Хочу остаться собой - Воронков Николай - Страница 6

Что бы такое еще попробовать? Если я смог притащить предметы с Земли, перетаскивать яблоки здесь, то логично было попробовать попрыгать самому на расстояние. Только как это будет правильно называться – телекинез себя или телепортация? Потом плюнул на терминологию и стал пробовать. Поглядеть, куда перемещаться, закрыть глаза и ясно представить себя там. Со второго раза получилось. Немного потренировавшись, отметил нюансы. Прыгать я могу только в пределах прямой видимости и только если очень ярко представляю это место. Ну и ладно.

Наглючив себе бутылочку хорошего сухого, шоколадку, устроил себе лучший вечер в своей жизни за не знаю сколько времени. Разомлев, вдруг подумал: если мне достаточно ясно представить и все получается, то зачем мне мучиться с изучением местного языка? Надо только ясно представить, что язык мне дается легко, и все. Захмелев, пьяно похихикал над такими методами обучения и с чувством глубокого удовлетворения отправился спать.

Следующая неделя пошла по уже привычному графику. Правда, были и приятные новости. То ли училки попались хорошие, то ли сработало мое пожелание, но скорость обучения языку резко возросла. Получалось легко и естественно. Мила и Глори сначала озадачились моими способностями, а потом просто увеличили объем заданий. Так что халявы не получилось, каждый вечер я снова чувствовал себя как выжатый лимон.

Примерно через месяц, когда я уже начал понимать язык на бытовом уровне, меня повели на прогулку. Конечной целью оказался комплекс зданий, чем-то неуловимо напоминающий студенческий городок. Да и обилие молодежи подталкивало к таким же выводам. Наконец, Лара привела меня в местный спортзал, где тренировались бою на мечах. Причем одни девчонки. Тренером тоже была женщина. Видимо, Лара предупредила о нашем приходе, потому что тренер сразу остановила бой и подошла к нам. Нас представили. Насколько я понял, мне предлагали немного подраться. Ну что ж. Выбрав себе пару мечей, я встал перед тренершей – Ритой. Бой начался очень осторожно. Я, впечатленный уже увиденным, она – еще не зная моих возможностей. Но мастер чувствовался сразу. Через минуту она приспособилась и плотно насела на меня. Пришлось вставить парочку грязных приемов и перескочить на другой стиль. Так и пошло – минута привыкания, бой в полную силу, затем мои грязные приемы и новый стиль. Когда стили пошли по второму кругу, Рита обрадовалась, но ненадолго. Я уже сам немного разобрался в ее способе боя и пошел в наступление. Смешав в дикую кучу все стили и грязные приемы, я ошеломил ее и, в конце концов, загнал в угол. Чувствуя, что сама она не сдастся, а победа с небольшим преимуществом, но все-таки за мной, сам прекратил бой, примиряюще опустив мечи. Она сначала не поверила, ожидая от меня очередной подляны, но затем с облегчением согласилась.

Отдуваясь и вытирая пот, подошли к Ларе. Та сияла, как начищенный чайник. Повода для радости я не понял. Ну помахались немного, чему тут радоваться? Лара с Ритой немного пошептались, и мы отправились в следующий зал. Здесь, похоже, учили кулачному бою. Опять девчонки, опять тренерша. Опять приветствия и предложение подраться. Но драться с женщиной не в моих правилах, поэтому я сразу поднял руки, показывая, что сдаюсь. Но уходить просто так не хотелось. Уже на выходе из зала я врезал от души по местному аналогу боксерской груши. Рука до половины погрузилась в снаряд, а с противоположной стороны вылетела струя песка. Оглянувшись на тренершу, я приглашающее помахал ей. Внимательно посмотрев на меня, затем на сыплющийся песок, она заулыбалась и тоже подняла руки, показывая, что сдается. Довольный собой, отправился за Ларой в следующий зал.

Здесь занимались рукопашным боем и борьбой. Драться почему-то пришлось не с тренером, а с ученицами. Все фигуристые, симпатичные. Разомлев, я чуть не поплатился за это. Сила и скорость у девчонок оказались выше моих. И первую схватку я чуть не проиграл. Пришлось использовать преимущественно мягкие, «женские» стили. В данной ситуации они подходили лучше всего. Девчонки слишком полагались на свою силу и скорость и, соответственно, ожидали жесткого сопротивления. Было очень приятно поддаваться им, а затем, немного подправив их движение, отправить в полет или прижать к полу. Что удивительно, никто не злился. Наоборот, болельщицы радовались моим победам больше, чем я. Такому отношению удивился, но переживать не стал. В хорошем настроении мы с Ларой отправились домой.

А на следующий день Лара сделала мне предложение поработать. Оказалось, что мы побывали на занятиях выпускного курса местной Академии Ларг. И они хотят использовать меня в качестве спарринг-партнера и временного тренера. Мне это польстило, хотя чему я мог их научить? Однако других планов на ближайшие месяцы не было, и я согласился. Целую неделю я просто сидел на их занятиях и пытался понять, чему же их учить. Подготовка у них была отличная, и при их повышенной силе и скорости реакции все они были отличными бойцами. Единственное, что показалось мне их слабым местом, было повышенное самомнение и излишняя приверженность классическим канонам. Поэтому в бое на мечах я стал учить их грязным приемам, которых, оказывается, знал великое множество. Плюс резкие изменения стиля. Плюс возможные способы отражения. Их тренер Рита все время была рядом со мной. Сначала я показывал прием Рите. Вся группа внимательно наблюдала. Затем парные бои с попыткой применить очередной трюк. За занятие мы успевали отработать хотя бы парочку. Затем час отдыха и шли заниматься рукопашным боем. Здесь за основу было взято айкидо. Занятия проходили очень весело. Вскоре я узнал и причину. Оказывается, их очень веселило, что слабый мужчина, прикидываясь еще более слабым, может их побеждать. А уж увидеть лицо подруги, не понимающей, как она вдруг оказалась в неудобном положении, – вообще подарок. Через неделю веселье поутихло и пошла обычная учеба.

Отношения складывались нормально. Единственно, на первых порах была неустроена бытовуха. Душ оказался только женский, и меня туда, естественно, не пускали. На заднем дворе сделали небольшую загородку до пояса и поставили бочку с водой и тазик. На улице было тепло, и я не возражал, даже приятно мыться на свежем воздухе. Правда, удивила любознательность местной женской половины. Уже в первый день невдалеке оказалась одна любопытная особа, и с каждым днем их становилась все больше. Стесняться мне было нечего, но наибольшее внимание почему-то было, когда я обливался водой. Пришлось рассказать об этом Ларе. На следующий день она пришла на мою помывку и смотрела вместе со всеми. Когда я вытерся и вышел, она стояла задумчивая и смотрела на меня странным взглядом.

– Ну и в чем причина любопытства?

– Когда ты обливаешься водой, ты похож на…

Я ничего не понял, а она объяснять не стала. Но на следующий день мне уже сделали полностью закрытую душевую кабинку. Вечером я покрутился раздетый перед зеркалом. Мужик как мужик, ничего особенного. Потом поднял руки и напрягся, как будто обливаюсь. Теперь вид стал интереснее. Мышцы мгновенно напряглись и проступили, как на картинке в медицинском атласе. Явно не культурист, хотя тоже симпатично. Так ничего и не поняв, выкинул это из головы.

Теперь график занятий изменился. До обеда занимались языком, а после обеда Лара отводила меня в Академию. Снова занятия, а вечером Лара забирала меня, и мы шли гулять. Явной слежки за мной не было, но один я оставался только в доме у Лары.

Гулять мне нравилось. Наконец я увидел живой мир Эрии, как его называли местные. В принципе, ничего сверхъестественного. Очень сильно напоминало фильмы о Средневековье, снятые где-нибудь в Прибалтике, в Риге. Только для местных это было их жизнью. Лара, как настоящая женщина и гид, рассказывала обо всем, что мы видели. Мне тоже все было интересно, так что прогулки проходили к взаимному удовольствию. Во время одной из прогулок она почти естественно взяла меня под руку, я, естественно, согнул свою. Я бы этого даже не заметил, но Лара вдруг притихла и почти час молчала, бросая на меня странные взгляды. Затем она привыкла, и во взгляде появилась даже некоторая гордость, особенно, когда встречались знакомые Лары, и мы раскланивались по местным правилам. Про себя я немножко посмеивался – как мало надо женщине для счастья, – но помалкивал.