Серая эльфийка. Трилогия (СИ) - Кучеренко Владимир Александрович - Страница 127

Барат выругался погрузински и спустился к автомобилю.

– А гдэ те уроды? – крикнул он оттуда.

– Не знаю. Когда прибежал, их уже не было. Наверное, убежали.

– Галышом? Тут их адэжда, даже трусы, тьфу, гадасть.

– Куда убежали, Сергей? Кругом же поле, – тоже засомневался я.

– Значит, зарылись в снег и боятся вылезти.

– Правильно баитэсь! – крикнул в темноту Барат. – Эсли Серый вас не задавит, как щенят, то я сам очень больно зарэжу! Мамой клянусь! Замерзнуть заживо – лучшая участь для вас!

Что, неужели и вправду эти дураки закопались? Боятся возмездия? Чтото тут не так.

Тоже подбежал к «Бентли» и заглянул в салон. На месте водителя и переднего пассажира действительно валялась куча одежды. Странно. Исчезли бесследно? Не совсем – под рулем лежит горка праха. Что за бред? Кто испепелил тело шофера? Мистика какаято. Размышления мои прервал Барат.

– Нащол путыльки! – продемонстрировал он пустые пластиковые полторашки изпод пива. – Сэчас бэнзин сальем. Памаги, брат.

Подняли капот, вырвали какойто шлангочек, сунули его в топливный бак и нацедили бензина.

Серый увидел, чем мы занимаемся, и обрадовался:

– Отлично! Можно не ждать! Выдвинемся навстречу Парамонову!

– Сэчас, брат, жди. Заправлю и подъеду, – похлопал Вотара по плечу грузин и потрусил к своей «ласточке».

– Я с ним – успокою Милу.

– Да, конечно, – кивнул Тарасов.

Сергей

Странно, такой мороз, а мне не холодно. Видно, нервы шалят изза переживаний. Чмокнул рассеченный лоб сестренки, уложил ее голову себе на колени и наклонился над Теоной.

– Бедные наши ножкидлинноножки, – приговаривал я, поглаживая перебитые конечности темной эльфийки. – Бедный наш позвоночничек, – осыпал поцелуями ее шею.

Показалось, что с каждым поглаживанием опухоль на лодыжках уменьшается. А нука, еще раз. Точно! Или выдаю желаемое за действительное?

Вдруг у Теоны задергались пальцы рук. Схватил ее запястья и четко ощутил биение пульса! Тут же положил ухо на грудь невесты. Сердце отбивает уверенный ритм. Не поднимая головы, покосился на Цветану и офигел: ранки на лице и рассечение над бровью затянулись, даже шрамов не осталось. Ну и эльфийки – вот это метаболизм!

– Эй, не успела глаза сомкнуть, а он уже лезет, – возмутилась и стряхнула меня кареглазая красавица.

– Это у него инстинкт такой – в женскую грудь тыкаться, сосунок ведь еще, – пояснила очаровательная голубоглазка (похоже, язык у нее тоже зажил).

– Теона! Цветана! Милые мои! Родные! Как я рад, девочки! Чуды вы мои ушастые! – сгреб я обеих в охапку.

– Котик, ты мне сейчас снова шею сломаешь, – прокряхтела одна.

– А меня задушишь, – простонала вторая.

– Так вам и надо, негодницы! Чтобы больше меня так не пугали! – ответил я, но хватку ослабил.

– Не поняла, зайчонок, ты с меня еще и сапоги с чулками стянул? Не мог дотерпеть до дома?

– Извращенец. Признавайся, хотел переспать со снежной бабой? Или понекрофильничать?

– Говорите, говорите, – светился я от счастья. – Язвите, шутите, – значит, с вами все в порядке.

Цветаниэль улыбнулась и уткнулась в плечо:

– Ой, что же мы накинулись? Спасибо, братик. Ты нас спас.

Теона тоже растянула в стороны губки, поднялась на цыпочки и шепнула в ушко:

– Спасибо, мой хороший. Я люблю тебя!

– Я вас тоже.

– Ой, Серый, а у тебя на виске две белые волосинки появились, – заметила прозорливая в это время суток дроу.

– Потому что беспокоился за вас. Еще б чутьчуть и весь поседел.

– Не волнуйся, все позади. Мы совершенно здоровы.

– Точно?

– Абсолютно, – подтвердила сестра. – Хочешь, пробежимся наперегонки к тем троим, что пытаются «с толкача» завести «жигули»?

– Не надо шокировать друзей – и так верю. И кстати: гномто привык к подобным фокусам, а перед людьми, как подъедут, хоть похромайте для проформы немного.

Теоларинэ

«Цветаниэль, подруга, благодарю за то, что исцелила. А то уж думала, придется на Пангею лететь в инвалидном кресле. Поделись секретом, как тебе удалось обойти запрет на использование магии жизни применительно к дроу?»

«Это не я», – ответила светлая.

«А кто?» – удивилась я.

Мы переглянулись и одновременно уставились на Серого…

Эфир

Игрок 1. Чудеса!

Игрок 2. Надо же, как быстро он прогрессирует – уже лечит такие сложные травмы и даже пополняет запасы магической энергии!

Наблюдающий. Кстати, опять сделал это неосознанно.

Сергей. Кто это говорит?

Базирог

Вновь заправленная «четверка» категорически отказывалась заводиться даже на «вкусном» девяносто восьмом бензине. Пришлось немного потолкать. Потом еще чутьчуть. И еще…

Когда до Серого и эльфиек осталась треть пути, тольяттинское «ведро на колесах» обрадовало нас урчанием двигателя. И вовремя. Так как мы, полностью вымотанные временной подменой «лошадиных сил», уже поминали «добрым словом» то место, откуда растут руки у вазовских сборщиков, орган, которым думают конструкторы этого завода, и адрес, по которому следует отправить их в ссылку (странно, но все три слова были синонимами). Короче, если бы машина не заработала еще через пару минут, клянусь, столкнул бы эту «кастрюлю с болтами» с обрыва вслед за ее синей иностранной коллегой. И от приговора «четверку» не спасло бы даже то, что останемся совсем без транспорта с тяжелораненной тетей Теоларинэ.

Каково же было мое изумление, когда нас, измыленных и злых, встретила радостная и свежая троица. Причем Цветаниэль уже не выглядела пришибленной, а дроу резво скакала, словно это не у нее полчаса назад обнаружили перебитые ноги и свернутую шею.

– Не зря говорят: у страха глаза велики. Оказывается, девушки отделались легким испугом, – предугадывая мой вопрос, улыбнулся Сергей.

– Надо же! – обрадовалась Мила.

– Слющий, павэзло! В такой авария спаслись и даже целые! – удивился Барат. – Тагда сыдытесь и паэхали быстрее атсюда.

– Да, – согласился Серый. – Ждать нам некого, «скорую помощь» я уже отменил.

– Ой, а как же мы все поместимся? – всплеснула руками Людочка.

– Ты с Баратом впереди, а мы сзади, – ответил я.

Восприняв это как команду, эльфийки принялись трамбоваться в авто и нечаянно толкнули меня в простреленный бок, и тут же напомнило о себе плечо, заныв тупой болью. Я стиснул зубы.

– Сереж, может, рано врачей отослал? – заметила мои бегающие желваки и заволновалась Милочка.

– Нука, дай взгляну, – подошел ко мне Вотар и осторожно провел ладонями над ранами. – Сильно болит?

– Уже нет! – ответил я и сделал глаза по пять рублей. Так как почувствовал идущие от его рук потоки живительной энергии. Поразительно похожие на те, которыми исцеляют светлые маги (было дело – лечили), только гораздо мощнее. Под одеждой не видно, но уверен, только что дырки от пуль исчезли без следа.

– Ой, точно, Базику же нужно помочь, – опомнилась Цветаниэль и начала выкарабкиваться из «четверки».

«Уже не надо», – подумал я, и Серый замер.

Неужели услышал мои мысли?! Зенки человека выпучились сильнее и превзошли бы размерами, наверное, даже пятидесятирублевые монеты (если бы такие существовали)!

– Базик, я прочел то, что промелькнуло у тебя в голове! – ошалело прошептал Тарасов.

Да ушей грузина и Милы это не долетело, а землячки насторожились.

Теперь на Вотара, требуя объяснений, вылупились еще две пары огромных эльфийских глаз.

«Дома потолкуем», – передал человек всем троим и полез в машину.

Сергей

Везение продолжалось. Поравнялись с брошенным «Ниссаном», пригляделись внимательней и обнаружили, что от столкновения у него только лопнул литой диск переднего колеса.

– Ни тяги, ни кулисы не повело, – вынырнул изпод поврежденного автомобиля и сделал техническое заключение гном. – Ничего серьезного. Сейчас запаску поставим и поедем с комфортом. Барат, не обижаешься?