Самозванец. Тетралогия (СИ) - Аксенов Даниил Павлович - Страница 83

Ференстарший всегда и во всем следовал устоявшимся традициям.

– Пойди и поговори с ними минут десять. А потом веди сюда. Будем вместе допрашивать пленного. Да, и подайте мне мой сундучок.

Принц носил этот сундучок с собой почти всегда с тех пор, как приобрел его еще в Зарре. Разумеется, он не всегда сам держал его в руках, но, как правило, отдавал одному из доверенных лиц, находившихся поблизости.

– Какого пленного? – удивился Ронел. – У нас не пленный, а пленные. Их двое и еще охрана.

– Нет, ты не совсем меня понял, – сказал Михаил. – Послы Томола и Кманта – наши гости. А пленный у нас один. Вот он стоит.

– Где?

– Вот же. Наш пленный – Иашт.

Все присутствующие воззрились на принца. Особенно удивлен был сам Иашт.

– Почему это я пленный? – спросил он.

– Ты не просто пленный, – ответил Михаил, – а очень ценный пленный. Захваченный недавно. Приближенный Миэльса. Который в курсе всех его планов. Несущий с собой важное письмо к императору Фегрида.

На подвижном лице ишиба удивление начало медленно сменяться пониманием.

Принц покопался в сундучке, выуживая нужный свиток. Скажем прямо, излишне любознательный человек, заглянувший в этот сундук, был бы удивлен не только обилием свитков, хранящихся там, но также их содержанием. То, что утверждалось в одном свитке, нередко полностью опровергалось в другом. Михаил заготовил тексты почти на все случаи жизни. Эти тексты были заботливо скреплены личной печатью тикороля Миэльса.

– Так что ступай, Ферен. Конечно, не обманывай их, не нужно лгать. Скажи, что принц приглашает к себе. И что у принца есть пленный. Это будет абсолютной правдой: раз я назвал Иашта пленным, значит, он им и является.

Ронел удалился, ошарашенно покачивая головой. Он еще не до конца понял, что затевается. Не поняли этого и многие другие. А вот Иашт, Комен и Йонер догадались очень быстро. Они улыбались.

– Так в чем я должен признаваться? – поинтересовался Иашт.

– Вопервых, что Миэльс испытывает к тебе глубокое доверие и делится всеми планами. А вовторых, что он собирается после того, как покончит со мной, законным принцем, разорвать мирный договор с Томолом и Кмантом. А втретьих, и это главное, за тебя много скажет вот этот свиток. В нем уважаемый всеми нами Миэльс предлагает совершенно бесстыдную сделку императору Фегрида. Как нехорошо с его стороны.

– Примерно так я и думал, – улыбнулся командир ишибовразведчиков.

Очень трудно сказать, о чем подумали остальные приближенные принца, но Иашт уже точно знал, что Михаил располагает возможностью подделывать отпечатки истинной ти.Когонибудь другого это могло навести на мысль о том, что таланты принца этим не ограничиваются, а также о том, что с такими способностями любой может попробовать выдать себя за кого угодно. Но Иашт так не думал. Когда он узнал, что принц собирается отменять рабство, то это решило все. Ишибу стало безразлично и происхождение претендента на престол, и его странный аб,и необычное поведение. Политические воззрения принца и отношение к своим соратникам полностью оправдывали его в глазах Иашта. Ишиб был простым человеком, рожденным невольницей и получившим дворянство лишь благодаря своему абу. Дворянская честь, голубая кровь и тому подобное представлялись ему не более чем предрассудками.

Когда задержанные послы прибыли, Иашт уже примерно представлял себе, что и как будет говорить.

Тагга Кепат Ицук, представитель Томола, был солидным мужчиной среднего роста. Его отличало красное, до багровости, испитое лицо, изза чего он иногда даже пользовался пудрой, чтобы скрыть сей дефект внешности.

Уру Дыкон Бурен, посол Кманта, напротив, был бледен лицом, что наводило на мысли о какойто болезни, если бы Дыкон не носил традиционный для ишибов халат. У него был аб.Не большой, но и не маленький. Вполне достаточный для того, чтобы его уважали как ишиба, и недостаточный, чтобы претендовать на независимость.

Подойдя поближе к принцу, уру Бурен остановился, пораженный. Впрочем, так случалось со всеми ишибами при первом знакомстве с абомМихаила.

– Подходите, господа, – приветливо взмахнул рукой молодой человек.

Ицук приблизился решительно, а Бурен – с небольшой опаской.

– Твое высочество, – поклонились оба.

Они следовали этикету. Вопервых, человек, называющий себя принцем, заговорил первым. А вовторых, если принца поддерживало такое количество дворян и ишибов, то вряд ли он был самозванцем.

– Как прошло ваше путешествие? – поинтересовался тот.

Он не знал, откуда двигались послы, но предположил, что путешествием может считаться любое перемещение.

– Благодарю тебя, твое высочество, – снова поклонился Бурен. – Сначала все было хорошо, а потом у нашей кареты поломалась ось. И мы задержались на целый день.

– Это же удача, господа, – улыбаясь, ответил принц. – Проследуй вы раньше, я не имел бы счастья познакомиться с вами.

– Несомненная удача, – подтвердил Ицук.

– Позвольте представить вам моих офицеров и ближайших друзей. Великие ишибы Аррал и Йонер. Заместители командующего тагга Комен Каретт и уру Ронел Ферен, с которым вы уже познакомились. А также представители штаба.

В ответ на каждое представление послы вежливо раскланивались. А при упоминании имени Каретта ощутимо вздрогнули. Они сразу же сделали вывод, что одна из семей поддерживает принца.

– Простите, что не предлагаю вам пообедать, наш обоз еще не подошел, – дипломатично извинился Михаил. – Мы в походе, знаете ли.

– Это пустяки, твое высочество, мы пообедали недавно.

После долгого обмена ничего не значащими фразами принц перешел к делу.

– Очень рад, что между нашими странами наконецто установился мир.

– Твое высочество согласен с условиями мира? – быстро спросил Ицук.

– Конечно, – широко улыбаясь, с сердечной искренностью в голосе ответил он. – Я нахожу их приемлемыми и справедливыми.

Ронел слегка поморщился, осознав свою ошибку. Ему не нужно было сейчас активировать свое умение распознавать правду. Ложь, произнесенная в его присутствии, оказывала на него такое же влияние, как звук бормашины на пациента в кресле стоматолога. К счастью, Ферен стоял за спинами послов, и они не могли видеть выражение его лица.

– Мы рады это слышать, твое высочество, – снова поклонились послы.

– Дада, мир – между нашими странами отвечает моим замыслам и чаяниям, – соловьем разливался Михаил. – Великая мудрость ваших достойных королей позволила избежать затяжного кровопролития.

Послы все время кланялись. Их спинам это было привычно. А Ронел на заднем плане морщился почти при каждом слове.

– Но меня смущает одна вещь, – печально добавил принц. – Очень смущает и печалит.

– Какая вещь? – спросил Ицук, насторожившись, отчего его лицо еще более покраснело.

– То, что существовать этому миру недолго. Если, конечно, моя попытка свергнуть узурпатора потерпит поражение.

Теперь насторожился и Бурен.

– Почему миру недолго существовать, твое высочество? – спросил он.

– Да потому что коварный узурпатор Миэльс вынашивает планы разорвать договор. За вашей спиной. В союзе с империей Фегрид.

Послы переглянулись. Их лица выражали тревогу. Они четко среагировали на ключевые слова «разорвать договор», «за спиной» и «империя Фегрид».

– Это очень серьезные обвинения, твое высочество, – ответил Ицук. – Мы, конечно, безоговорочно верим тебе, но будем вынуждены представить нашим королям доказательства.

– Конечно, – добродушно произнес Михаил, обводя рукой своих офицеров и деревья, словно призывая их всех выступить свидетелями его правоты. – Мы же серьезные люди. И знаем, что доказательства требуются везде. Если бы у меня их не было, я бы не сделал даже намека на столь ужасные намерения «дядюшки».

Лица послов выражали заинтересованность.

– Господа, я хотел бы вам представить доверенное лицо Миэльса, одного из его тайных советников, ишиба Иашта. Он был захвачен нами сегодня в плен и уже дал показания.