Путешественник во времени - Ченсселор Генри - Страница 60

Итак, что теперь? Том точно не знал. Если это дон Жерваз что-то искал здесь, то, судя по результатам, он не слишком осторожничал. С другой стороны, мало ли кто мог обшаривать мастерскую за прошедшие сто лет. Это ничего не доказывает. Придется искать дальше. Тяжело вздохнув, Том на цыпочках подкрался к двери и выскользнул на темную лестницу. Где-то далеко смутно гудели трубы, но если не считать этого, в доме висела мертвая тишина. Куда дальше? Вниз по лестнице, в кабинет? Нет, не сейчас, торопливо решил Том — ему не хотелось пока лезть в самую середину паутины. Лучше оставаться наверху. И вдруг внизу послышались быстрые шаги по каменному полу, и, перегнувшись через перила, мальчик увидел стоящую в дверях Лотос в белой шубке.

— Сколько времени это займет? — окликнул ее из кабинета дон Жерваз.

— Не больше часа.

— Постарайся не опаздывать.

Лотос ничего не ответила, хлопнула дверью и ушла.

«Отлично, — подумал Том. — Одной заботой меньше. А теперь сосредоточься».

Слева тянулся длинный темный коридор, который, по его воспоминаниям, вел в тесную, обшитую деревом комнатку, где он впервые появился в прошлом. Направо уходил другой, пронизывающий насквозь все восточное крыло. Там жил Август, но Том лишь смутно помнил, что находилось дальше: только то, что эта часть дома была очень старой и туда почти никогда не заглядывали. Мальчик перевел взгляд с одного коридора на другой и направился в деревянную комнатушку. Возможно, сундук по-прежнему там, и дон Жерваз с Лотос тоже нашли его. Это могло бы объяснить хоть что-то.

Перебежав лестничную площадку, Том двинулся по коридору, держась середины ветхой ковровой дорожки, чтобы приглушить шаги. Подойдя к двери, он повернул ручку черного дерева, но оказался совершенно не готов к увиденному — маленькая, заставленная сундуками кладовая превратилась в ванную комнату с цветастыми обоями и белым ворсистым ковром. Вместо сундука в углу стояла чугунная ванна. Тихо прикрыв дверь, Том вернулся на площадку. Его голова гудела от мыслей. Как бы они ни попадали в макет, в прошлое, этим путем они определенно не пользовались. Должно быть, нашли другой… Добравшись до лестницы, мальчик остановился и прислушался, но снова ничего не услышал. Тишина, видимо, означала, что дон Жерваз по-прежнему находится в кабинете внизу.

Что дальше? Другой коридор. Может, он найдет там какую-нибудь подсказку, и вдруг старое крыло дома больше не заперто. Чуть осмелев, Том метнулся через площадку и помчался по узкому извилистому коридору мимо спальни Августа к двери в дальнем конце. Осторожно подергал дверную ручку, та подалась, и мальчик очутился в тускло освещенной картинной галерее, куда раньше никогда не заглядывал. На одной стене висели угрюмые портреты Кэтчеров, в доспехах и париках. Напротив, под высокими окнами, протянулась вереница щук, лососей и форелей, превращенных Августом в чучела. Том медленно пошел по галерее, рассматривая по очереди одного сурового Кэтчера за другим, дыхание его облачками пара повисало в застоявшемся воздухе. Он не прошел и нескольких шагов, когда услышал приглушенное бормотание:

— Хммм-уммм-уммм.

Том застыл, каждая мышца в его теле напряглась.

— Груммм… Муммм-уммм-умм-умм-уммбл…

Казалось, этот звук издавала сама стена. Посветив фонариком на щуку, Том разглядел, что ее губы слегка шевелятся. Игра света? Но тут звук послышался в другом конце галереи — забубнила форель. Бормотание… словно монашеские песнопения… Мальчик внезапно осознал, что это за звук. Рыбы пели! Улыбнувшись, он погасил фонарик. Значит, Август и здесь прибег к своему составу. Крадучись, Том двинулся дальше по галерее, прислушиваясь к унылому гулу, доносящемуся из каждой витрины.

— Славен будет последний из дней, — бормотала щука.

— Если быть точным, славны будут, — поправил ее угорь.

— Когда путь окончен, и труба поет, — добавила форель. — И день гнева Господнего настает.

— Кого ждет море, а кого — огонь.

— Дабы вечно гореть им в пламени том.

— Вечно гореть, — забубнили все хором. — Вечно гореть, вечно гореть в пламени ада.

— Будь ты зверем иль птицей, рыбой иль жрицей.

— Всем вам гореть в пламени ада.

Том сдержал смех. Так вот как поступил Август с той книжицей проповедей для Судного дня! Он набил страницами головы чучел. Если бы только он видел их сейчас — как бы это его позабавило. Мальчик настолько увлекся странными песнопениями рыб, что услышал шаги, когда было уже слишком поздно.

Клик-клак! Клик-клак! Клик-клак!

Они походили на удары долотом по камню, становясь все громче и громче…

Клик-клак! Клик-клак!

Том отчаянно озирался. Где спрятаться? Посреди галереи одно из окон утопало в нише, рядом с которой висели тяжелые вышитые шторы. Вот оно! Мальчик метнулся туда, нырнул за занавеси, вжавшись в тень, и тут же увидел высокую тощую фигуру в длинном черном пальто, направляющуюся в его сторону. Впрочем, внимание дона Жерваза было всецело поглощено клочком бумаги в его руке, и он, так и не заметив выпуклости на шторе, прошел мимо Тома до конца галереи.

— Что ж, это здесь, — нетерпеливо проворчал он.

Сложив бумажку, он сунул ее в карман и открыл стоящий прямо перед ним шкаф. Наклонившись, вошел внутрь, и дверца за ним захлопнулась.

Том оставался на месте, не смея даже шелохнуться. Дон Жерваз, несомненно, вот-вот вернется. Он ждал, напрягая глаза и уши, чтобы заметить малейшее движение, тишайший шорох, но безрезультатно. Секунды сменялись минутами, а Аскари все не возвращался. Мальчик задался вопросом: а вдруг это вовсе не шкаф, а вход в другую часть дома, где он никогда не бывал, например в комнаты для слуг. Может, именно там сейчас живут дон Жерваз и Лотос.

Прошло еще несколько показавшихся вечностью минут, и терпение Тома лопнуло. Выйдя из-за шторы, он на цыпочках подобрался к ряду шкафов и остановился перед ними. Все они выглядели совершенно одинаковыми. Куда же вошел дон Жерваз? В один из средних, решил мальчик. Он осторожно тронул ручку двери. Хотя в галерее было темно и холодно, его ладонь взмокла. А что, если Аскари вдруг выйдет наружу? Вдруг он спит в этом шкафу, мало ли какая блажь взбрела ему в голову? Слишком поздно: Том открыл дверь.

Внутри не оказалось ничего, кроме метел и швабр. Мальчик сглотнул. Должно быть, он выбрал не тот шкаф. Он нерешительно проверил дверцы справа и слева, но и там обнаружилось то же самое: метлы и швабры. Не может быть. Вряд ли дон Жерваз попросту исчез, верно? Это невозможно. Закрыв дверцы, Том снова заглянул в первый шкаф. За ручками швабр и метел проглядывало темно-серое дерево задней стенки, вполне прочное на вид. Затем мальчик вспомнил, что дон Жерваз захлопнул за собой дверь сразу же, как вошел. Может, тут есть какой-то потайной механизм, не позволяющий открыть одну дверь, пока не закроешь другую? Возможно. В конце концов, это же Кэтчер-холл, а Август любил сюрпризы. Это может оказаться всего лишь еще одним из них.

— Ладно, — чуть слышно прошептал Том. — Я справлюсь.

Вытерев потные ладони о штаны, он осторожно шагнул в шкаф и закрыл за собой дверцу. Ничего не произошло. Он стоял в кромешной темноте и слушал удары собственного сердца. Что теперь? Найти другую дверь. Вытянув руки перед собой, мальчик наткнулся на шероховатое дерево задней стенки. Медленно скользнул пальцами вниз по ней и нащупал небольшое металлическое кольцо, вполне могущее оказаться своеобразной дверной ручкой. Взявшись за него, Том легонько нажал. Кольцо подалось.

— Да!

Сердце мальчика екнуло. Это не могло быть ничем иным.

Не задумываясь, Том повернул кольцо и надавил. Раздался скрип, и небольшая, не выше его самого, дверца распахнулась настежь. Она напоминала старинную внутреннюю дверь, какую он однажды видел в замке. За ней обнаружилась длинная темная комната, на первый взгляд похожая на кладовую. Впрочем, довольно странную, поскольку ее заполняли рыболовные снасти и большие деревянные бочки. Подойдя к одной из них, Том чуть-чуть приподнял крышку, и ему в нос ударила вонь тухлой рыбы, настолько мерзкая, что ему пришлось прикрыть рот ладонью, чтобы удержаться от рвоты. Зажав нос, он посветил фонариком на мутную воду. У самой поверхности плавали, толкаясь, пять желтых шаров размером с футбольный мяч. Что это такое? Том решил, что это какие-то гигантские яйца или загадочные глубоководные медузы, но запах был настолько отвратительным, что ему пришлось закрыть крышку, пока его не стошнило. Возможно, это какая-то наживка.