Охота на изюбря - Латынина Юлия Леонидовна - Страница 65

Лазарев покачал головой.

– Не знаю. Он очень поздно приходит, но чтобы так…

– Где он может быть? – заорал Денис.

– Э… э… а он не в гостинице с девочками?

– Нет.

– Тогда… вилла «Жар-птица», знаете? Или казино, «Алькатрас»…

Черяга прикрыл глаза. Шансы найти Неклясова в ночной необъятной Москве таяли, как брошенный в кипяток сахар. Он не мог позволить себе разыскивать Неклясова силами московской службы безопасности, потому что любой сотрудник этой службы первым делом позвонит Брелеру. И, даже если банк еще не знает о происшедшем, к утру ему все будет известно. Если Неклясов не придет сегодня домой…

Несколько секунд Черяга обдумывал, что будет, если Лазарев позвонит Неклясову по телефону и сообщит ему, что дома пожар, и решил, что любой звонок скорее спугнет Неклясова.

– Ладно, – сказал Черяга, – Лешка и Перчик – вы останетесь у Неклясова. Ты, Миш, иди с ними и досыпай там.

Лицо Лазарева выразило крайнюю степень удивления.

– Почему? Ты мне что… не доверяешь? Ты считаешь, что я могу позвонить Димке?

– Извини, Миша. У меня нет причин тебе не доверять. Но ни у кого не было причин не доверять Неклясову или Брелеру. Иди вместе с ребятами.

Но ночевать в чужой квартире Лазареву не пришлось. В ту самую секунду, когда все уже подошли к дверям, на дворе послышался шорох подъехавшего автомобиля. Вспыхнули и погасли фары, Черяга на цыпочках выбежал в соседнюю темную комнату и увидел посереди двора, под ярким светом галогенной лампы, темно-синий сто девяностый «Мерс» – машину Брелера.

– Быстро! – приказал Черяга, – а то сейчас уедет!

Но им повезло второй раз. Брелер не уехал, высадив Диму Неклясова, а за каким-то хреном поперся с ним в квартиру. Ребята перехватили обоих заговорщиков, едва те успели зайти в подъезд. Брелер был почти трезв, Неклясов изрядно набрался, и от обоих прямо-таки несло духами и спермой.

– Привет, ребята, – тихо сказал Денис, выныривая из неосвещенного уголка подъезда с пушкой в руке.

Неклясов почти не среагировал, рука Брелера с похвальной реакцией метнулась к кобуре, но тут же ахтарский собровец завернул начальнику службы безопасности запястье. Брелер вскрикнул от боли, а потом уставился на темную громадину Вити Камаза, выдвигающуюся подобно крейсеру из тумана, и спросил:

– А этот что здесь делает?

– Не надо было меня заказывать, Юра, – сказал Денис. – Когда заказывают, в половине случаев киллер сдает заказчика объекту.

– Я тебя не заказывал, – ощерился Брелер.

– Ну да. Только советовал. Пошли. С вами хотят поговорить.

– Т-ты не имеешь права, – вдруг сообразил пьяный Неклясов, – где твой ордер?

– Ордер уже выписан, Дима. Не беспокойся.

В кармане Дениса запел телефон.

– Да.

– Денис, ты? – Черяга узнал голос заместителя начальника СОБРа, остававшегося в больнице при шефе. – Мы тут мента отловили с мобильником. Возле палаты крутился и новости на пейджер сбрасывал… Я вызвал ребят из гостиницы, все равно информация потекла… Куда им ехать?

– Давно он первую новость сбросил?

– Час назад.

– Чей пейджер?

– Не знает. Просто номер.

Денис выругался. Круг отпущенного ему времени стремительно сужался, как петля на шее приговоренного к повешению. И количество этого времени зависело прежде всего от статуса хозяина пейджера. Если информацию сбрасывали какой-то «шестерке», то она могла просто не понять ее важности или обождать докладывать начальству до утра. Если информация шла самому Лучкову, шефу безопасности «Ивеко», то по ночной Москве уже летят банковские машины в надежде перехватить Неклясова. Хотя вряд ли информация пошла Лучкову – он первым делом позвонил бы Неклясову, домой и на трубку…

– Езжайте домой к Неклясову, – спокойно сказал Денис, – мы подождем вас.

На самом деле Денис точно знал, что ждать подмоги с далекой Рублевки он не будет. Квартира превращалась в ловушку. Служба безопасности банка может оказаться в этом доме через пятнадцать минут, у «Ивеко» нет такой проблемы, как у Дениса, у банка хватает людей и совсем нет предателей…

Пленников вывели во двор. Брелер попытался было вырваться и убежать, но его саданули как следует, и московский шеф безопасности упал на колени в мокрый, расплывшийся лужей снег. Видимо растерянный и пьяный, Неклясов убито молчал. Никто из них не орал, – то ли понимали, что сразу же придушат, то ли считали, что в ментовке им все равно ничего хорошего не обломится.

Во дворе выяснилась новая трудность. Пленников было двое, а сопровождающих – четверо (человека из секьюрити Денис все-таки оставил у Мишки Лазарева). Можно было вызвать подкрепление или поехать цугом, на двух машинах, но в конце концов Черяга рассудил проще. Неклясову стянули наручниками запястья и кинули в багажник, а Брелера усадили на заднее сиденье, между Черягой и Перчиком.

Машина выкатилась со двора и понеслась, приседая, по тихой и заснеженной ночной Москве.

– Зачем ты это сделал? – тихо спросил Черяга, – что, обидно было, что «Мерс» сто девяностый, а не шестисотый? Славка же тебя из дерьма вытащил. А ты его заказал.

– Не я его заказывал.

– Но ты знал об этом, не так ли?

Голос Брелера был на удивление спокоен.

– Не знал. Откуда?

– Не ври, а? Это пусть Дима Неклясов говорит, что не знал. А ты у нас профи, умеешь просчитывать оперативные комбинации.

Черяга помолчал и добавил:

– Посадят тебя, Юрка. И дай бог, если в ментовскую зону…

– Не посадят.

– Вот как?

– А за что меня сажать? – возразил Брелер. – За сговор с долголаптевскими? Так ты Камаза не захочешь марать. И вообще вам про эту историю громко чирикать не выгодно. Димка продаст акции по-правильному, до суда дело не дойдет, мочить меня Сляб по некоторым своим принципам не станет… – Брелер хихикнул… – Так что ты будешь на Сляба пахать, пока он тебя второй раз не выгонит, а я буду на Сейшелах загорать с голенькими девочками…

На выезде из города, под желтым мигающим светофором, стояла машина с омоновцами. Опять, верно, ловили каких-то террористов. Один из них помахал милицейской палочкой припозднившемуся «БМВ», отгоняя тачку на обочину. Омоновец был крупный, палочка в его руках казалась размером с карандаш. Черяга про себя выругался. Не обратить внимания? Вон их там сколько, две машины. Еще примутся по шинам стрелять…

– Остановись, – велел Черяга водителю.

Одновременно вынул ТТ и упер в бок Брелеру.

– Если ты, козел, хоть пикнешь, – нежно сказал Черяга, – ты ни на какие Сейшелы не попадешь.

«БМВ» остановился. Трое омоновцев с автоматами подошли к машине. Водитель, спустив стекло, протянул удостоверение:

– СОБР города Ахтарска, Сунженская область.

Сержант Аксенов, несущий срочную службу, задумчиво глядел внутрь машины. Что-то ему не нравилось в ее обитателях. Конечно, ахтарский СОБР так ахтарский СОБР, но вот у соседа этого собровца рожа совершенно бандитская. Оно, конечно, по виду одно, что СОБР, что бандюк, но вот почему у соседа в прорези рубашки цепура золотая? Это что теперь в Ахтарске, ментовская униформа такая? Особенно же сержанту не понравился Брелер. Юра был типичный еврей, черноусый и черноволосый. Против евреев сержант ничего не имел, но по ночной поре принял Брелера за чечена.

– Ваши документы? – решил продолжить он проверку.

Черяга потянулся за корочкой.

– Начальник службы безопасности Ахтарского металлургического комбината, – представился Черяга, – извините, что так поздно. Служба такая.

Сержант Аксенов замер. При виде удостоверения ему что-то смутно вспомнилось, вроде бы говорили о каких-то ахтарских делах недавно по телевизору. Ну точно! Их ахтарский СОБР налетел на долголаптевских, эти продажные журналюги еще вякали, что долголаптевские не долголаптевские, молодцы собровцы…

И в следующую секунду произошло то, чего не ожидал никто. Брелер, воспользовавшись тем, что внимание Черяги было отвлечено, точным приемом саданул скованными локтями сидевшего рядом Перчика и рванулся из тачки.