Некромант по вызову. Трилогия (СИ) - Лисина Александра - Страница 189

– Естественно. Первогодке допустимо ударить первого в его жизни зомби несколько неточно. Внезапный испуг, неуверенность движений… сам понимаешь: это была наилучший вариант. Правда, для того, чтобы сохранить силу удара и сделать ударную волну достаточно широкой, заставив ее зацепить висящие под потолком следилки… которых, кстати, оказалось целых три… мне пришлось вбухать туда столько сил, что из аудитории я выползал на полусогнутых.

– Ты истощил свой дар, – снова насупился учитель, безошибочно отыскав мое слабое место. – И это было рискованно.

– Да. Но зато я испортил мэтру Лонеру все его записи, – возразил я, неторопливо приближаясь к учебному корпусу. – Я посчитал, что оно того стоит. Потому что при внимательном просмотре всегда можно найти то, я, возможно, не учел. К примеру следы поискового заклинания, которое я использовал перед боем, чтобы отыскать следилки. Или тот фокус с погасшими «светляками», который позволил мне незаметно взглянуть на дар той девочки и убедиться, что у нее настоящий талант к нашему искусству.

– Не боишься, что тебя засекут? – тут же нахмурился Нич.

– Нет. Остаточный фон от заклятия упокоениябудет держаться на целые сутки дольше, чем от моего маленького заклинания. Зато я доподлинно выяснил, что Верия – прирожденный заклинатель и редкий по силе проклятийник. Когда подрастет, станет превосходной мэтрессой. Если, конечно, еще раньше ее не убьют…

– Так ты изза этого ходишь такой хмурый? – настороженно поинтересовался Нич.

Я зашел в пустой холл учебного корпуса и направился к телепортационной арке:

– Нет. Я сегодня сдуру представился Лонеру полным именем.

– Что?!

– Расслабился, – повинился я, задержавшись у арки на пару минут. – Забыл, что он это имя тоже прекрасно знает и, в отличие от нас с тобой, продолжает упорно ненавидеть не только Нева, но и всех его потомков. Хотя времени с того дня прошло немало.

– Погодипогоди… насколько я помню, перед смертью… ну, там, у меня в склепе… ты успел перебросить свое тело обратно в родовой замок?

– Да.

– И кинул туда же короткую записку, где четко сообщил, кто тебя убил?

– Да, – снова согласился я, окончательно помрачнев. – Только это была не записка, а наша с тобой следилка… помнишь, ты хотел записать подробности эксперимента и предъявить их потом Совету в качестве доказательства? Так вот. Я в последний момент успел ее стереть, убрав все ненужное и оставив только запись о том, как получаю удар в спину. А потом швырнул вслед за телом. Так что все, кому было интересно, как убили бывшего главу «темной» Гильдии, прекрасно знали, кто такой барон Евгродус Невзун. Вероятно, этим и объясняется тот факт, что после окончания войны и в то время, как стране остро требовались грамотные некроманты, его сын вел очень тихую, незаметную и почти затворническую жизнь на окраине, не рискуя о себе напоминать.

– Еще бы, – буркнул Нич. – С таким пятном на репутации… может, если бы ты не сообщил его имя, никакой войныто и не началось?

– Началась бы, Нич, – криво улыбнулся я, всетаки активируя арку. Поздно уже, в самомто деле. Если не вернусь в жилой корпус до отбоя, ктонибудь обязательно заметит. – Даже не сомневайся: к тому все слишком долго шло. Я просто хотел, чтобы в моей смерти не винили «светлых» и не раздували пожар там, где в этом нет необходимости. Но, видимо, комуто он был настолько нужен, что, даже имея на руках прямые доказательства, некто… не знаю пока кто… умудрился использовать их в своих целях и начать такую масштабную кампанию, что… в общем, я был рад, когда очнулся от стазиса и узнал, что все это благополучно закончилось.

– Ну да. А теперь собственноручно воскресил память о тех черных днях у некроманта, который когдато был тебе хорошим другом и преданным соратником!

Я виновато развел руками и шагнул в открывшийся портал.

– Сглупил… с кем не бывает…

– Сглупил?! Да он тебе в порошок сотрет, когда увидит!

Я мысленно согласился, что Лонер действительно может попробовать, но ответить не успел. Потому что, оказавшись в холл первого этажа своей башни и сделав всего пару шагов в сторону комнаты, натолкнулся на поджидающего меня старшекурсника, который зачемто перегородил единственный проход, и вынужденно замер.

– Вот ты где… – зловеще улыбнулся тот тип, которому я намедни продал одну неприметную тряпку. – Явился, наконец. Что, мелкий, готов к неприятностям?

Я сделал удивленное лицо.

– Каким еще неприятностям?

– А таким… ты, сволочь, продал мне НЕ ТУ простыню!

– Что значит «не ту»? – справедливо возмутился я. – Какую обещал, ту и продал!

– На ней было ни единого следочка! – рявкнул в ответ старшекурсник. – Она была АБСОЛЮТНО чистой! А я какую у тебя просил?!

Я демонстративно отвернулся.

– Ничего не знаю. Простыня была та самая. Я ее просто выстирал и все дела.

– Выстирал?! – злобно прошипел парень, неразумно схватив меня за мантию. – Ах, выыстирал… а клеймо на ней ты тоже сам вышивал?!

Я гордо задрал нос.

– Нет. Это была иллюзия. Я нес ее мастеру Воргу в подарок. И отдал бы лично в руки, если бы ты не сделал мне свое заманчивое предложение.

– А ну, верни деньги, сопляк! – властно потребовал парень, наматывая край моей мантии на кулак. Видимо, опасаясь, что я прям возьму и побегу. – Верни или будет хуже!

Ага. Щас!

– Гираш, а это что за идиот решил к нам пристать? – вдруг подал голос Нич, предусмотрительно юркнувший под мантию и теперь вопрошающий откудато у меня из под мышки. – Чтото мне его рожа кажется знакомой…

Я чуть не подавился, но терять лицо было не с руки. Пришлось нацепить на себя каменное выражение и невозмутимо ответить:

– Да жлоб какойто с третьего курса. Имени не знаю – он отказался отвечать.

– Почему решил, что он именно с третьего? – снова донеслось из под мышки.

– Для второго слишком борзый, – фыркнул я, получив немало удовольствия при ошарашенной физиономии парня. – Для четвертого – слишком мелок. Нашивки [20]на груди нет, так что пятый и выше отпадает, и остается только третий.

– Ясно. Но рожа его мне все равно знакома. Гдето я ее уже видел… слышь, мелкий, ты, случаем, не из рода Регилль?

– Эй, да ты прямо напрашиваешься на тумак! – внезапно вызверился на меня старшекурсник и качнулся вперед, угрожающе стиснув мою мантию. – Кто там у тебя еще говорит?!

Я надменно выпрямился.

– Внутренний голос.

– Чегоо?!

– Что слышал. И тебе лучше ответить, пока он не вошел в раж и не начал буянить.

– Да я тебя…

– Вспомнил! – вдруг радостно воскликнул Нич, перебравшись ко мне на грудь и неосторожно высунув изпод мантии длинный ус. – Вспомнил, где я видел эту смазливую морду… эй, тупоголовый, а графиня Тересса де Регилль, случайно, тебе не родственница?

– Бабка, – икнул от неожиданности парень, непроизвольно выпустив из рук мою помятую мантию. – Только она померла год назад…

– Жаль, – искренне огорчился Нич. – Хорошая была бабка. И магиня хоть куда. А уж красавица… ууу… помню, мы с ней както…

– Нам пора, – заметив, как постепенно отвисает челюсть у старшекурсника, я торопливо закруглил этот нелепый разговор и поспешил хлопнуть себя по груди, чтобы оборвать поток ненужных воспоминаний. – Время уже позднее, детям спать пора, а не слушать чужие бредовые откровения… доброй ночи. Всего хорошего. До завтра.

Парень как стоял, как и сел на подвернувшееся под руку кресло, провожая меня ошалелым взглядом. А я торопливо прошел мимо, юркнул в свою комнату и, захлопнув дверь, с облегчением прислонился к ней спиной.

– Ффу… Нич, в следующий раз давай без душещипательных воспоминаний, а?

– Ты не понимаешь! – упрямо возразил учитель и проворно выпутался из складок моей одежды. После чего спрыгнул на пол, ловко забрался на комод, потом перешел на постель и там принялся возбужденно расхаживать тудасюда. – Я ее знал! Мы с Терессой одно время были так близки, что…

– Хватит! – отрубил я, уставившись на разглагольствующего таракана тяжелым взглядом. – Ты хотел посмотреть на подземелья или нет?!