Маша Орлова. Тетралогия (СИ) - Чурсина Мария Александровна - Страница 27

Сабрина зашипела сквозь зубы и разжала пальцы. Инесса тут же выпрямилась, красная от возмущения. Потёрла локоть и кинулась в сторону.

В столовую вбежала Эльза. Точнее, она шла за порцией каши, но каждый мог бы видеть из окна, как услышав возню и крики с середины дороги, она сорвалась и побежала. Кудряшки воинственно прыгали на её затылке.

– Да что вы тут творите? Отвечайте! – Глаза сверкали под стёклами очков. – Захотели, чтобы я докладную написала? На имя ректора! Что тут произошло?

Инесса дёрнула вниз смявшуюся кофту, скривила губы и скрылась в полутёмной кухне. Не собиралась она отвечать, не собиралась разговаривать и Сабрина. Едва не задев преподавательницу плечом, она вылетела вон из столовой, оставив Эльзу ошарашено хлопать глазами.

Глава 6. Поцелуи с призраками

Дураки думают, что смогут навести порядок.

Умные наводят.

Гении правят хаосом.

Из‑за туч появилось солнце и чуть‑чуть согрело сырую деревянную лавку, на которой они сидели, поджав под себя ноги. Маша прижалась спиной к столу, откинулась назад, ловя редкие тёплые лучи. Серые тучи болтались в небе над стационаром кусками размокшей ваты.

– Ты считаешь меня неправой? – спросила Сабрина, в первый раз за весь разговор обернувшись к ней.

Маша пожала плечами.

– Я всё равно на твоей стороне. Я только не понимаю, ну с чего им надо было устраивать такую истерику? Неужели из‑за несчастной пачки майонеза? Я ночью случайно услышала их разговор. Они обещали устроить тут такое…

– Нам? – дёрнулась Сабрина.

– Имен, конечно, не называли, но, с другой стороны, кому ещё?

Из преподавательского домика выскочила Просто Эльза. Она спорхнула с крыльца, как бабочка, попрыгала через провода и обвела взглядом поляну между строениями.

– Общий сбор в лаборатории! – прокричала она и закашлялась. – Общий сбор!

В студенческом бараке хлопнула дальняя дверь.

Маша оглянулась на дверь их комнаты: та была плотно прикрыта и не удивительно, если ещё подпёрта изнутри шваброй. Ляля бродила по лесу вокруг стационара, низко склонив голову и притаптывая ногами высокую траву. Пели отогревшиеся птицы.

– Ладно, пойдём за вещами, – тяжело вздохнула Сабрина, распрямляя затёкшие ноги. – Если нас опять погонят на охоту за камнями, не вижу причины не ходить.

Дверь оказалась не заперта, и свет нескольких фонариков потускнел от дневного, когда они вошли. Фонарики лежали на тумбах, и возле двери громоздились свёрнутые спальники. Негромко переговариваясь, вторая группа собирала вещи.

Если бы к прибору ходили вчетвером, Маша подумала бы, что они собираются туда на ночное дежурство, но Инесса, не глядя, смела со своей постели все вещи в сумку, закинула её на плечо и отправилась к выходу. Голые кровати без матрасов выглядели печально.

– Куда? – простодушно изумилась Ляля, возникшая в дверном проёме. Ей никто не ответил, только Аника чуть не снесла дверь, выталкивая впереди себя скрученный рулетом матрас.

Они возвращались ещё по два раза, забирая остатки вещей, всё в таком же гробовом молчании. Сабрина лежала на кровати, вертя в руках кольцо на цепочке, и когда дверь захлопнулась за Динарой в последний раз, сказала:

– Если бы в других комнатах не были заняты все места, я бы решила, что они переселяются к парням.

– Что же вы ссоритесь? – печально вздохнула в своём углу Ляля. – Нужно сесть всем вместе, налить каждому по кружке газировки, поговорить…

– Не надейся, далеко не уйдут. – Маша пинком открыла дверь и успела увидеть, как поднимается на крыльцо преподавательского домика Лаура, одновременно копаясь в походной сумке. – Интересно, им Эльза разрешила?

…К вечеру, когда они вернулись с очередной экскурсии, заметно потеплело. Разложив перед собой улов камней, Маша резала тетрадные листы на множество квадратиков. Солнечный свет лежал на полу треугольниками, высвечивал доску, отчего написанное на ней крупными буквами становилось совсем невидимым. «Выставка камней» – старательно выводила Эльза на прямоугольном куске картона. Мартимер и Ляля потом пришпиливали плакат к стене.

– Я назову этот «летающая тарелка», как считаешь?

Сабрина отвернулась от тетради. Камешек, который демонстрировала ей Маша, имел выступающую полосу, и при должной фантазии её можно было принять за крыло.

– После авиакатастрофы? – поинтересовалась Сабрина, тыча в неё ручкой.

Маша махнула рукой – всё равно название на квадратном клочке бумаги она уже написала.

В лабораторию шумной гурьбой ввалились парни из обеих групп, которым дали приятное задание нарезать веток красного клёна. Тот рос исключительно возле заброшенного колхоза, поэтому дорога была неблизкой. Пришёл Рауль и вывалил перед Машей свою «коллекцию» совершенно одинаковых голышей.

– И что за мусор ты притащил? – уточнила Сабрина, косясь на камни.

– Это я нашёл, – гордо сказал он. – Придумай им название, а? У тебя классно получается.

Маша задумчиво почесала ручкой в затылке.

Чуть позже в лабораторию спустились девушки из второй группы. Стало ясно, что они поселились в преподавательском домике. Но только как? Маша никогда не был там, Просто Эльза защищала своё жилище не менее ревностно, чем Горгулья комнату с печкой, и курсантам вход на второй этаж был строго воспрещён. Неужели Инесса так живописала Эльзе свои злоключения, что та сжалилась?

За окном рабочие увозили срубленный столб. Когда поставят новый, они с уверенностью сказать не могли и только махали руками в сторону реки, ссылаясь на загадочное начальство.

– Занимаемся какой‑то ерундой, – пожаловалась Сабрина, стоило только Эльзе отлучиться из лаборатории.

Она бы с удовольствием легла спать до вечера. Сабрина вообще предпочитала не растрачивать силы понапрасну, но присутствовать на «занятиях» требовалось всем, и Эльза даже рисовала в журнале галочки после каждой переклички.

– Чем занимаетесь? – сунулась она в дверь.

Сабрина повела рукой, раскатывая Машины камни по всей парте.

– Творческой самореализацией, – выпалила она.

Эльза смущённо улыбнулась и похлопала в ладоши, призывая курсантов хоть к какому‑нибудь порядку.

– Я решила немного отступить от обычной программы! Камни оставьте на потом. Поскольку у вас тут оказались некоторые трудности в общении друг с другом, сейчас мы займёмся психологическим тренингом.

Маша оторвалась от камней и посмотрела на преподавательницу с крайней степенью возмущения. Если идея придумывать названия камням ещё вызывала в ней всплески трудолюбия, то от слова «психологический» стало совсем не по себе.

– Не припомню, чтобы поступала в цирковое училище, – пробурчала рядом с ней Сабрина, подпирая щёку рукой.

– Ну не бойтесь, будет очень интересно. Вот увидите, вы запомните мою практику на всю жизнь. – Она мотнула головой, отчего кудряшки сплясали джигу. – Молодые люди, я попрошу вас сдвинуть все парты к стенам.

Не дослушав её, Маша отступила к окну. Лес, весь пронизанный лучами закатного солнца, казался прозрачным. За окном грустно покачивались куски оборванных проводов. Её кто‑то толкнул в плечо.

– Поделитесь, пожалуйста, на группы. – Эльза размахивала руками, творя порядок из хаоса. Маша отступила, потирая плечо. – Так, девочек у нас мало, так что из них сделаем одну группу. Мальчишки – из вас три. Делимся‑делимся, даю полминуты.

Она замерла на мгновение, чтобы полюбоваться результатами своих трудов.

– Превосходно. Теперь я поясню суть: вы должны как можно лучше узнать друг друга и стать настоящей командой. Сами понимаете, как это важно. И чтобы закрепить результаты, я предложу вам представлять отчёт не попарно, а командой! – Эльза даже присела в танцевальном па от восторга за собственную идею. – Ну, вот как сейчас.

– По‑моему, это непедагогично, – проворчала Сабрина, покосившись на новоявленную команду. Четверо девушек из второй группы стояли чуть поодаль, как будто они вообще ни при чём.