Самозванец. Тетралогия (СИ) - Аксенов Даниил Павлович - Страница 354

С этими мыслями Олеан ворвался в ворота городка Рекеарта, захваченного Уларатом еще накануне. Из штаба никто не пострадал – погоня не увенчалась успехом, а в самом городке, обнесенном невысокими белыми стенами, находился довольно большой уларатский гарнизон – более сотни ишибов.

Не успели захлопнуться ворота за последним из спасшихся, как вблизи показались фегридцы. Олеан не стал терять времени даром, а поспешил наверх, на стену, чтобы оценить силы противника. По его расчетам, первоначально в преследовании принимало участие около тридцати великих ишибов. Они отбросили нападающих от стен города, потеснили их, обратили в бегство, а потом, вместо того чтобы преследовать, развернулись и устремились к уларатскому штабу. Тогдато Олеан похвалил себя за предусмотрительность – штаб к тому времени располагался очень далеко от города, и бегство стало возможным.

Сейчас, стоя на крепостной стене, великий ишиб убедился, что его худшие предчувствия подтвердились. Из преследователей, похоже, не отстал никто. Все были здесь, движимые одной целью и одной волей. Но Олеан почемуто не видел лжеНермана. Аррал, его учитель, был там в передних рядах – сухонький старичок с «козлиной» бородкой и грандиозным абом– такого трудно не узнать. Однако короля Ранига не было. Это ставило под сомнение некоторые выводы Олеана и заставляло предположить, что лжеНерман задумал новую каверзу.

Глава 19

Переговоры

Враг не всегда идет на переговоры, но все мои враги почемуто переговоры обожают.

Философ, специалист по диспутам

Хотя Мукант был еще слаб, но уже старался заниматься государственными делами. На второй день после того, как император пришел в себя, он встретился со многими из советников. Эти встречи проходили в «теплой и дружественной обстановке» – в присутствии имис и королевских ишибов. Советники чувствовали себя неуютно с новой императорской охраной за спиной. Им казалось, что разгневанный Мукант может в любой миг отдать приказ на устранение собеседника, чтобы не заморачиваться с дальнейшими допросами и сэкономить время.

Но император был долготерпелив. Он беседовал с советниками сквозь зубы и даже почти не угрожал, лишь изредка произносил многозначительные фразы о том, что в иной мир нужно переходить с совестью, облегченной чистосердечными признаниями.

Только старейший советник Енарст удостоился более мягкого обращения. Мукант знал, что тот не стал противодействовать плану короля Ранига и даже быстро одобрил этот план.

– Ну что, советник, похоже, ты ни при чем, – говорил император длиннобородому старцу, почтительно стоящему у белоснежной кровати. – Но не могу понять, почему ты решил поддержать Иланию, а не моего брата.

– С позволения твоего величества, принц Цурент не производит впечатление человека, способного на сильные поступки, – отвечал советник с легким поклоном, отчего полы фиолетовой мантии касались пола.

– А Илания что, производит? – недоверчиво спросил император. – Нерман мне рассказывал, что она отказалась способствовать наступлению наших войск. И вообще несла какуюто чушь.

– Она слишком молода и неопытна, твое величество. Но рано или поздно научится. А вот его высочество Цурент уже и так научился всему, чему только можно. Но на пользу ему это не пошло.

– А ты все так же прямолинеен, – хмыкнул Мукант, пытаясь оторвать голову от белых подушек. – Скажи тогда уж, что думаешь о назначении Нермана командующим.

Старик едва заметно пожал плечами. На его лице мелькнула тревога, которую он попытался скрыть.

– Нерман свое дело знает, – ответил советник после небольшой паузы. – Если кто может принести победу в кратчайшие сроки – так это он. Но…

– Что «но»? – хмуро поинтересовался Мукант. – Договаривай!

– Но к переговорам с Уларатом о мире я бы его не стал подпускать, – вздохнул Енарст. – Мне кажется, что он договорится не о том, что нужно нам, а о том, что выгодно ему. Конечно, мы получим шахты, но я опасаюсь, что в договор закрадется несколько… весьма странных пунктов. Не могу сказать, каких именно, но почти уверен, что они там будут.

Мукант испытующе посмотрел на собеседника, прищурив запавшие глаза.

– Может быть, может быть, – наконец сказал он. – Но что мы можем сделать? Побеждает один, а договаривается другой? Хотя… почему бы нет? Вот что, советник, собирайся. Отправишься вслед за армией. А то на Шенкера у меня нет надежды. Нерман в тонких политических вопросах обведет его вокруг пальца, как младенца.

Олеан возвышался над воротами городка и пристально разглядывал осаждающих. Те не торопились нападать, и уларатский командующий их понимал: силы противника неизвестны, рисковать глупо. Олеан так вдохновился зрелищем «нерешительности» противника, что приказал принести большую зеленую ветвь дерева и собственноручно помахал ею, призывая фегридцев к переговорам.

Сначала великому ишибу показалось, что противник откажется. Ряды пыльных врагов шелохнулись, но остались сомкнутыми. Даже Аррал не торопился выходить вперед. Но потом чтото произошло. Волна прокатилась по строю великих ишибов. Несколько человек, стоявших в первых рядах, отошли в стороны, и взору пораженного Олеана предстало удивительное зрелище. Через строй великих ишибов двигался человек в черном камзоле, сверкая полностью обнаженной правой рукой. У камзола не было рукава.

Михаил, а это был он, выглядел раздосадованным. Ему нелегко пришлось в предыдущем бою с пятью великими ишибами. Когда те поняли, что не могут справиться быстро с таким противником, то подошли поближе, удвоили усилия и… неожиданно для всех схватка выдающихся абовпереросла в банальную потасовку, более свойственную трактирной драке. Король даже умудрился комуто врезать по уху, проломив защиту ти,но сам тоже пострадал – его лишили рукава. И сейчас, перед началом переговоров с Олеаном, Михаил, спрятавшись за задними рядами, решал жизненно важный вопрос: предстать перед противником в одном рукаве или оторвать и второй для симметрии? В одном рукаве король выглядел как недобиток, босяк, получивший свое в уличной потасовке, а вот без двух уже мог претендовать на роль законодателя моды. В конце концов Михаил решил, что его авторитет достаточно силен, чтобы выступить законодателем моды и с одним рукавом, поэтому сейчас важно шествовал к воротам с видом пловца в плавках и ластах, попавшего на строгий элитный прием и невинно спрашивающего у окружающих, когда же начнется маскарад.

– Твое величество! – Олеан закричал еще до того, как король приблизился к стене. – Что случилось?! Что случилось с одеждой твоего величества?!

Михаил уловил издевательские нотки, но все же ответил:

– Этот сезон выдался жарким. Старая одежда выходит из моды… Но это еще ничего! Вместе с одеждой из моды выходят некоторые великие ишибы. Кстати, я слышал, что скоро короткие халаты для ишибов войдут в обиход.

– Нет! – раздался за спиной приглушенный возглас Аррала, который знал, что король слов на ветер не бросает. – Только не это!

– Твое величество разбирается во всем. – Олеан не стал развивать скользкую тему моды. Он оперся на белый зубец и краснозолотистым пятном неподвижно возвышался над воротами, словно памятник самому себе. – Но вернемся к переговорам. Я понимаю, что войска Фегрида одержали победу. Думаю, пришло время рассмотреть ваши условия. И даже готов сам коечто предложить.

– Я сам предложу, – в тон ему откликнулся Михаил, подходя совсем близко. – Как господин великий ишиб относится к дуэлям между ишибами? Полагаю, что это сразу же разрешит все противоречия.

– Хаха! – рассмеялся Олеан. – Я слишком стар для того, чтобы бегать как заяц и уворачиваться от молний. Благодарю покорно, но нет!

– Жаль, – демонстративно вздохнул король. – Господин великий ишиб понимает, что фегридские войска вотвот будут здесь? И тогда стены этого городка никого не спасут.