Наследник Ордена - Садов Сергей Александрович - Страница 106

– Ты помешал княгине выпить вино, значит, ты знал, что вино отравлено. Кто это сделал?

Хороший вопрос. Хорошо бы знать и ответ на него.

Глава 8

В комнате нас было пятеро: я, Ратобор, патриарх Серафим, Святослав и Изяслава. Святослав, впрочем, молчал, не решаясь вступать в разговор. Я стоял чуть в стороне от всех, а князь вне себя метался по комнате.

– То есть как это ты не знаешь?! Ты ведь знал, что в вине яд?

– Да не знал я! Только предполагал.

– Неужели ты все это устроил только из-за какого-то предположения?

– Которое, тем не менее, оказалось верным, – вставил Серафим.

Сам я пытался добиться определенности от Мастера, но тот, кроме того, что ему что-то показалось подозрительным, ничего больше добавить не мог. К сожалению, этот ответ князя не удовлетворил, и он требовал от меня большей ясности.

Сразу после покушения, он провел меня в эту комнату и пытался узнать имя отравителя.

– Ну не знаю я, поймите же! – в отчаянии повторял я.

– Хватит шуметь, дорогой, – неожиданно заговорила Изяслава. – Ты же напугал его. Что ты набросился на ребенка? Он-то в чем виноват? В том, что спас мне жизнь?

Эти слова на князя подействовали отрезвляюще, и он огромным усилием воли взял себя в руки. Подошел ко мне и положил руку на плечо.

– Извини. Я просто перенервничал. Сам видишь, что здесь творится. Но на этот раз Слав зашел слишком далеко. – Ратобор опять нервно заходил по комнате.

– Это вовсе не обязательно должен быть Слав, – возразил Серафим.

– А, перестань. Ты же сам его подозреваешь.

– Он у меня на первом месте в списке, но и кроме него там хватает людей.

– Мне нужен тот, кто подсыпал яд в вино!

– Все, хватит. – Изяслава поднялась с кресла. – Ты же видишь, что ребенок ничем помочь тебе не может, так что оставь его в покое. Или ты думаешь, что он спас мне жизнь, а теперь специально что-то утаивает? Это ерунда, дорогой.

– Я ни в чем не уверен.

Это было уже чересчур. Я почувствовал, как обида сдавила горло, и резко отвернулся. Умом я понимал, что князь вполне прав, подозревая меня, но с чувствами ничего поделать не мог. Изяслава мгновенно все поняла.

– Иногда ты мне кажешься не человеком, а бездушной куклой. – Она стремительно подошла ко мне и мягко развернула лицом к себе. – Спасибо, Энинг. Не обижайся на моего мужа. Когда его гнев пройдет, он сам пожалеет о своих словах.

Она нежно потрепала меня по волосам. Так всегда делала моя мама. При воспоминании об этом я всхлипнул. Изяслава поспешно прижала меня к себе. Это оказалось последней каплей, неожиданно даже для самого себя я разревелся как младенец.

Через некоторое время мне стало легче, и слезы понемногу отступили.

Князь растерянно смотрел на меня.

– Неужели мои слова так тебя огорчили, малыш? Не обижайся, я часто в гневе говорю, не подумав.

– Вы тут не причем, – честно ответил я. – Просто я вспомнил маму. – Я опять всхлипнул.

– Она умерла? Ты из-за этого стал рыцарем? – мягко спросил Ратобор.

– Нет. Она жива и отец жив. Просто я не могу попасть домой, пока не сделаю одно дело. Я, конечно, сам виноват, но уж слишком тяжело все это… Я больше не вынесу… Мне постоянно приходится идти вперед и рисковать жизнью, своей и своих друзей. А тут еще этот Сверкающий. – Неожиданно я принялся рассказывать все о себе. О школе и своих неприятностях там. Затем о том, как нашел Ключ, и что из этого вышло. О том, как я попал на остров и вынужден был стать рыцарем, чтобы вернуться домой. Как приобрел меч Судьбы и о своем появлении в Амстере. Рассказал о дальнейших наших странствиях.

– Я ничего не хотел устраивать в Парадизии! Мне нужно было только убраться оттуда. Я же не знал, что этот Весторий ухватится за мою сумасшедшую выдумку и организует переворот. А Сверкающий организовал вторжение кочевников на Балканы, чтобы не пропустить меня в Константинополь, хотя он даже не знает, зачем мне туда надо. Сколько уже людей из-за меня погибло и еще погибнет? Я больше не могу так!

Князь подошел ко мне.

– Не бери на себя слишком много. Войну не ты организовал, а Сверкающий. И посмотри на меня. Я в таком же положении, как и ты. Или ты думаешь, мне легко принимать решения, от которых зависят жизни других людей? Ты лучше подумай о том, хорошем, что ты сделал людям. Я ведь тоже должен тебя поблагодарить. И Святослав должен и Ольга. Ты ведь спас их мать.

– Ольга?

Князь улыбнулся.

– Ты ей понравился. Я видел, как она на тебя смотрела. Берегись теперь. Кстати, а почему ты использовал кинжал?

– Я же говорил, что это заподозрил не я, а Мастер. Для меня все это было полной неожиданностью. Я в тот момент совсем о другом думал.

– Это точно, – хмыкнул князь.

– Если бы у меня было больше времени на размышление то, естественно, я так никогда бы не поступил. А так пришлось прибегнуть к первому, что пришло в голову.

– А этот твой друг тоже ничего не может сказать?

– Он видел то же, что и я. Стоп! – Как такая простая мысль не пришла мне в голову раньше? Зря что ли я часами тренировал память под руководством Мастера? И как же сам Мастер не додумался до этого?

– Что-нибудь вспомнил? – с надеждой спросил князь.

– Вот именно что вспомнил. Вспомнил, как можно узнать, что увидел Мастер. Но если и это не поможет, то я ничего больше сделать не смогу. А пока не мешайте мне.

Я сел на пол и скрестил ноги. Расслабился.

– Что он делает? – услышал я голос Ратобора.

– Тсс. Я слышал о таком, но ни разу не видел, – шепотом предостерег патриарх. – Он хочет извлечь воспоминания из подсознания. Мозг человека никогда ничего не забывает, нужно только уметь извлечь эти сведения.

Дальнейшего я уже не слушал, углубившись в воспоминания. Я заново переживал каждый вздох, каждый удар сердца, припоминал малейшую подробность с того момента, как вошел в зал. Серафим абсолютно прав, мозг ничего не забывает. Он помнит все. Любое движение, любую вещь, которая хоть на долю секунды оказывалась в поле зрения. Обычно у человека все эти сведения сразу попадают в подсознание, где и хранятся. Человек не может ими воспользоваться, разве что какой-нибудь маг вытащит их на свет. Пользоваться подсознанием и учил меня долгие месяцы Мастер. Учил извлекать то, что там хранится. Шаг за шагом я просматривал каждое мгновение праздника, каждую деталь, на которую раньше даже не обращал внимания. Если бы не дей-ча, то это заняло бы у меня дни, если не недели. Шаг за шагом, продираясь сквозь груды незначительных фактов, отыскивая тот единственный, который поможет найти отравителя.

Опа! Что это? Вот оно! Вот что насторожило Мастера. Понятно теперь, почему он не мог ничего вспомнить. Он же наблюдал за всем моими глазами, а я видел все это только краем глаза. Сознание не отметило это, но подсознание исправно сохранило все в памяти. А многотысячелетний опыт Мастера помог определить угрозу, хотя он и не понял, откуда она.

Я открыл глаза.

– Я понял, что насторожило Мастера, правда не уверен, что это поможет.

– Говори! – Князь подался ко мне.

– Я у вас ни разу не видел слуг-близнецов.

– Конечно, не видел. У нас их просто нет. К чему ты ведешь?

– Я видел одного слугу в двух разных местах одновременно. Это могли быть либо близнецы, либо этот слуга за секунду смог преодолеть половину зала. Это и насторожило Мастера. Только что этот слуга занимался делами в другом конце зала, и вот он уже подносит вино княгине.

– Значит, магия, – вздохнул патриарх. – Кто-то принял внешность слуги. Теперь тот человек, конечно, уже вернул настоящий облик. И это значит, что враг среди приглашенных. Этого я и боялся.

– Но мы должны найти его!

– Должны, – согласился с князем Серафим. – Я займусь этим. А сейчас я хотел бы кое-что показать Энингу. В его рассказе было нечто, крайне меня заинтересовавшее.

Патриарх ненадолго вышел в соседнюю комнату и вернулся с большой книгой в кожаном переплете.