400 школьных сочинений - Комлякова Е.А. - Страница 194

Достигшее зрелости творчество Евгения Евтушенко не утратило обаяния молодости. В этом одна из причин неослабевающего интереса к его отзывчивой музе.

Б. Ахмадулина

Художественное своеобразие творчества Беллы Ахмадулиной

Замечательная поэтесса Белла Ахмадулина вошла в русскую литературу на рубеже 1950–1960-х гг., когда возник беспримерный массовый интерес к поэзии, причем не столько к печатному, сколько к озвученному поэтическому слову. Во многом этот «поэтический бум» был связан с творчеством нового поколения поэтов – так называемых «шестидесятников». Одним из наиболее ярких представителей этого поколения стала Белла Ахмадулина, сыгравшая наряду с А. Вознесенским, Е. Евтушенко, Р. Рождественским, Б. Окуджавой огромную роль в возрождении общественного самосознания в стране в период «оттепели».

Начало литературного пути Беллы Ахмадулиной пришлось на время, когда были живы и активно работали Б. Пастернак, А. Ахматова и В. Набоков – корифеи русской литературы XX в. В эти же годы внимание общества было приковано к трагической судьбе и творческому наследию О. Мандельштама и М. Цветаевой. Именно Ахмадулиной выпала нелегкая миссия подхватить поэтическую эстафету из рук великих предшественников, восстановить, казалось бы, навечно распавшуюся связь времен, не дать прерваться цепочке славных традиций отечественной словесности. И если сейчас можно смело говорить о существовании самого понятия «изящная словесность», то это во многом является заслугой Б. Ахмадулиной перед русской литературой.

Поэтесса с редким постоянством пишет об окружающей ее повседневности, но эта повседневность не будничная, а облагороженная прикосновением ее пера, приподнятая над суетой, проникнутая высокой духовностью и, благодаря постоянным историческим экскурсам и реминисценциям из классики, приобретающая особое измерение. Из неприметных моментов жизни, оттенков настроения, обрывков мыслей и наблюдений поэтесса строит свой мир – мир нежности, доброты и доверия к людям.

Тенденция к осмыслению судьбы общества, судьбы личности, отечественной культуры, соотносимых с гуманистическими идеалами христианства, нашла выражение в новых произведениях Б. Ахмадулиной. Она стремится «поднять планку» поэтической культуры, соединить в своем творчестве традиции допушкинской, классической литературы и модернизма, приблизить современника к его собственным языковым особенностям, побудить мыслить, дорожа тай ной каждогFо слова. Стих поэтессы нередко напоминает одну огромную метафору, смысл которой «затемнен», ибо включает в себя множество других смыслов, оттенков, образов, сцепленных между собой прихотливо, подчиняясь чувству, которое движет автором, следуя мучительным попыткам постичь и выразить сущность явлений адекватно, не упрощая и не искажая.

Б. Ахмадулина отказывается от сюжета: тема и идея не столько «задаются», сколько «отыскиваются» в результате развертывания поэтической эмоции.

Главное для поэтессы присвоение – присвоение всего, что дорого, перед чем она преклоняется, что волнует, мучит, возвышает. Присвоение – значит любовь, восхищение, сопереживание, сострадание, столь полные и безоглядные, что без них Б. Ахмадулина не мыслит самое себя. Присвоенное – значит пропущенное через душу, глубоко потрясшее, облитое слезами, навсегда ставшее неотъемлемой частью внутреннего мира.

Открывая для себя кого-либо, Б. Ахмадулина как бы проживает его судьбу, входит в его художественный мир так глубоко, что неизбежно преобразует собственное творчество.

Повествуя о современности, Б Ахмадулина выступает как радетель «сирых» и убогих, слабых и беззащитных, как хранитель нравственно-религиозных устоев русского народа. С горечью пишет она об исковерканной жизни многих поколений, о грустном, запущенном виде родной земли. Картина оскудения и развала, ироническая и печальная, воссоздана в стихотворении «Так дружно весна начиналась: все други». Свои надежды на спасение России поэтесса связывает с утверждением религиозно-нравственного начала в душах людей с духовным возрождением общества.

Как бы мы ни относились к религиозно окрашенным произведениям Б. Ахмадулиной, нельзя не ощутить устремленности к высшему, вечному.

В. Пелевин

Философско-нравственные искания современных авторов (по книге Виктора Пелевина «Желтая стрела»)

Конец 20-го века был печальным для литературы. Много говорилось о том, что литература умерла, что нет больше авторов – истинных мастеров слова. Мне кажется, она просто стала другой. Литература всегда соответствовала тому времени, которому принадлежала, всегда говорила о вечных проблемах на языке современности. Поэтому, как я думаю, нельзя ждать, что в начале 21-го столетия будут писать и говорить так же, как и в начале 20-го.

Знаковой фигурой наших дней стал Виктор Пелевин, автор нескольких нашумевших романов. Одной из его книг является «Желтая стрела», сборник повестей и рассказов.

Когда я впервые взяла в руки эту книгу, то еще не была знакома с творчеством Виктора Пелевина. Я услышала о нем на уроке литературы и заинтересовалась.

Первым впечатлением от чтения заглавной повести, давшей название всей книге – «Желтая стрела», – было недоумение. Вместо ожидаемых экспериментов в области формы, которые, как я была уверена, свойственны постмодернистам, к числу которых принадлежит и Виктор Пелевин, – строгое соблюдение классических норм. Небольшое произведение, в центре которого – эпизод из жизни главного героя, бесспорно, для него судьбоносный. Второстепенные герои не отвлекают внимания от главного персонажа.

Все герои «Желтой стрелы» – пассажиры поезда, забывшие о том, откуда и куда они едут, забывшие не только цель своего путешествия, но даже и тот простой на первый взгляд факт, что когда-то они не были пассажирами. Купе, плацкарт, общий вагон – все их знание о жизни строго регламентировано железнодорожной терминологией и вполне укладывается в ее простые рамки. Уровень жизни определяется купленным когда-то билетом. По местному радио всегда звучат лишь те произведения, в которых так или иначе упоминается железная дорога, эшелоны, перегоны и станции. Газета «Путь» ведет постоянную рубрику «Рельсы и шпалы», в которой главный герой читает статью «Тотальная антропология» о воспроизведении стука колес в различных языках. Покинуть поезд практически невозможно не только потому, что он не делает остановок, но и в силу инерции сознания каждого из едущих в нем. Андрею, главному герою повести, удается покинуть поезд только после того, как он становится над системой, выходит из-под ее ежесекундного контроля.

В финале он обретает себя, свою индивидуальность, возможность осознания всего, что происходит с ним и с миром. «Желтая стрела» – философская притча о смысле жизни и роли человека в собственной судьбе. Темы, которые затрагивает Пелевин в своих произведениях, можно назвать вечными. В иносказательной, подчас фантастической, гротескной форме автор размышляет о смысле жизни, проблеме взаимоотношения личности и толпы. Задумывается над главной проблемой современности: как остаться человеком в нечеловеческом мире.

Смысл человеческой жизни, иллюзорность бытия – все это предмет размышления в рассказе «Девятый сон Веры Павловны». Постичь авторскую игру в смыслы в этом рассказе возможно только при условии знакомства с романом Н.Г.Чернышевского «Что делать?», героиня которого Вера Павловна видела свой знаменитый «четвертый сон» о золотом веке для всех жителей земли.

Рассказ Пелевина начинается как бытовая зарисовка из времен недалекого кооперативного прошлого, а заканчивается фантасмагорическими сценами Страшного Суда, когда Авторы вершат судьбу Веры Павловны, споря о том, в какое литературное произведение ее определить. Кульминацией рассказа является цитата из дореволюционного издания Чернышевского с сохранением орфографии оригинала, который, по мысли Пелевина, замыкает круг безумия. Книга Виктора Пелевина, безусловно, интересна не только как образчик творчества современного писателя, но и как литературное произведение. Игре с формой, которая свойственна постмодернизму, Пелевин предпочитает тонкую интеллектуальную игру смыслов. Сохраняя и используя традиции русской классической литературы, он демонстрирует нам ее новые грани и возможности.