Самозванец. Тетралогия (СИ) - Аксенов Даниил Павлович - Страница 219

– Ладноладно, ступай.

Логика Ксарра напомнила Михаилу принципы его мира, исповедуемые некоторыми личностями. Например: «Если пропустить рабочий день, то прибыль не будет получена. А неполученная прибыль равна убыткам».

Вообще же король собирался реформировать еще и систему управления провинциями. В Раниге издавна всем заправлял комендант, находящийся в главном городе провинции. Нужно было немного разделить обязанности, введя пост губернатора. Губернатор занимается гражданскими делами, а комендант – военными. Двойная система власти могла упрочить положение короны. Заговор из двух человек, обладающих властью, составить труднее, чем заговор из одного коменданта.

В дверь постучали. С помощью щупа легко узнавать, кто находится за дверью или стеной. Хотя, конечно, очень толстые стены или, например, скалы резко сокращают расстояние «видения».

– Входи, Тунрат.

Лысый ишиб королевской охраны в последнее время стал фактически исполнять обязанности королевского секретаря. Удивительное дело, но прежде у Михаила не было постоянного человека на этой должности. Сначала секретарем трудился Торк, а потом дежурные ишибы сменяли друг друга на этом посту.

– Твое величество. – Тунрат не стал заходить, а по своей привычке просунул голову в дверь. – Генерал Комен говорит, что все готово. Можно приступать.

– Отлично.

Король легко встал с кресла и направился в сторону тронного зала. Сейчас он как заправский артист покажется перед публикой. Только кланяться, естественно, не придется. Ему будут кланяться. Этим театр и отличается от королевского двора: исполнитель главной роли красуется на сцене, а публика бьет поклоны. Возможно, более существенных отличий и нет.

Глава 7

Церемония

У нас щедрый король. Мы ему платим, а он все разбазаривает.

Слова кмантского купца за пять минут до ареста

Тронный зал короля Ранига был не очень велик. Это – одна из причин, почему Михаил решил перестраивать дворец. Королевству, увеличивающемуся в размерах, необходима большая роскошь.

Все желающие в зале не поместились, а на открытом воздухе король отказался проводить мероприятие. Ему требовалась торжественность. Поэтому круг допущенных на церемонию пришлось ограничить высокородными дворянами, некоторыми из ишибов, частью офицеров и послами соседних стран.

Сержант Верон Снарт, дальний родственник Инкит, бывшей любовницы короля, скромно стоял почти у самой стены. Его звание способствовало незаметному поведению. В тронном зале находился цвет офицерства. Он был однимединственным сержантом. И это не осталось незамеченным.

Неподалеку от Верона обосновались две красивые дамочки, лидеры местного женского общества. Тагга Шартера Зетен, сестра советника Миэльса, и далла Улара Ортак. Они терпеть не могли друг друга, что совсем не мешало им мило болтать и при случае обмениваться сплетнями.

– А это что за симпатичный юноша? – Тагга показала на Верона. – Я ошибаюсь или он в низком звании?

– Сержант, – фыркнула Улара. – Это чтото типа десятника. Интересно, как десятник здесь оказался?

– Да, ты разбираешься в званиях. – Шартена не упустила случая уколоть собеседницу. – Этот твой капитан, который тебя бросил, был очень даже ничего.

– Он меня не бросал, – с улыбкой ответила Улара. – Просто понял, что ничего не добьется, и прекратил ухаживания.

– Ну да. Заблудился на пути в твою спальню и попал к другой. Несколько ночей подряд. Вот и разочаровался, – заметила Шартена. – Так любой разочаруется.

– Ты бы меньше платила моим служанкам. А то скоро они станут богаче тебя, получая два оклада, – не осталась в долгу далла. – А твое финансовое положение всем известно.

– А что означает этот рисунок на плаще сержанта? – перевела тагга разговор. – Лошадь, зачеркнутая какойто палкой.

– Видимо, знак полка или батальона. Так теперь называются армейские подразделения.

– Я знаю. А этот сержант совсем юноша. Как его сюда пустили? Даже для моего дяди не нашлось места.

– Твой дядя сглупил, – сказала далла. – Попал под подозрение к Комену. Хорошо, что еще жив остался. Его величество не любит двойной игры. Ох как не любит. Взгляни, как этот сержант на тебя смотрит.

– Скорее на тебя.

– На тебя, Шартера, на тебя.

– Пусть смотрит. Мы же смотрим на него.

– Да. Шансов у него нет. Какойто десятник.

– Вот именно. – Тагга продолжала разглядывать сержанта как диковинку. – Подумать только. Мой дядя – такой знатный дворянин, а вместо него пустили простого солдата.

– Шартера, кажется, он собирается подойти к нам. Точно! Идет.

– Дурачок.

Верон Снарт, увидев, что две красивые женщины смотрят на него и при этом улыбаются, недолго раздумывал. У него не было никакого опыта в общении со знатными дворянками, но в том кругу, где он вращался, подобное поведение говорило об одном – с ним хотят познакомиться. И, как истинный мужчина, сделал первый шаг к знакомству.

– Приветствую вас, леди, – поклонился сержант, подойдя поближе. – Здесь сегодня многолюдно, не правда ли?

Тагга окинула его презрительным взглядом. Далла с интересом наблюдала за собеседницей, демонстративно отвернувшись от солдата.

– Многолюдно, – сквозь зубы процедила Шартера. – От солдат низкого звания не протолкнуться.

Сержант был очень огорчен и разочарован таким приемом. Ему показалось, что он понравился этой женщине. Постаравшись не выдать своих чувств, коротко поклонился и отошел. Верон чувствовал себя обманутым: он ведь ничего не сделал плохого, а намеки были вполне ясны. Для него причины такого грубого ответа остались загадкой. Однако долго расстраиваться не пришлось. Двери распахнулись, и дворецкий возвестил:

– Его величество король Нерман, его величество король Меррет и ее высочество принцесса Анелия!

Меррет и Анелия присоединились к Михаилу непосредственно перед выходом в зал. Принцесса все еще была недовольна, но это проявлялось только наедине. На публике Анелия чинно шла рядом, чуть позади своего жениха. Ее брат двигался вровень с Нерманом.

В зале для приемов были установлены два дополнительных трона. Если трон для Меррета еще както мог быть объясним, то трон для принцессы был чемто немыслимым. Она, не являясь официально женой короля, должна была стоять. Но Михаил специально пошел на нарушение этикета, собираясь показать всем серьезность своих намерений и прочность союза.

Сержант на время забыл об огорчении и наблюдал за своим королем и принцессой. Как он восхищался Анелией! Если бы сейчас возникла такая же опасная для нее ситуация, как тогда, на поле боя, Верон не задумываясь пришел бы на помощь. Чего бы это ему ни стоило. Он видел, как король занял место на троне, и слышал короткую благодарственную речь, обращенную к военным и ишибам. Затем вперед вышел знаменитый полковник Танер. Он держал в руках свиток.

«Сейчас начнется, – подумал Верон. – Будут награждать. Наверняка с генералов или даже с ишибов. Вон стоят генералы Ферен и Каретт, а рядом с королем – Верховный ишиб».

Но, к удивлению сержанта, Танер выкрикнул имя какогото лейтенанта Тшаля. Это всколыхнуло публику. Было принято считать, что первые награды – самые почетные. Пожалуй, Верон был единственным, кто никогда не слышал о Тшале, хотя о вспыльчивом темпераменте этого офицера ходили легенды. Некоторые присутствующие в зале мужчины уже скрещивали с ним мечи на дуэлях.

– За выдающиеся военные заслуги и проявленную инициативу, нанесшую врагу огромный урон, – продолжал зачитывать Танер. – Лейтенанту Тшалю присваивается звание капитана и вручается орден «За фамильную честь» второй степени.

Это была потрясающая награда. Высший орден королевства, дарующий массу привилегий, включая наследственное дворянство. Впрочем, Тшаль и так был дворянином. Вторая степень отображала статус военного и вручалась лишь офицерам. Обычные солдаты могли теоретически получить третью степень, а генералы всегда получали первую.