Вживленный «Чип контроля» [Марш-бросок] - Соболев Сергей Викторович - Страница 69

В небольшой просвет Валера заметил, как водитель вдруг вытянул шею вправо – как будто увидел что-то неожиданное для себя на дороге. И как его рука стала доворачиватъ руль… в противоположную сторону.

«Сейчас или никогда!»

Валера выгнулся назад, а затем что есть сил ударил – в прогал между двумя передними сиденьями – ногой в плечо водителя.

Глава 41

КАК НАЕДУ, НЕ СПУЩУ

Охранник не успел среагировать на удар Валеры.

Потому что, как выяснилось, у него не было на это времени.

Дорога, по которой они ехали, шла здесь в аккурат по гребню одного из увалов. Холм вообще-то невысокий, да и склон не сказать чтобы был очень уж крутой… Впереди дорога делает изгиб, но водила, которому досталось ногой по затылку, уже не контролировал машину, и она наклонно ухнула вниз… Внедорожник смял кустарник и врезался носовой частью в ствол крепкой сосны…

После удара Валеру – он, к счастью, полулежал в своем углу – швырнуло в спинку кресла пассажира, которое сейчас пустовало. Хорошо, что он не потерял сознание… В следующую секунду – или спустя несколько секунд, кто знает? – он сдернул двумя скованными браслетами руками полотняный мешок с головы. Он, кажется, нифига не видел вокруг себя… кроме светло-коричневой роговой рукоятки клинка. За нее-то он и ухватился сразу двумя руками! Охранник, сидящий слева, то ли напирал на него всей своей массой, то ли попросту стал заваливаться вправо, потеряв после удара на какое-то время ориентацию в пространстве…

Со второй попытки Швец все же извлек клинок из ножен и, чуток привстав, изо всех сил вонзил его в бок заваливающемуся на него охраннику.

Ухватившись двумя руками за дуло, он затем выдернул «калаш» из-под охранника, из левого бока которого, загнанный почти по самую гарду, торчал клинок с роговой рукоятью. Кое-как открыл дверцу со своей стороны – хорошо еще, что не заклинило! После чего вывалился вместе с автоматом наружу…

Когда Швец, шатаясь, как пьянчуга, обошел внедорожник спереди, то увидел водилу, который, очумело тряся головой – лицо у него было залито кровью – пытался встать на четвереньки.

Валера по-прежнему держал автомат двумя скользкими от крови ладонями за дуло. Не дожидаясь, пока шофер очухается, Швец опустил на его голову приклад «калашникова»…

Когда он открыл багажник, выяснилось, что Маша цела и невредима – хранившиеся там два одеяла и армейская палатка самортизировали удар.

– Не надо меня так крепко обнимать, – простонал Валера некоторое время спустя, когда Маша бросилась ему на шею. – А то я вырублюсь… и тебе придется дальше тащить меня на себе!

Оба охранника, которые должны были доставить «субчиков» к молодому хозяину, оказались мертвее мертвых. В карманчике у водителя нашелся ключ от наручников, так что Маша мигом избавила себя и своего героического напарника от браслетов.

У водилы был «АКСУ» и «макаров» – его автомат нашелся в салоне, видно, лежал на переднем сиденье. Итого, у них теперь имелся при себе небольшой арсенал: два «калашникова» и запасной рожок, который они нашли в бардачке, а также пистолет «ПМ» с полной обоймой.

В кармане водителя они нашли портативную УКВ рацию, но она, очевидно, получила повреждение и не работала.

Маша, найдя аптечку, попыталась было оказать напарнику первую медицинскую помощь, но Швец отрицательно покачал головой.

– Маша, ты настоящая… сколопендра, – удивился он, увидев, что, кроме небольшой царапины на подбородке, никаких видимых повреждений на ней нет. – Ни в воде не тонешь, ни в огне не горишь…

– Не сколопендра, а саламандра, – поправила его агентесса, все ж подбираясь с какой-то чистой ветошкой к его окровавленному лицу. – Ничего, миленький, до свадьбы заживет… Ну ты, Швец… мужик! Настоящий! Не только в постели! Вывернуться из такого вот дерьма…

– Да, Маша, я такой, – кривя в ухмылке разбитые губы, сказал Швец. – Я ж говорил тебе, что придумаю что-нибудь?

– Зря ты вот только тачку ихнюю угробил, – чуть отстранившись от него, деловито заметила Маша. – На чем мы теперь будем из этой хреновой тайги выбираться? Ты об этом подумал?!

Швец едва не сплюнул с досады – до чего ж вредная баба попалась ему в напарницы!

– Знаешь, дорогая… Ты все ж не саламандра, а настоящая сколопендра!

Какой-то неясный шум, донесшийся до них сверху, от дороги, проложенной по гребню увала, заставил их одновременно вскинуть головы.

– А ну подняли руки до горы! – скомандовал какой-то рослый, сурового обличья мужчина, одетый в кожанку. – Только дернитесь… порешу на месте!!

Кроме этого незнакомого им обличьем мужика с автоматом, направленным, естественно, на них, чуть левее и ниже по склону, но все равно выше того места, где стояли двое москвичей, расположился какой-то странный тип в меховой шапке и с карабином в руках.

– Не надо, не стреляйте! – послышался от дороги чей-то голос. – Я узнал этих двоих… Их привозили недавно в наш лагпункт… И им тоже делали операцию по вживлению ВЧК!

Маша, чуть приоткрыв рот от изумления, уставилась на этого мужчину, одетого в камуфляж – в отличие от остальных двух незнакомцев, которые были прикинуты в довольно замызганного вида гражданку. Швец, тоже широко распахнув глаза, глядел на спускающегося к ним по склону мужчину.

Спустя секунду они переглянулись.

– Это же Глебов! – сказала Маша. – Собственной персоной.

– Игорь Валентинович, – механическим голосом произнес Швец. – Чтоб мне застрелиться!

Глава 42

ИСПЫТАТЕЛЬНЫЙ ПОЛИГОН:

ВОЙНА ВСЕХ ПРОТИВ ВСЕХ

Примерно около часа Клещ вел свою группу лесом, стремясь уйти как можно дальше от места крушения вертолета.

Выйдя в густой ельник, они устроились там на непродолжительный отдых.

Клещ открыл ящик, который они обнаружили в вертолете – это была аптечка, – и стал рассматривать его содержимое.

Он нашел там шесть упаковок бинтов, ватные тампоны, флакон с раствором йода, две упаковки одноразовых шприцев, с полдюжины пачек с какими-то стеклянными капсулами – две из них с промедолом – и еще разную мелочевку.

«Шесть упаковок бинтов, – подумал он про себя. – Это выходит… по две на каждого».

Встав со своего места, он направился к Круглому, который стоял на стреме шагах в двадцати от них, на границе густого ельника.

– Ну что, Круглый… – просипел Клещ. – Бдишь?.

– Ага, – сказал тот. – Бдю.

– А че это… – Клещ посмотрел куда-то поверх головы зэка. – То не «вертушка» ли, часом, чапает?

– Где? – Круглый резко обернулся и тоже уставился в ту сторону, куда глядел главарь. – Че-то я не слы…

Нож, вошедший ему под левую лопатку, не дал Круглому закончить фразу. Он захрипел… Как-то неловко завел за спину правую руку, словно намеревался сам вытащить клинок из спины… И рухнул под ноги Клещу.

Уперевшись ногой в бок Круглого, тело которого еще сотрясали конвульсии, Клещ схватился двумя руками за рукоять тесака и с усилием вырвал его из спины Шестого. Затем, присев на корточки, аккуратно вытер клинок об одежду Круглого. Вложил в ножны, после чего выдернул за рукоятку «стечкин», который Круглый таскал заткнутым за пояс.

Остальные двое, Крюк и Толян, тут же подскочили к нему, привлеченные этой возней.

– Ты че, Клещ? – удивленно посмотрел на него братишка. – Мочканул Круглого? А на какую тему?!

– Я ему не верю, – коротко сказал Клещ.

– И мне он как-то не по душе был, – после небольшой заминки сказал Крюк. – Ты прав, Григорий, на все сто: нельзя доверять волыну тому, кто может шмальнуть тебе в спину.

– Но это только половина дела, братья, – просипел Клещ. – А счас мы будем резать… друг дружку!

Теперь даже туповатый Толян уставился на него с нескрываемым изумлением.

– Ну че вылупили зенки! – вызверился на них главарь. – От браслетов мы избавились, так?! А энти капсулы, что повшивали нам под кожу? Мыслите, што это просто так?.

– Так это… тоже маячки! – ахнул от удивления Крюк. – Что будем делать, Григорий?