Вживленный «Чип контроля» [Марш-бросок] - Соболев Сергей Викторович - Страница 66

Кочкин как правая рука Дмитрия Абросимова отлично знал всю программу, которую предложат вниманию прибывших из Москвы экспертов и каких-то двух «випов» – этих опекает лично Николай Дмитриевич. Он знал также, – в машине была включена рация – что трое зэков, которые пытались прорваться через Адовы болота, вернулись обратно и что к Лузанке послана «вертушка». Буквально с минуты на минуту снайпер должен грохнуть зэка «В-4». Что дальше? Днем кончат бывшего егеря. А затем настанет очередь оставшихся еще в живых зэков, включая борзого Морпеха, которого и сам Кочкин не против бы мочкануть… Да вот только молодой хозяин уже высказал собственное пожелание на сей счет – хочет сам приговорить.

«Не сделать ли нам небольшой крюк? – внезапно пришла ему в голову идея. – Интересно все ж… Деда тоже будут сейчас мочить или же ограничатся пока только одним „В-4“?»

Он хотел было связаться по рации с «вертушкой», но тут же передумал: молодой хозяин запретил трепаться в радиоэфире, особенно в эти два-три дня. А он не тот человек, чьи указания можно проигнорировать.

Внедорожник, свернув на проселок, некоторое время ехал по просеке к Лузанке. Когда дорога, вслед за просекой, под косым углом свернула вправо, Кочкин вдруг увидел покосившуюся чуток на правый бок «вертушку», до которой было всего метров двести.

– Оп-па… – озадаченно произнес Кочкин. – Похоже на то, что «малютка» крепко шандарахнулась о землю!

Заняв позицию в кустах, шагах в двадцати от места крушения вертолета, Анохин и Уваров, держа оружие наготове, с тревожным любопытством наблюдали за тем, как из пятнистого внедорожника, остановившегося чуть поодаль от поврежденной «вертушки», выскочили трое мужчин в камуфляжной форме. Двое были вооружены, третий… третий безоружен, но с чемоданчиком в руке.

– Федор, бей того, что с автоматом! – свистящим шепотом произнес Анохин. – Мои – остальные двое!

Коренастого крепыша, который семенил от внедорожника к «вертушке», он сразу признал: это «абверовец» из лагпункта. Когда тот на бегу поднес портативную УКВ-рацию к губам, явно намереваясь сделать тревожное сообщение в эфире, Анохин плавно нажал на спуск…

Два выстрела щелкнули почти одновременно… И две фигурки в камуфляже тоже почти одновременно рухнули на землю, как подкошенные…

Анохин мигом взял на мушку третьего из их компании, но в самый последний момент задержал палец на спусковом крючке.

– Не стрелять, Федор! – скомандовал на всякий случай Анохин. – Подержи-ка на мушке тех двоих, кого мы подстрелили! Если кто пошевелится, добавь ему…

Затем он встал и безбоязненно вышел из кустов.

– Вот так встреча, Игорь Валентинович, – сказал он, направляясь к врачу, который крепко сжимал в руке «экстренный» чемоданчик. – Сдается мне, что нам будет о чем с вами поговорить…

Глава 39

ПРОЗВУЧАЛ ТРЕВОЖНЫЙ ЗВОНОЧЕК

Николай Дмитриевич разбудил своих гостей, одного из которых он про себя называл Думцем, а второго – Чинушей, довольно рано, без четверти шесть утра.

Они ведь не для того приехали на полигон, чтобы, насладившись хорошо прожаренной на вертеле дичью, употребленной под ледяную водочку, настроенную на клюкве, дрыхнуть потом до обеда?

Втроем позавтракали на скорую руку и отправились в штабной модуль, где оператор уже приготовил для них специально подобранную нарезку из видеоматериалов.

Чтобы не мешать работе двух дежурных операторов, а заодно и разговаривать свободно на любые темы, они устроились в креслах в относительно небольшом помещении, где был оборудован плоский экран для просмотра отснятых поисковиками видеоматериалов.

– Эксперимент идеально чистый, господа, – сказал Абросимов, беря в руки пульт управления. – Ситуация разворачивается в реальном масштабе времени и пространства…

– Вы вчера говорили, Николай Дмитрич, что это реальный побег, – вопросительно посмотрел на него Думец, мужчина лет пятидесяти в дымчатых очках и с наметившимся брюшком. – Они что, и в правду настоящие уголовники??

– Да, именно так. И все как один очень опасны, – важно кивнул Абросимов. – При желании вы можете ознакомиться с уголовными делами любого из них. Уверяю вас, господа: все они – настоящее адское отродье! При побеге убили двух охранников! А этой ночью, кстати, те из них, кто еще уцелел к этому времени, убили вдобавок двух местных жителей, пожилую пару…

Николай Дмитриевич знал, что этих людей не интересуют ни уголовные дела литерных зэков, ни «случайные» жертвы. Им хотелось знать другое: насколько далеко продвинулись работы по программе «Нимрод», насколько эффективно работает поисковая система, сколько понадобится средств для завершения серии испытаний и как скоро – если будут приняты нужные решения и законы – эта комплексная программа, позволяющая, скажем так, во многих аспектах контролировать отдельную личность, группу людей и даже, если будет поставлена такая сверхзадача, все целиком гражданское общество, может быть с организационной и технической точек зрения воплощена в реальную жизнь страны.

Конечно, Абросимов не стал – и не станет – сообщать этим людям некоторые детали и подробности нынешнего пилотного проекта, при котором испытания системы происходят на секретном полигоне, в локальном масштабе.

Из местных в курсе событий – да и то не полностью – только три человека: начальник Вятлага и хозяева «девятки» и «двенадцатки». Но эти трое – свои, проверенные люди.

Да и ни хрена они доподлинно не знают, эти сошки, о ключевых деталях и назначении самого проекта.

А те, кто располагает мало-мальски важной информацией, предпочтут держать язык за зубами: знают, что если выболтают перед широкой публикой что-нибудь по-настоящему ценное, то не проживут и трех дней… А помимо этого, пострадают и их близкие.

Все это буквально за один миг промелькнуло в голове у Николая Дмитриевича Абросимова.

Он включил видео и уверенным, энергичным голосом принялся комментировать события, которые были засняты операторами на пленку.

Особенно впечатлили Думца и Чинушу те кадры, на которых были засняты зэк «В-10» с зажатым в двух руках пистолетом, направленным прямо в зрителей, и зэк «В-7», который весьма эффектно, с оскаленной рожей, палил в кого-то из автомата…

– Все это очень впечатляет, Николай Дмитрич, – сказал Чинуша, поджарый, деловой человек лет сорока, представляющий здесь интересы не столько федерального правительства, сколько делегировавшей его в «Белый дом» одной очень известной в России олигархической группировки. – Но вот эти браслеты, что выполняют роль маячков в поисковой системе… От них ведь, наверное, все же можно как-то избавиться?

Абросимов, давно ожидавший этого вопроса, вежливо – но и чуть снисходительно – улыбнулся.

– Во-первых, сделать это будет не так просто… Но теоретически, конечно, возможно. В том случае, если предстоит иметь дело с каким-нибудь особо опасным контингентом, предполагается дополнительно использовать изделие ВЧК – «встроенные чипы контроля». Можно расшифровать и так: «вживленные чипы контроля».

Абросимов вытащил из внутреннего кармана пиджака капсулу коричневатого цвета, внешне похожую на желудь дуба, и передал ее для ознакомления двум участникам разговора.

– Браслеты, которые мы применяем здесь, на полигоне, в комплекте с отлаженной аппаратурой, позволяют уверенно «держать» цель в радиусе до десяти километров от передвижного поискового комплекса…

– В городе, с его индустриальными помехами, вы такой большой дальности действия не достигнете, – сказал Думец, разглядывая «желудь». – Но, в принципе, можно установить стационарные терминалы: в аэропортах и на железнодорожных вокзалах. Да в тех же крупных маркетах… На улицах, в конце концов, почему бы и нет?

– Согласен, отличная идея, – покивал головой Абросимов. – Если под проект будут выделены надлежащие средства…

– И если будет принято соответствующее политическое решение, – мягко сказал Думец.