомнилось замечательное место, где действительно можно раствориться в толпе.

— Значит, хочешь куда-нибудь забуриться? — спросила она Сивви.

— Да, и чтобы мальчики были.