Самозванец. Тетралогия (СИ) - Аксенов Даниил Павлович - Страница 130

Теоретически у офицера имелся крохотный шанс. Ему нужно было просто развить большую скорость, пробежать мимо охраны, пока она не успела опомниться, не встретить на своем пути патруля, както оторваться от погони, покинуть Парм – и все, он свободен как птица. Но практически шанса не было вообще. Дело в том, что его величество предусмотрительно оставил за дверями двух своих ишибов, с которыми посещал Парета. Вот они совместными усилиями и остановили беглеца.

Под руководством Антека с пытавшихся бежать сняли доспех Террота. Это были лейтенант Збентер и капитан Портек. Если лейтенант занимал должность командира роты в полевых войсках Ферена, то капитан был командиром батальона, входящего в состав гвардейского полка. Функцией этого полка была защита дворца и столицы.

Под охраной офицеры были выведены из тронного зала.

– Господа! Это прискорбное происшествие не помешает нашим планам. – Комену определенно нравилось ораторствовать. – Прошу всех занять прежние места! Сейчас мы приступим к ответам на вопрос.

Присутствующие, будучи под впечатлением происшедшего, быстро восстановили нарушенные было шеренги. Как главный полицейский и обещал, это не заняло много времени. Буквально через десять минут результат был уже ясен. Неправды не сказал никто. Шестеро ответили «да» и, как положено, сделали шаг вперед.

Комен не стал затягивать с допросами. Он даже предлагал его величеству присутствовать, но король уклонился. Вопервых, Михаил полностью доверял Комену, а вовторых, у него была масса других дел. Например, он только что сообразил, что генералу Ферену угрожает нешуточная опасность.

Раньше дар видения правды использовался от случая к случаю. Теперь же настало время серьезных решений: применение дара впервые было поставлено на систематическую основу. Более того, Ронел являлся единственным, от кого понастоящему зависели публичные опросы офицеров. Ведь только он мог определить, где правда и где ложь, по одному лишь слову!

Король точно знал, что у страны и у него лично существуют могущественные враги. Офицеры Ранига для них были отличной целью. Подкуп, шантаж, угрозы – все что угодно могло быть пущено в ход. Теперь же выяснилось, что это невозможно! Подобный опрос легко гарантирует верность своему королю. Какой же у врагов выход? Очень простой – убить генерала Ферена.

Михаил учился на своих ошибках. Он не хотел быть поставленным перед фактом очередного покушения. Теперь старался думать о том, что может предпринять противник в будущем. Потеря верного и полезного Ронела нанесла бы сокрушительный удар по королевским планам.

Сразу после офицерского собрания его величество отправился в подвал к своей чудесной «машине».

Уже поздним вечером король, Комен и Ферен собрались вновь.

– Ну что, какие у нас новости? – поинтересовался Михаил. – Плохие, как обычно, или необычно плохие?

– Лейтенант Збентер и капитан Портек куплены известным им лицом с целью поддержать переворот после смерти твоего величества. Остальные шестеро почти не виновны, – доложил главный полицейский.

– А нам это «лицо» тоже известно?

– Да. Это – некий Неррант Круен, торговец. Он продает воск для свечей, а также светящиеся амулеты. Прибыл в Парм месяц назад с крупной партией товара. Дворецкий Пеннер купил у него несколько светильников. Йонер осматривал их в моем присутствии – ничего подозрительного не обнаружил.

– Месяц назад, значит… И откуда он прибыл?

– Из Томола.

– Вот как, – протянул Михаил. – Ну что же, я ожидал чегото подобного.

– Но он мог туда просто заглянуть по пути. Это может быть совпадением, – вставил Ферен.

– Нет, уру, нет, это не совпадение. Если подумать, то за покушением стояли либо Кмант, либо Томол, либо и тот и другой.

– А как же Фегрид? – Ронел был озадачен.

– Это не может быть Фегрид, – объяснил король. – У империи в руках Миэльс. Им совсем не нужно плодить дополнительных королей Ранига. Они и так обладают максимальным влиянием на Миэльса. В обмен на возвращение трона он еще долго будет плясать под их дудку.

– Я распорядился немедленно найти и арестовать торговца, – добавил Комен. – Но его дом сейчас подозрительно пуст. Пришлось оставить там несколько человек.

– Это верно. Но если он уже узнал об аресте офицеров, то, думаю, успел сбежать. Что он хоть им пообещал?

– Пять тысяч золотых каждому плюс звания тысячников в армии нового короля. Сразу после твоей смерти они должны были…

– Подожди, Комен. Расскажешь об этом подробно потом. В общих чертах я и так знаю, что они должны были сделать. А вот как там насчет тех шестерых, сказавших «да»? Что ты имел в виду, когда сообщил, что они почти не виновны?

– Четверо получали косвенные предложения, резко отказались от них, но не доложили об этом. Двое случайно подслушали разговоры и тоже не доложили об этом.

– Косвенные предложения? – переспросил Ферен. – Например, какие?

– Ронел, – улыбнулся Комен. – Мы все знаем, что ты никогда в своей жизни не получал косвенных предложений. Я бы очень хотел посмотреть на того храброго безумца, который бы их тебе сделал. Обычно – это намеки. В сослагательном наклонении. «Вот если бы ты…», или «Если бы я…», или еще лучше: «Если бы вдруг у Ранига оказался другой король…»

– Кто им делал эти предложения? – поинтересовался Михаил.

– Да все тот же Неррант Круен, парочка пока что неизвестных лиц и Наргел Мист, секретарь уважаемого посла Кманта.

– Секретаря ты тоже арестуешь?

– Нет, твое величество. Там запутанная ситуация. Оба были пьяны, играли в кости, говорили о всякой ерунде. Прямых предложений со стороны Наргела не было, даже косвенные под вопросом. Не думаю, что посол будет доволен, если мы арестуем его секретаря, не имея существенных доказательств.

– Хорошо, Комен, но торговца ты должен допросить сразу же после ареста.

– Да, твое величество.

– Этих шестерых на первый раз наказывать не станем. Постарайся им объяснить, что в таких случаях нужно немедленно ставить тебя в известность. А капитана и лейтенанта… отдадим под военный суд. Мне не хочется в этом участвовать, поэтому ты действуй по уставу, который мы с тобой обсудили, но еще не закончили дописывать. Постоянных военных судов у нас нет, поэтому сформируй две тройки судей из непосредственного начальника каждого и двух равных ему офицеров. Как решат, так и будет.

Комен поклонился.

– Теперь моя очередь рассказывать… – Король помедлил. – У меня есть новости для вас обоих.

Комен и Ферен насторожились. Тон его величества был очень серьезен.

– С этого дня вы не будете пользоваться амулетами Террота.

Собеседники с удивлением воззрились на своего короля.

– Не беспокойтесь, я их не заберу. То есть заберу, конечно, но дам взамен коечто другое, и это будет выглядеть точьвточь как амулет Террота. Но защита… защита станет гораздо лучше. Не задавайте никаких вопросов и даже старайтесь не думать о замене. Это приказ.

Михаил решил внести изменения в амулет великого ишиба и снабдить им своих друзей. К счастью, эти изменения были невелики. По его задумке, тиКомена и Ферена должно казаться идентичным тиносителей амулета Террота. Но новая защита не шла ни в какое сравнение с ним. У генералов не было аба, поэтому они не могли пользоваться всеми возможностями, которые предоставляет амулет великого ишиба. Зато, по крайней мере, король был бы более спокоен за их безопасность. Так в мире Горр появились четыре амулета великого ишиба вместо двух.

Идеи, высказанные Паретом, оказались очень полезными. Его величество находился в шаге от того, чтобы начать изготовление гранат. Перед ним стоял лишь один вопрос: где их испытывать?

В подвале? Исключено: может рухнуть дворец. Ночью на дворцовой площади? Этак весь Парм разбудишь. За городом в лесу? Михаилу не хотелось каждый раз бегать в лес и обратно, но другого выхода не было.

Пока что король наполнял заготовки энергией из собственного амулета. Хотя тот «питался» от разницы температур, всетаки его энергетический потенциал обладал некоторыми ограничениями. Помимо похолодания пространства вокруг изменяющегося тикороля, у амулета был другой побочный эффект. Если поступало слишком много энергии, то часть ее не «усваивалась» абом, а приводила к его изменениям, которые блокировали способность к управлению ти. С чем это было связано, он не знал: излишки энергии не получалось быстро «сбрасывать». Поэтому массивные и энергоемкие процессы были недоступны ему. Например, он не мог воздействовать огнем на большие площади, хотя теоретически недостатка в энергии для этого не испытывал. Ему очень хотелось избавиться от такого ограничения, но это могло бы потребовать месяцев исследований, а то и лет. Если речь шла об изготовлении обычных гранат, создании единичных молний, небольших стен огня, все было в порядке. Однако Михаил допускал, что рано или поздно возникнет ситуация, когда ему нужно будет либо быстро наполнять действительно огромный резервуар, либо делать чтонибудь другое, более масштабное, чем обычно.