Хочу остаться собой - Воронков Николай - Страница 38

– А никак, сучка ты крашеная! – грубо отрезал я вслух. – Ни хрена у тебя не болит, притворяешься больше. Понравилось сидеть у папочки на шее, все тебе на блюдечке, все тебе готовенькое, все тебя жалеют. Выдумываешь болячки, лишь бы не работать. Попробовала бы пожить как я, простой работяга! – уже с надрывом продолжил я.

На протяжении этой ахинеи глаза девчонки становились все более круглыми, а затем начали стекленеть. Шок. Если не прервать, может и заклинить.

– А ну дай сюда! – Я вырвал у девушки сумочку и несильным ударом столкнул ее из коляски на землю. Упав, она опрокинулась на спину. Стекло в глазах прошло, осталось только огромное недоумение – за что?

Но мне отвечать было некогда. Охранник уже несся к нам, на ходу что-то доставая из плечевой кобуры. Петляя, как заяц, я бросился к выходу из парка. Охранник хотел кинуться за мной, но тут девчонка очень кстати разрыдалась, и охранник сразу повернул обратно.

Отбежав пару кварталов, перевел дух. Зайдя в какой-то подъезд, решил проверить свою добычу. Как и думал – внутри косметичка, телефон с бриллиантами, несколько кредиток в книжечке, надушенный платочек, всякая другая мелочь. И куда это девать? Выбросить – сразу поймут, что ограбление разыграно. Взять на память? Так зачем мне лишние улики? А, просто испарю. У девчонки теперь все будет нормально. А мне теперь и в этом районе в ближайший месяц лучше не появляться. Жалко, парк отличный.

На следующий день в газете с огромным удовольствием прочел очередную заметку о беспределе, творящемся в городе. Автор с пафосом вопрошал: «Доколе?!» Дошло до того, что бандиты грабят беззащитных инвалидов, направляющихся на лечение в больницу. Потом шел краткий пересказ моей истории. А потом еще более коротко о том, что пострадавшая девушка после перенесенного шока неожиданно обрела подвижность. Врачи разводят руками и проводят тщательное обследование. Значит, у нее все в порядке. А в парк я пока ходить не буду.

Следующие пару недель я ездил только на работу и ни шагу в сторону. Но вокруг было тихо, милиция не появлялась, никто мной не интересовался, и я, успокоившись, снова начал походы по спортшколам.

Наконец мне повезло найти и настоящего мастера. Вычитав в газетах про очередной день открытых дверей, явился пораньше и устроился на трибунах. Я уже столько посетил подобных мероприятий, столько раз разочаровывался, что теперь даже не пытался запоминать ни названия стилей, ни фамилии мастеров. Однако в этот раз мне повезло. Сначала молодежь показывала вариации на темы ушу, потом вышли мужики посерьезнее, а в самом конце в центр зала вышел какой-то азиатский дедуля и стал делать мастер-класс. От первых же его движений у меня аж под ложечкой заныло от радости узнавания. Не знаю, как этот стиль называется правильно на Земле, но когда я его пробовал по памяти тела, дал название «липкие ручки». Внешне все просто. Бой идет на самой близкой дистанции. При этом руки противников как бы слипаются. Блокировка плавно перетекает в удар по уязвимым точкам и снова в блокировку. Внешне руки становятся похожи на переплетенных танцующих змей. При внешней простоте требуется очень хорошая координация, сильные руки, отличная реакция. А из-за близкой дистанции любая ошибка сразу превращается в поражение. Дедуля был настоящим мастером. Начал он с простейших движений, объясняя их смысл. Потом все сложнее, а закончил долгожданным показом бесконтактного боя. Результат я видел, а вот как он это делает, понять не успел.

После показа я, наплевав на условности, кинулся к дедуле. Пробиться удалось с трудом. Дедуля был весьма уважаемым человеком, и вокруг него стеной стояли ученики и желающие приобщиться к высокому искусству. Но мне было наплевать. Я столько ждал чего-то подобного, что без всякого стеснения стал толкаться, пихаться. Мужики там стояли тоже не пальцем деланные, и через несколько секунд уже шел полноценный махач. Но по-настоящему размяться нам не дали. Раздалась повелительная команда, и все замерли. Ко мне подошел дедуля и какой-то парень, оказавшийся переводчиком.

– Мастер Фан хочет знать, что вам угодно?

Старательно поклонившись, я начал:

– Меня зовут Линк. Я только что видел бесконтактный бой, продемонстрированный мастером Фаном, и очень хочу ему научиться.

– Мастер Фан говорит, что для этого требуются годы упорного труда. Какой у вас уровень?

– Про свой уровень я не знаю, я самоучка.

Сначала засмеялись окружающие меня русские, а когда перевели мои слова Фану, то и он.

– Мастер Фан говорит, что в этом стиле без мастера-наставника ничему серьезному научиться нельзя. Для начала вам необходимо найти мастера, позаниматься с ним. Когда вы достигнете хотя бы пятого уровня, тогда и приходите.

Фан уже повернулся и собрался уходить, но я набрался наглости и ляпнул:

– Я могу сдать экзамен прямо сейчас.

Все вокруг замерли. Фан виду не подал, но, похоже, разозлился. Он отдал короткую команду, и вокруг образовалось пустое место. Мы с Фаном вежливо поклонились, и экзамен начался. Фан, видимо боясь меня покалечить, осторожно начал с первого уровня. Затем плавно перешел на второй, третий… Я наслаждался каждым движением мастера. У меня никогда не было настоящего спарринг-партнера в этом стиле, и теперь я просто балдел. Потом пошли все более высокие уровни. После шестого Фан перестал улыбаться, а на восьмом почему-то остановился. Движения были синхронными, но после нескольких минут я перешел на девятый, а затем на десятый уровень. Синхронность движений сразу разладилась. Фан был великолепен, но движения так и остались на восьмом уровне. Обозначив несколько ударов, я вышел из боя и поклонился. Фан был поражен, если мягко сказать. Подозвал переводчика, что-то много и торопливо говорил. Ошалевший переводчик тоже затараторил:

– Мастер Фан просит вас назвать свое имя. Мастер Фан счастлив, что встретил такого великого мастера! Он преклоняется перед вашим искусством и просит позаниматься с ним, чтобы приобщиться к тайнам мастерства, которые он считал утраченными.

– Я тоже счастлив встретить такого мастера и повторяю свою просьбу обучить меня бесконтактному бою.

После взаимных расшаркиваний договорились на следующий день. Занятие прошло отлично. Фан ничего не скрывал и показал все тонкости. Когда я разобрался, все оказалось не так страшно. В моих терминах получалось нечто вроде разновидности заклинания динамичной воздушной стены, где переменными были не только форма, но и время воздействия. Очень помогла моя магическая подготовка. Уже через час я мог не просто оттолкнуть человека, но и заставить его двигаться как на веревочках. Когда Фан увидел танцующего манекена, которого использовали для тренировки борцов, глаза у него стали как у анимэшки. Потом я еще научился у него удаленному удару. Это когда бьешь в один край стены, а кирпичи ломаются с другого. В свою очередь я показал Фэну все, что знал из высших уровней. К вечеру мы оба были очень уставшие и очень счастливые.

После этого я решил больше не искать мастеров. Какой бы мой уровень ни был, но хотя бы в одном стиле я тоже могу считать себя мастером. Супербойцом я становиться не собирался, так что все внимание теперь можно будет направить на поиски настоящих магов.

Начать я решил с экстрасенсов. Вопрос с моими многочисленными умениями и возможными многочисленными душами так ведь и остался открытым. Поэтому и задавал всем только один вопрос: «Мне кажется, что у меня периодически начинается раздвоение личности и появляются неожиданные способности. Скажите, что со мной?» Я, конечно, не спец и не могу видеть ауру других, но даже я не сказал бы такой ахинеи, какую несли эти «маги». Все находили у меня повреждение/изменение/перерождение ауры. И что мне жизненно необходимо восстановить/лечить/чистить ее. И чем больше дыма было в комнате во время сеанса, тем больше сеансов и денег требовалось для лечения. Второй раз я к ним не ходил. Лишь одна попалась нормальная. После стандартного вопроса она обследовала меня очень тщательно, но ничего не нашла.