Западня - Малышева Анна Витальевна - Страница 77

Вечером он созвонился с Наташей. Прежде всего девушка отчиталась, что все-таки успела на урок к Виктору Эдуардовичу, что Милена подкараулила ее в коридоре, пока Наташа причесывалась, и шепотом спросила, скоро ли будет спектакль. Наташа сунула ей записочку от Михаила.

Он написал записку еще в воскресенье, подозревая, что на кладбище у них с Наташей не будет возможности увидеться без свидетелей. Записка содержала всего несколько фраз. Он просил девочку не волноваться, они и так торопятся, как могут. И повторял свои наставления — ни на шаг из дома, держаться возле родителей, молчать, но не слишком им противоречить Наверное, Милена была разочарована этой новой просьбой потерпеть. Но во всяком случае, ничем этого не показала.

— Зато я кое-что узнала, — возбужденно сообщила Наташа.

Оказалось, еще по дороге на кладбище девушка завела провокационный разговор. Дескать, неловко получается — все-таки убили не только Ирину Сергеевну, но и Ольгу. А они и на ее похоронах не были, и родителям соболезнование не выразили. Как-никак, — а она все-таки занималась с ними в одном театре. Надо бы к ней наведаться.

Может, кто-нибудь знает адрес?

— Одна знает телефон Это Лиза, не знаю, вы ее помните или нет, такая голубоглазая. Играет женщину из толпы. Она еще спрашивает почему такие дорогие лепешки, и торгуется. Ну, всего десяток слов говорит…

Оказалось, эта самая Лиза и заняла у Ольги сто долларов для своих парикмахерских курсов. Когда занимала, Ольга уже не слишком регулярно посещала театр, и Лиза попросила у нее телефончик Чтобы не потеряться. Ведь она честно собиралась дернуть деньги. И вот эта Лиза в автобусе сообщила, что как раз набрала недостающую для покрытия долга сумму — рублей семьсот, кажется. И теперь хочет передать деньги родителям покойной Ольги.

Только все не решается позвонить.

— Боюсь, Наташенька, что это пустой номер, — вздохнул Михаил.

— Почему? — расстроилась девушка.

— Тот же случай, что у тебя. Слишком уж открыто она пошла на контакт. Во всем призналась. Но давай будем и ее иметь в виду. На последнем спектакле нам все пригодится, любая наметка. Ведь за всеми актрисами уследить трудновато.

— Да, — скисла Наташа. — Я и сама немножко удивилась, Лиза хорошая девчонка. Ничего из себя не представляет, поговорить с ней не о чем… Но она неплохая. Вы правы, она ведь могла не возвращать эти семьсот рублей, никто не требовал. А она хочет вернуть.

Также Наташа попыталась выяснить, у кого из актеров за велись деньги. Для этого придумала следующий предлог — дескать, Татьяна обещала сделать большой портрет Ирины Сергеевны, а они, актеры, должны украсить зал цветами. Чем больше цветов, тем лучше. Можно брать не очень дорогие, сойдут и садовые пионы, сейчас на них сезон. Но нужен и красивый большой букет, из дорогих цветов. Например, белые лилии и розы. Наташа предложила скинуться на цветы — кто сколько может.

— Ни у кого при себе денег не оказалось, — сообщила она. — А может, зажали. Знаете, мало кто из наших работает. Или сидят на шее у родителей, или учатся…Дала одна Оксана. Двести рублей. Но тут нечему удивляться, у нее всегда деньги водились. Лучше всех одета, и косметика у нее дорогая.

— Это все? — спросил Михаил. Он был несколько разочарован результатами. Да, все шло хуже, чем он рассчитывал… Если спектакль назначат на ближайшие дни, придется срочно выставлять под удар Милену. А они с Наташей даже не смогут как следует подстраховать девчонку.

Если бы наметить несколько подозреваемых кандидатур…

Но пока все как-то расплывчато. За всеми не уследишь.

Наташа призналась, что это в самом деле все. Она только добавила, что изо всех сил демонстрировала, что обижена на Михаила. Говорила, что он не имел никакого права на нее намекать. Что она-то про себя знает, что не убивала ни Олю, ни Ирину Сергеевну.

— Владик на меня смотрел как-то странно, — с усмешкой заметила она. — Я даже сказала, — что он сейчас дырку на мне прожжет. Зато Оля, ну та, вторая, сказала, что вы опасный псих и вас надо отправить в больницу. И чтобы я ничего не боялась, раз не убивала. И потом заявила: «Трепаться легко, а пусть он попробует за руку поймать того, кто убил! Ничего у него не выйдет!»

Глава 17

Анастасия никак не могла привыкнуть, что в кабинете ее мужа теперь сидит Петр Поэтому, если ей нужно было туда войти, она часто врывалась без стука, по-свойски.

Правда, новый директор компьютерного салона на нее не сердился. «Мировой мужик, — рассказывала она родителям после первого рабочего дня. — Ничего из себя не строит, а работает, как зверь». Про Алису она дома не упоминала, хотя с ней-то приходилось сталкиваться куда чаще.

Они проработали вместе всего два дня, и Настя уже чувствовала, что та надоела ей до чертиков. Особенно неприятно было то, что Алиса пыталась держаться начальственного тона. Так, например, когда они увиделись утром в понедельник, Настя спросила, не жарко ли Алисе в этой блузке с длинными рукавами. Та отрезала:

— Мы не на пляже.

И бросила весьма неодобрительный взгляд на наряд своей подчиненной — та явилась на службу в коротеньком красном платьишке на бретельках. Возможно, офисный стиль пострадал… Но какая разница, думала Настя, здесь все свои…

Как она ошиблась, стало ясно уже через полчаса. Алиса повернула голову от Экрана своего компьютера и небрежно попросила принести ей кофе. Настя не откликнулась, так как не отнесла эту просьбу на свой счет. Алиса повторила громче:

— Настя, будь добра, свари чашечку кофе.

— Это ты мне? — наконец сообразила та. — С какой стати я должна нести тебе кофе?!

— Если ты помнишь, Валерий зимой проводил сокращение штатов, и секретаршу уволили. Раньше она варила кофе, — ядовито ответила Алиса. — Мы никак не рассчитывали на новую штатную единицу, и раз уж ты здесь новенькая… Короче, будь добра, свари кофе. И Петру тоже отнеси, он в это время любит выпить чашечку.

Насте стало душно от ярости. Она вскочила и, обогнув свой стол, приблизилась к Алисе.

Та старалась держаться спокойно, но было видно, что девица слегка напугана.

— Я здесь новенькая? — словно не веря своим ушам, уточнила Настя.

— Да-. Тебя даже через бухгалтерию еще не провели.

— Может, у тебя память отшибло? — так же недоверчиво спросила Настя. — Может, ты не помнишь, с чего начиналась фирма? Может, ты, забыла, что я вообще-то уже работала здесь?

Алиса выслушала ее селе заметной улыбочкой. Взглянула на экран, щелкнула «мышкой» и почта приветливо сказала:

— Но кофе кому-то надо варить.

Настя сделала два глубоких вдоха — один за другим, чтобы успокоиться. Поинтересовалась, кто варил кофе, пока не появилась она. Выяснилось, что после упразднения секретарши ее несложные обязанности разделили между собой оставшиеся сотрудницы. Факсы отправлял сам Петр. А кофе… Каждый делал его для себя по своему усмотрению. Но это всех отвлекало от работы, и Алиса считает, что кто-то должен взять на себя эту пустяковую обязанность. Кому же, как не Насте? Она человек новый, пока не вошла в курс дела. А разнося кофе, она заодно наладит отношения со всеми сотрудниками.

— Так я должна всех обслуживать?!

Алиса ответила, что та наконец правильно, ее поняла.

Настя молча повернулась к ней спиной и вернулась на свое рабочее место. Полчаса в комнате стояла тишина. Однако Настя только делала вид, что работает. У нее в глазах темнело от ярости, которая не нашла выхода. «Мерзавка, проститутка! — ругалась она про себя, изредка поглядывая на Алису поверх своего монитора. — Спала с моим мужем на глазах у всей фирмы, а теперь качает права! В конце концов, я не позволю… Это Валерка виноват, что я теперь не в курсе дела, а ведь я не хотела отсюда уходить, — не хотела бросать работу!» ;Алиса встала и вышла. Только теперь Настя смогла вернуться к работе — ей сразу стало легче дышать, когда она избавилась от присутствия ненавистной начальницы.