Утраченный символ - Браун Дэн - Страница 25

Триш не знала, чего ей хотелось меньше – помочь Кэтрин нанять хакера… или звонить парню, которому до сих пор не верилось, что рыжая пышка из отдела анализа метасистем отвергла его ухаживания.

– Не передумаете?

– Лучше звоните из библиотеки, – сказала Кэтрин, – там засекреченный номер. И, естественно, про меня ни слова.

– Хорошо.

Она уже направилась к двери, когда вдруг пискнул айфон Кэтрин – пришло сообщение. Триш остановилась на полпути: может, ее освободят от неприятного поручения? Кэтрин достала из халата телефон, взглянула на экран и облегченно выдохнула.

«Наконец-то!»

Сообщение было от брата.

– Брат написал, – сказала Кэтрин.

Триш с надеждой посмотрела на начальницу.

– Может, сначала посоветуемся с ним, а уж потом позвоним хакеру?

Кэтрин снова прочла текст на плазменной стене, и у нее в голове прозвучали слова доктора Аваддона: «То, что, по мнению вашего брата, спрятано в Вашингтоне… можно найти». Кэтрин уже не знала, чему верить, но этот документ хотя бы проливал свет на безумные идеи, которыми вдруг увлекся Питер.

Она покачала головой.

– Я хочу знать, кто написал текст и где он хранится. Звоните.

Триш нахмурилась и вышла за дверь.

Объяснит документ тайну Питера или нет – неизвестно, но одна тайна сегодня уже раскрылась: брат наконец-то разобрался в подаренном Кэтрин айфоне.

– Ах да, и свяжитесь с журналистами! – крикнула она вдогонку Триш. – Объявим, что Питер Соломон набрал первое в жизни эс-эмэс!

Малах стоял возле лимузина на парковке торгового центра напротив ЦТП СМ, разминал ноги и дожидался звонка, который должен был вот-вот раздаться. Дождь прекратился, и сквозь тучи пробивался свет зимнего месяца. Такой же свет падал на Малаха сквозь потолочное окно три месяца назад, в Масонском храме, во время посвящения.

Желудок опять заурчал. В двухдневном посту удовольствия немного, но что поделать, таков древний ритуал. Скоро все физические неудобства перестанут иметь значение.

Стоя на холодном ветру, Малах усмехнулся: подумать только, судьба привела его к маленькой церкви! Между стоматологическим центром «Стерлинг дентал» и продуктовым магазином пристроилась крохотная церковка: «ДОМ СЛАВЫ БОЖЬЕЙ».

На окне висела табличка с одним из основных положений церкви: «ВЕРУЕМ, ЧТО ИИСУС, ИСТИННЫЙ БОГ И ИСТИННЫЙ ЧЕЛОВЕК, ЗАЧАТ СВЯТЫМ ДУХОМ И РОЖДЕН ДЕВОЙ МАРИЕЙ».

Малах улыбнулся.

«Да, Иисус и впрямь был Богом и человеком, но божественность не обязательно обретают через непорочное зачатие. Все происходит иначе».

Вечернюю тишину пронзил телефонный звонок. На сей раз верещал мобильный Малаха – одноразовая дешевка, купленная вчера. Именно этого звонка Малах и ждал.

Местный вызов. Малах бросил взгляд через Силвер-Хилл-роуд на смутные очертания зигзагообразной крыши, видневшейся из-за деревьев. Малах открыл крышку телефона и нарочито низким голосом проговорил:

– Доктор Аваддон.

– Это Кэтрин, – прозвучал женский голос. – Питер наконец-то вышел на связь.

– О, славно! Как у него дела?

– Он сейчас едет ко мне в лабораторию, – ответила Кэтрин. – Видите ли, он пригласил туда и вас.

– Простите? – удивился Малах. – В… лабораторию?

– Должно быть, Питер полностью вам доверяет. Прежде он никого сюда не приглашал.

– Наверно, он счел, что мой визит поможет нашим беседам, однако мне не стоит навязываться…

– Раз уж вас пригласил мой брат, значит, вы действительно желанный гость. Ему многое нужно сказать нам обоим, да и я хочу наконец во всем разобраться.

– Что ж, ладно. Где находится лаборатория?

– Вы знаете адрес Центра технической поддержки Смитсоновского института?

– Нет, – ответил Малах, глядя прямо на центр, – но я сейчас в машине, у меня есть навигатор. Какой точный адрес?

– Силвер-Хилл-роуд, 4210.

– Понял, подождите немного, я напечатаю. – Малах выждал десять секунд и воскликнул: – О, да я, оказывается, совсем рядом! Навигатор говорит, что до вас ехать десять минут.

– Отлично. Я позвоню на пункт охраны и попрошу вас пропустить.

– Спасибо!

– До скорой встречи.

Малах положил телефон в карман и еще раз взглянул на ЦТП.

Улыбнувшись, он достал айфон Питера Соломона и полюбовался сообщением, которое отправил несколько минут назад.

Разумеется, от Кэтрин уже пришел ответ:

Малах сел на корточки и засунул айфон между колесом и асфальтом. Телефон сослужил ему добрую службу… но теперь от него надо избавиться, иначе аппарат могут выследить. Малах сел за руль и медленно покатил вперед. Раздался громкий треск.

Вновь припарковав машину, Малах еще раз посмотрел на нечеткий силуэт ЦТП. «Десять минут». В богатом музее Питера Соломона хранилось свыше тридцати тысяч сокровищ, однако Малаху были нужны только самые ценные.

Все исследования Кэтрин Соломон.

И сама Кэтрин.

Глава 26

– Профессор Лэнгдон? – окликнула Сато. – Вы как будто привидение заметили! Что с вами?

Лэнгдон поправил портфель, висевший на плече, и положил на него руку, словно защищая. Лицо у него посерело – он сам это чувствовал.

– Я… просто волнуюсь за Питера.

Сато вскинула голову и прищурилась.

Лэнгдону вдруг пришло на ум, что участие Сато в этом деле может быть связано с таинственной шкатулкой, доверенной ему Питером. Он ведь предупреждал Лэнгдона: «За ней будут охотиться очень влиятельные люди… Эта вещь опасна в руках непосвященных». Непонятно только, зачем ЦРУ могла понадобиться шкатулка с талисманом… и что это за талисман.

«Порядок из хаоса?»

Сато подошла ближе и испытующе уставилась на Лэнгдона.

– Вас, случаем, не осенило?

Лэнгдон взмок.

– Нет… не совсем.

– О чем вы думаете?

– Да просто… – Лэнгдон помедлил, не зная, что ответить. Он вовсе не собирался рассказывать Сато о шкатулке, однако если его повезут в ЦРУ, то на входе в любом случае обыщут. – Вообще-то… у меня появилась еще одна догадка. Насчет татуированных цифр.

Сато хранила невозмутимое выражение лица.

– Слушаю? – Она мельком взглянула на Андерсона, который только что вернулся, встретив команду криминалистов.

Лэнгдон сглотнул и присел на корточки рядом с рукой, соображая, что сказать.

«Ты же учитель, Роберт! Импровизируй!»

Он последний раз взглянул на семь крошечных символов, надеясь найти в них какое-нибудь вдохновение.

«Ничего. Пусто».

Покопавшись в энциклопедии символов, хранившейся в его мозгу, Лэнгдон нашел только одну зацепку. Эта мысль приходила ему в самом начале, однако он быстро ее отмел. Сейчас она хотя бы поможет выиграть время для размышлений.

– Ну, – начал он, – специалист по символам должен сразу понять, что сбился с пути, если для расшифровки того или иного послания ему приходится прибегать к различным символическим языкам. Например, я сказал вам, что здесь использованы две системы счисления: римская и арабская. Выходит, я никудышный специалист, ведь это совершенно разные языки. То же касается римских цифр и рунического алфавита.

Сато скрестила руки на груди и приподняла брови.

– Ну и?

– Как правило, коммуникация происходит на одном языке, поэтому первая задача при расшифровке любого текста – найти единую систему символов, подходящую ко всем его частям.

– И вы ее нашли?

– Ну да… и нет. – Опыт изучения чередующейся симметрии амбиграмм не прошел для Лэнгдона даром. Теперь он знал, что символы могут иметь разные значения в зависимости от угла, под которым на них смотришь. С этой точки зрения семь символов на руке Питера вполне укладывались в одну систему.