Неучтенный. Дилогия (СИ) - Муравьев Константин Николаевич - Страница 154

— Ну, вы не молчите все время, общайтесь. Время то идет, мы не можем находиться тут бесконечно долго, — опять вклинился в разговор настойчивый и несколько нагловатый мужской голос, который они слышали чаще, чем разговор девушек.

Ариадна подумала про себя, — "Как это ее девочки с их характером терпят такого наглеца", — но так и не смогла ответить себе на этот вопрос.

А сама тем временем все никак не могла оторваться от изображения девушек. Переводила взгляд с одной на вторую.

И практически мгновенно этот же голос произнес вновь.

— Хотя нет, сейчас не время для разговоров. Рахута, быстро пойдем-ка со мной. А ты Леита пока введи своих родителей и родственников в курс дела.

И с того конца линии послышалось некое шебуршание.

— Но я не хочу, — возразила Рахута, — я хочу побыть здесь. Я начала вспоминать.

— Вот именно, — ответил ей голос, — что вспоминать. Откуда в тебе могут быть эти воспоминания, ведь только вчера их не было в твоей голове. Это нужно проверить. Надо понять, что с тобой происходит.

— Но можно не сейчас.

— Рахута, сейчас. Потом может быть поздно, от этого зависит твоя жизнь. Хватит спорить, пошли.

И столько власти и уверенности сейчас было в этом голосе, что девушка без пререканий поднялась из-за стола и ушла вслед за неизвестным, так и не появившемся в кадре.

Конуэл удивленно переглянувшись с женой, и немного успокоившись от увиденного и услышанного, стал расспрашивать оставшуюся на связи дочь о событиях с ней произошедших.

И начал он разговор с непонятной сцены, свидетелями которой они только что были.

— Ладно, нужно с чего-то начинать. Я так понимаю, что Рахута сейчас временно вне досягаемости. Но хотелось бы верить, что она в безопасности. Это правда? Мы можем положиться на этого мужчину? — спросил он Леиту.

— Папа, я на него полагаюсь уже больше месяца. А за последнее время в большей безопасности, чем с ним, я еще не была. Я ответила на твой вопрос?

— Вполне. Просто я переживаю за вас обеих и боюсь потерять вас вновь. И не только я. Мы все боимся. Ее родителям мы уже сообщили, чтобы они мчались сюда, и они обещали прибыть в течение часа.

— Все нормально. Я понимаю. Папа, мама, не переживайте, пока все хорошо. Мы с Рахутой в относительно надёжных руках, — постаралась успокоить их Леита.

Немного помолчав, Конуэл смущённо сказал.

— Впервые я не знаю с чего начать. Я просто переживаю и волнуюсь за вас.

И на этом он замолчал.

Но подумав несколько минут и постояв немного, он начал свой вопрос с давно минувших дел.

— Леита, доченька, расскажи, что же с тобой случилось? Где ты была все это время? Почему не подала о себе ни единой весточки? Этому были какие-то веские причины, как я понимаю. Но какие? Как рядом с тобой оказалась Рахута? Что это за мужской голос?

— Хорошо папа. Я расскажу все, что знаю и начну свой рассказ с того времени как пропал Лаэрт. Хотя, по сути, и рассказывать мне, в общем-то, нечего. После того как я подслушала ваш разговор, с дедом и дядей Лаэртом старшим, о том, что вы не можете организовать поисковый отряд в сектор, где нашли последний след моего брата и вашего сына Лаэрта Рекассо, я выкрала экспериментальный рейдер-истребитель, в испытаниях которого участвовала и отправилась в найденную вами систему. Я хотела раздобыть хоть какие-то сведения о нем, и предоставить их вам, как прямые доказательства того, что он был в том злосчастном секторе. Ведь сами вы не могли ничего этого сделать из-за своей политики.

На этих словах достаточно сильно и ярко выраженно проскользнули нотки обиды и грусти в словах девушки.

— Прости девочка моя. Но это действительно было невозможно, — с печалью в глазах и болью в голосе сказал Конуэл, — мы не могли отправиться в тот сектор самовольно без одобрения Императора, ведь это приводило к обострению отношений с правительством Содружества, а мы не могли себе этого позволить, особенно в самый разгар войны с архами.

— Я понимаю, — несколько сухо и отстраненно ответила девушка.

Ариадна же подумала о том, как сильно поменялась их девочка. Сейчас перед ней был рассудительный и взрослый аграф, а не тот нежный и трепетный цветок, которым она помнила ее.

Леита между тем продолжила свой рассказ.

— После того как я различными задворками добралась до искомой системы, я провела в ней три дня. Но так и не обнаружила никаких следов пребывания там Рекасо. Уже отчаявшись что-то найти, я собиралась покинуть ее, как мой радар засек какой-то неопознанный транспорт, летевший через систему в пустоту. Мне это показалось странным, и я, подключив систему маскировки, проследила за ним. Через день пути, неизвестное судно в одной из точек исчезло с радаров. Я подумала, что оно незаметно ушло в гипер, а я пропустила этот момент. Но подлетев к нужной области пространства, я провалилась в соседний сектор. Сектор, где давно уже царила тьма, а его светило потухло. Там я потеряла транспортник, который преследовала, но по остаточному следу смогла определить его направление следования и устремилась туда. На моем пути находилась одна из планет, которую мне следовало обогнуть, что я и сделала. Но когда я вылетела из-за ее кроны, мой истребитель напоролся на слепую атаку устроенную удирающими от преследователей бывшими обитателями системы. Атака повредила прыжковые двигатели корабля и разрушила маскирующее поле. В этот момент меня и заметили отступающие. Это были несколько истребителей Содружества. Обнаружив меня, внезапно появившуюся на их пути, они приняли мой корабль за вражеский истребитель и атаковали его. После этого был скоротечный бой. И я вышла из него победителем. Но чего стоила мне эта победа. Мой корабль был полностью разбит. Повреждены все ходовые и маршевые двигатели. Орудие функционировало только с одного борта. Жить мне оставалось ровно столько, сколько понадобится времени напавшим на систему добраться до места боестолкновения. Когда я смогла опознать корабли нападающих, а это оказались архи, надежда полностью покинула меня. Но они не тронули мой корабль. Архи еще несколько дней провели в системе, а потом ушли. Я же осталась там одна. Система жизнеобеспечения, как ни странно не пострадала и готова была продержаться еще чуть больше месяца. Я ждала почти весь этот срок, что кто-то прибудет в систему, что ее обитателей примутся искать. Но никаких спасателей не было. О системе и ее мертвых хозяевах забыли или вообще не знали о них. Не было и вас, — с грустью сказала девушка, — и поэтому за день до отключения системы жизнеобеспечения я воспользовалась своим последним шансом, остаться в живых, и погрузила себя в стазис-поле. На этом закончился первый этап моих приключений. Свою основную цель я так и не смогла выяснить, у меня не получилось найти никаких следов пропавшего брата. Зато сама я из-за этого выпала из жизни на долгие пятьдесят лет. Но я не жалею об этом. Единственное о чем я думала в последние свои дни, до того как уснула, это о вас, что не могу передать вам никакой информации о себе. Я даже записала инфокристалл, данные с которого залила в свой истребитель, в надежде, что когда-нибудь он попадет к вам. Сообщение было зашифровано нашим личным семейным кодом, и поэтому я верила, что вы сможете его прочитать попади оно к вам.

На несколько секунд Леита прервалась, чтобы перевести дыхание и продолжила.

— В стазисе я пробыла полвека. Что происходило в системе все это время, я не знаю, системы корабля были законсервированы и отключены, восстановить же прошедшие события мне не представляется возможным. А потом меня спасли, вернее спас. Странный, непонятный молодой мужчина, нашёл мой корабль и вывел меня из состояния стазиса. Простой "мусорщик", ни спасатели, ни члены поискового отряда, даже ни враги, а простой космический бродяга-старатель, который и в той системе видимо, оказался случайно, спас вашу дочь.

На этих словах девушка снова замолчала, видимо она не знала, что сказать еще в дополнение.

— Вот и вся история. Есть несколько моментов, о которых я не рассказала, но я должна спросить разрешения, о том, чтобы поведать вам о них, — закончила Леита свой рассказ.