Охота на изюбря - Латынина Юлия Леонидовна - Страница 62

Черяга поднялся по мраморным ступенькам вверх. Миша, в тренировочном костюме, свернулся калачиком на кожаном диване. Андрей рассеянно наблюдал в телевизор за спутником Черяги: тот, демонстративно отойдя от двери, курил сигарету, красный кончик ее алел, окруженный падающими невесомыми снежинками. Черяга подошел совсем близко к охранной стойке.

– Э… Денис Федорыч… – сказал Андрей, – было распоряжение вас не пускать…

– Я знаю, – сказал Денис.

Рука его вынырнула из кармана, и в грудь Андрею уставился ТТ, выданный Денису Камазом из каких-то своих бандитских запасов. По распоряжению самого Черяги под пиджак охранники поддевали бронежилеты, но от ТТ это не спасало.

– Заблокируй дверь и открой обе сразу, – сказал Денис, – а ты, Миша, лежи как лежал. И никакой сигнализации.

Андрей побелел.

– Денис Федорыч, – сказал он, – меня выгонят…

– Брелера выгонят. Тебя оставят. Это я тебе обещаю.

Андрей, поколебавшись, нажал на кнопку. Перчик метнулся в образовавшийся проход, проворно взбежал по ступенькам.

– Отойди к стене, – велел Черяга.

Андрей исполнил требуемое. Он поступил на работу совсем недавно, его принимал Брелер, а не Черяга. Перчик ловко перемахнул через стойку и стал около компьютера.

– Отвори ворота, – сказал Черяга, – вон та кнопка, большая… твою мать!

Перчик перепутал кнопки и ткнул в ту, что вызывала милицию. Где-то в десяти кварталах отсюда, в ОВД «Юго-Западное», на пульте вспыхнула красная лампочка и загорелся сигнал тревоги.

Второй охранник, Мишка, вскочил с лавки, цапая на ходу пистолет из кобуры. Перчик, не раздумывая, выстрелил. В пустом изолированном помещении звук был оглушителен, как выхлоп неисправного мотора. Пуля ПМ попала Мишке в грудь с трехметрового расстояния. Его отбросило к стене, как подхваченный ракеткой волан.

Пистолет Черяги ткнулся Андрею в висок.

– Тихо, – сказал Денис.

На пульте зазвонил телефон.

– Возьми трубку и скажи, что все в порядке, – приказал Черяга, – ну!

Губы Андрея тряслись. Даже если он скажет, что все в порядке, голос у него будет как у барашка, которого свежуют живьем. Черяга ударил Андрея рукоятью в висок, и тот мягко свалился на пол. Денис взял трубку. Так и есть – звонок был из отделения.

– Ало! Это Черяга! Я тут у ребятишек проверял пульт и случайно нажал кнопку.

В трубке молчали несколько мгновений. Оставалось только молиться, что до отделения милиции слухи доходят медленней, чем до Лондона, и что об увольнении Черяги дежурный еще не знает.

– Не высылать, что ли, машину? – спросил дежурный.

– Можешь, конечно, выслать, если у вас бензин лишний есть, – сказал Черяга.

Черяга повесил трубку и пошарил по пульту. Ворота на телеэкране медленно поползли в сторону, джип проехал в образовавшееся отверстие.

Денис подошел к Мишке. Глаза того были открыты и часто-часто моргали. Под разорванной тканью тренировочного костюма виднелся бронежилет. Слава тебе господи! Денис взял парня за руки и оттащил его в угол. Мишка был тяжелый и неуклюжий и ехал по полу, как макаронина.

Камаз с остальной бригадой уже взбегал по мраморным ступеням. Андрей открыл глаза, но не стал сопротивляться, когда Камаз одной лапой выгреб его из-под стойки и понес в угол. Близнецы забрали у охранников и наставили на них их же собственные пушки.

– Сидите тихо, и ничего не будет, – посоветовал Денис.

Андрей глядел на него так, словно был василиском. Глаза Мишки были закрыты, он медленно и неровно дышал. Кажется, выстрел с близкого расстояния сломал ему ребро.

Черяга сграбастал со стойки несколько ключей и побежал вверх, считая ступеньки. За ним топал Камаз. Коридор на втором этаже был пуст, как аэродинамическая труба, звук шагов тонул в мягком ковролине. Табличек на дверях не было, и Денис, не слишком хорошо ориентировавшийся в московском офисе, испугался, что не найдет нужной двери.

Вот! Кажется, она. Комната 212. Фирма «Ахтарский регистратор», точнее, ее представительство. Держатель реестра акционеров Ахтарского металлургического комбината. Что, согласно федеральным законам, держатель реестра должен быть независим от своего клиента? Какая неожиданность…

Ключ не подходил к двери, – Денис, перепутав, взял номер двести тринадцать и четырнадцать.

– Надо спуститься за ключом, – сказал Черяга.

Камаз, подумав, налег на дверь плечом. Та выскочила из пазов, словно в нее въехали кувалдой. Денис закрыл шторы, зажег свет и включил первый попавшийся компьютер.

Собственно реестр акционеров Ахтарского металлургического комбината находился в Сибири, но в свое время Извольский согласился, чтобы реестр был вывешен в сеть. Это давало возможность московским брокерам легко торговать акциями АМК и создавало иллюзию цивилизованного поведения комбината на фондовом рынке. Иллюзию, и не более – потому что кому в России придет в голову торговать акциями, если семьдесят пять процентов завода принадлежит одному человеку и никаких драк за собственность поэтому не ожидается, а дивидендов по акциям не предвидится в ближайшие сорок лет, или сколько там надо для принятия нормального налогового законодательства?

Компьютер запросил пароль, но пароль Денис знал – все-таки он не лох со стороны, а шеф службы безопасности.

Через минуту перед Денисом на экране светился реестр акционеров Ахтарского металлургического комбината. Абрамов Сергей Михайлович, 12 акций, Аветисян Никита Гарегинович, 10 акций, Авросимова Вера Николаевна, 10 акций. Черт! Тут столько физических лиц – работников комбината, что он будет сидеть до рассвета.

Вот – ЗАО «АМК-инвест», 20 акций. Надо же, зачем-то двадцать акций оставили. Интересно, сколько это? 0,0003 % от общего числа? Это нормально. Семьдесят пять процентов акций к этому времени и должно быть передано из ЗАО… весь вопрос – кому передано… Как звались эти новые фирмочки? Кажется, «Импера», «Кроника» и «Лагуна». Вот и они. «Импера» – 173.475.000 акций, «Кроника» – 166.746.000 акций…

Все как планировалось. Господи, неужели он сел в лужу?

Он нашел то, что искал, на соседнем диске.

Он был прав. Лучше бы он ошибся.

Зашипел лазерный компьютер, выплевывая распечатки. Бумаг было много, компьютер печатал тихо и медленно… С легким шорохом вращалась в дисководе дискета, на которую Черяга сбросил нужные файлы. По-настоящему следовало бы выдрать из компьютера жесткий диск и просто унести с собой, – но к утру и так все будет ясно. В ту или другую сторону.

Поверх принтера уже выползла приличная пачка листов, Черяга кивнул на нее и коротко распорядился:

– Когда распечатаешь все, иди на третий этаж.

Дверь в кабинет Неклясова удалось открыть с первого раза. Бумаги белыми гусями полетели на пол. А если Неклясов не держит в кабинете то, что искал Денис?

Но Неклясов держал. При парализованном Слябе, при уволенном Черяге, – он уже считал себя хозяином если не комбината, то полученных за него тридцати серебряников.

В кабинет вошел Камаз, сжимая в медвежьих лапах пачку листов.

– Сматываемся, – сказал Денис.

Они сбежали на первый этаж.

Андрей лежал в углу, спеленутый, как гусеница в коконе. Перчик сидел над Мишкой. Тот хрипел, на губах пузырилась легкая розовая пена. Видимо, конец сломанного ребра задел парню легкое.

– В машину его, – приказал Денис.

В машине Денис набрал номер Сергея Вайля, главы фирмы «Ахтарский регистратор». Именно фирма Вайля вела реестр акционеров Ахтарского металлургического комбината. Как мы уже говорили, это означало, что где-то в Ахтарске стоял сервер, на твердом диске которого хранилась информация о правах собственности на те или иные пакеты акций. Сергей снял трубку сразу – в Ахтарке было уже семь утра, и там вставали раньше, чем в Москве.

– Сергей, – спросил Черяга, – Я по поводу тех акций, которые ты перевел из «АМК-инвеста». Ты послал в Москву выписки из реестра?

В трубке помолчали, потом Вайль сказал:

– Денис, это правда, что ты уволен?