Серая эльфийка. Трилогия (СИ) - Кучеренко Владимир Александрович - Страница 257

Многим известно, что окончание "вур" в именах низкоросликов означает принадлежность к категории разведчиков. Однако ничего общего Яшмавур с профессией следопыта не имеет, потому что разведчиками гномы называют тех, кто занимается поиском месторождений ценных горных пород. Естественно, это немного тревожило. Но когда дорогу стал контролировать и выбравшийся наружу светлый эльф, я расслабился.

Однако сон не шел.

"Война", "человек", "спасение", "смерть", "богиня", "мир", "дракон", "сталь", "эльфийка", "серая", "сражение", "много", — двенадцать слов, из которых Остраду никак не удавалось сложить предсказание, и мне не дают покоя. Так хочется соединить их в рифму, и к моменту нашей следующей встречи порадовать старика! Ну и, конечно же доказать ему, а прежде всего себе самому, что учитель не ошибся во мне.

Не знаю, сколько я безуспешно ломал голову, перед тем, как провалиться в глубокий сон. Помню только, что последние мысли были связаны с завистью и грустью. Завидовал странствующим поэтам и музыкантам, способным так легко и складно составлять стихи. Порою кажется, будто менестрели и говорят, словно куплеты из песен произносят. А грустил я от осознания собственной бездарности в этом плане!

Переход от бодрствующего состояния к дремлющему ощутил я на удивление ясно. Более того, возникла абсолютная уверенность в том, что текущие грезы — не сумбурные обрывки волнующих меня в последнее время образов, воспоминаний, идей, отголосков минувших или возможных последствий предстоящих событий. Откуда-то я знал — это пророческое откровение высшего разума, смысл которого мне нужно непременно правильно понять и обязательно донести до других!

Сначала заговорила ночь. На фоне черного купола, покрывающего мир, вдруг заблестело несчетное количество белых точек. Хаотичное облако ярких небесных мотыльков постепенно разлетелось на четыре части и постепенно упорядочилось в хороводы. За кружащимся великолепием я наблюдал напряженно, боясь упустить малейшую деталь. Наконец движение замедлилось и совсем остановилось, а перед глазами возникли четыре яркие фигуры.

Несмотря на то, что прежний мой воспитатель оказался не ахти каким чародеем и астрономом, я добросовестно постигал все азы тайн, к которым учитель позволял прикасаться. И это сейчас здорово пригодилось — я безошибочно определил названия созвездий! Это — любовь, душа, месть и счастье.

Следующее видение предстало, как бы в виде живой картины. Эдакое объемное, но застывшее изображение публичной казни.

Площадь выглядела чужой и знакомой одновременно. Из-за того, что все лица, одежды и постройки художник нарисовал как-то небрежно, размыто, невозможно было однозначно определить, в каком из королевств происходило действо: человеческом, эльфийском или гномьем. Единственными четкими деталями, бросающиеся в глаза и не заволоченные туманом, были палач, его топор и свод законов, лежащий подле судьи.

— Палач, топор и закон, — как только я промолвил эти слова, серый туман тут же сгустился и вырвался из картины.

Невольно зажмурившись, я услышал страшный шепот:

— Смирение и скорбь! Смирение и скорбь! Смирение и скорбь!

"Кто-то на всякий случай троекратно повторил это мне, чтобы я не забыл" — рассудил я. Затем вспомнил, что нахожусь во сне и храбро распахнул очи.

Туман развеялся, представив новый холст, главным действующим персонажем которого было солнце, восходящее над руинами.

"Солнце и разрушение?" — предположил я.

"А еще возмездие… возмездие… возмездие…" — эхом захохотал в ушах тот же незнакомый голос, и я проснулся.

Первым делом проговорил в уме слова знамения. Потом пересчитал их и ахнул — двенадцать! Столько же и у великого Острада! Означает ли это, что теперь и у меня появилось собственное предсказание?!

Мимолетная радость сменилась пониманием тяжелого груза ответственности. А что если не получится выразить поэтически, или если неправильно истолкую, или если не поверят, отнесутся к моему прорицанию несерьезно?

"Тогда, в лучшем случае — вечный позор, в худшем — смерть", — ответил я сам себе. Хотя, вопрос спорный, что здесь хуже.

Итак: "любовь", "душа", "мечта", "счастье", "закон", "топор", "палач", "скорбь", "смирение", "возмездие", "разрушение", "солнце". Да, есть над чем подумать.

Я закрыл глаза, и еще раз, внимательно пролистывая в памяти каждый кусочек видения, попытался соединить все воедино.

Допустим, первые четыре слова-созвездия означают известное выражение: "Любовь душа в душу — о большем счастье и мечтать не стоит!". И, пока неважно конкретно у кого, но так случилось.

Потом, к сожалению, произошло преступление через какой-то закон. Суд вынес приговор. И, следом за топором палача, явилась скорбь.

Затем, как мне кажется, осиротевшая половинка пары не смирилась с несправедливой судьбой. Это и показывает последняя картина — разбушевавшееся возмездие!

В иной ситуации восход можно было бы истолковать как грустное, но благополучное завершение истории: праведная месть состоялась, а начало нового дня, как бы символизирует начало нового солнечного этапа в жизни.

Все это хорошо и было бы так, если бы светило в видении появилось утром в небе и испускало ласковые лучи, а не возникло посреди ночи в земной тверди, источая разрушающую отрицательную магию. Страшно, зато вроде связанно получилось. Для надежности, конечно, выразить бы свои мысли стихами. Но с этим, увы, пока проблемы.

Сергей

Альфа и Кобра мчатся впереди всех. На них быстрая разведка и выбор оптимального пути.

В двух шагах позади Крайтис. Архимаг также высматривает ловушки, но уже колдовского характера. Плюс, ежели что, обрушит на врага огонь тяжелой магической артиллерии.

Далее по цепочке бежим Реанимация, я и Наставница. В обязанности Шейры входит обеспечение лекарской поддержки, если вдруг все же угодим в западню. Я — выполняю обещание, данное Ерцзелине — приглядываю за ее столетней малышкой. Наставница — опекает меня.

В затылок нам дышат, скачущие плечом к плечу, Светка и Цветаниэль. Близняшки под зорким оком нашей недавней спасительницы Левши.

Тылы прикрывают Погода и меткая Снайперша. Одна, в случае чего, даст дистанционный отпор боевым волшебством, а другая… я обернулся, эх, а другая — тяжело переживает гибель Катюши. Две наших эльфийки-лучницы, оказывается, успели сильно сблизиться. Бедняжка Квиламлиаэрэси, на память о подруге, взяла себе ее диковинное оружие. Метать по нескольку оперенных снарядов одновременно пока не научилась, но, зная усердие дроу, уверен, что это — всего лишь вопрос времени. Ну, будем надеяться, что в критической ситуации, печаль не помешает нашей Кви ошеломить, подкравшегося сзади неприятеля, залпом точных выстрелов.

Все-таки эльфы — удивительно выносливые создания. Какое еще существо выдержит несколько часов галопа по пересеченной местности и даже не запыхается? Более того, несмотря на бешеный темп, и темные, и светлые остроухие бесшумно двигаются и практически не оставляют следов!

У меня в Теонином теле даже думать на ходу получается легко и спокойно; будто и не бегу, стремительно рассекая воздух, не уклоняюсь от хлестких веток, не выплевываю нерасторопных насекомых, влетевших в рот; а, допустим, сижу весь укутанный в теплый плед, размеренно покачиваясь в кресле-качалке, при этом неторопливо попиваю теплый сладкий чай, направив расслабленный ленивый взор на красные языки пламени, жадно лижущие сухие березовые дрова в топке древнего камина.

А поломать голову во время четырехчасового марш-броска, нашлось над чем. Вопросов без ответов и до сегодняшнего дня было накоплено немало, теперь же соотношение ясного к непонятному и вовсе приблизилось к нулю. Самое странное, что почти все мои попытки разобраться в происходящем, лишь усугубили ситуацию — количество загадок возросло настолько, что стало в разы превышать число отгадок. И чем больше и глубже я анализировал минувшие события, тем запутаннее казалась сложившаяся ситуация.