Искушение герцога - Хоукинз Александра - Страница 15

У Грейс комок подступил к горлу, когда она подумала о долгих годах, проведенных в ожидании мужчины, который никогда ее не полюбит.

— Благодарю вас за откровенность, Фрост. К глубокому сожалению, я с вами полностью согласна.

— Должен сделать вам еще одно признание, — проговорил лорд Чиллингуорт, слегка поглаживая руки Грейс чуть выше локтей. — Правда — это обоюдоострый меч, она опасна, а мне хочется вести с вами честную игру.

Грейс замерла, поняв, что он говорит серьезно.

— А вы не всегда ведете честную игру, милорд?

— Стараюсь избегать этого всеми силами, — признался граф. — Хотите знать, почему я подошел к вам сегодня, хотя несколько друзей пытались меня остановить?

— И почему?

— Вообще-то я избегаю невинных девиц вроде вас, — ответил он, вскинув голову и явно забавляясь своими рассуждениями. — Не хочу вас обидеть, дорогая леди, но вы и такие, как вы, девицы с чистыми глазками не сулят ничего, кроме сплошных хлопот. Поэтому я в затруднении. В моем характере с головой нырять в недозволенное, а вы, леди Грейс, говоря откровенно, столь же соблазнительны, как то красное налитое яблочко, что манило к себе Адама в райском саду. Мне бы не следовало... — Он взглядом молил ее о прощении.

— Не следовало делать что? — недоумевая, спросила Грейс.

— Вот что.

Легкие поглаживания пальцев сменились железными тисками — так сильно он обхватил ее плечи. Граф крепко прижал ее к себе и заглушил все протесты поцелуем. Он постарался не переусердствовать, но все же запечатлел на ее губах горячий и властный поцелуй.

Так же быстро Фрост отпустил ее. Грейс, отступив на шаг, широко открытыми глазами смотрела на графа.

— Чтобы не выйти из роли, я должна дать вам пощечину и потом возвратиться в бальную залу одна? — Она подумала, не таков ли и был замысел графа с самого начала, только не могла постичь побудительной причины этого поступка. Быть может, он стремился ее скомпрометировать?

— У меня есть другое предложение, — сказал Фрост, сверкая своими бирюзовыми глазами. — Подойдите ко мне ближе и поцелуйте меня.

— Ни за что! — возмущенно отозвалась Грейс. Лорд Чиллингуорт явно не заслуживал доверия. — Зачем вы меня поцеловали?

— Сперва ответьте на один вопрос.

— Кажется, я уже достаточно отвечала на ваши вопросы.

— Я — первый мужчина, который вас поцеловал? — спросил граф, не обращая внимания на ее слова.

— Не имею ни малейшего желания отвечать на вашу грубость, — произнесла Грейс с нервным смешком.

Граф наклонил голову, и на мгновение Грейс показалось, что он снова попытается ее поцеловать, но у него на уме было другое: он приблизил губы к ее уху.

— Вы все же ответили на мой вопрос, милая девочка, — зашептал он, обдавая жарким дыханием ее плечо и шею. — Только не надо все портить, разыгрывая возмущение. Мы оба знаем, что вам это понравилось. Позвольте мне наслаждаться маленькой победой: я стал первым джентльменом, который вас поцеловал.

Грейс сделала глубокий вдох, собираясь сказать графу, что он самовлюбленный болван и вымогатель, но вдруг передумала. Пусть он вполне заслужил и пощечину, и суровый выговор, она не пожелала упрекать его, как он ожидал. Вместо этого она храбро повернулась к нему лицом. Их губы едва не соприкасались.

— А на что мне жаловаться? — сказала Грейс. — Вы уже в возрасте и достаточно опытны, чтобы знать, что ваши поцелуи производят впечатление.

— Так может быть, пройдем в глубину сада Лавлейсов?

— Признаюсь, с моей стороны это было бы чересчур смело. Для таких приключений поищите себе другую, более бесшабашную девицу, — ответила Грейс, ускользнув от объятий Фроста прежде, чем он успел увести ее в темноту.

— Жаль, — сказал он как будто всерьез. — Надеюсь, вы останетесь в Лондоне. Мне бы очень хотелось привлечь вас на свою сторону.

— Ах, Фрост... вы можете мне не верить, но я уже на вашей стороне, — сказала Грейс, удаляясь от него. Она сочла, что благоразумнее будет вернуться в бальную залу без него. — Потому-то вы так и опасны.

Граф очень походил на своего друга: он никогда не отдаст женщине свое сердце.

— Хантер даже не подозревает, с чем имеет дело, — произнес Фрост, качая головой. — Даже не знаю, сочувствую я ему или завидую.

— Надеюсь, вы позволите ему разобраться в этом самому.

— Хотите одержать верх надо мной, а?

— Даме приходится пользоваться своими преимуществами, если она сталкивается с одним из «порочных лордов».

— А вы умны! — сказал граф, придя к определенному решению. — Очень хорошо, буду держать свое мнение при себе.

— Уж постарайтесь. — Грейс поколебалась, но все же оглянулась. — И, возможно, когда-нибудь я вам честно отвечу на вопрос, который вы не решились задать.

— Что это за вопрос, леди Грейс?

— Вам хочется знать, чьи поцелуи мне нравятся больше — ваши или герцога.

— О боже! — Фрост затрясся от хохота. — Во всяком случае, мне точно известно, чьи поцелуи больше понравились вам сегодня. Если только Хантер не окажется круглым идиотом, мне придется удовлетвориться этой скромной победой.

Грейс, все еще улыбаясь, пошла к негодующей леди Нетерли и ее спутницам.

Глава восьмая

Настроение у Хантера было отвратительное.

Леди Нетерли он отыскал почти сразу. Увы, старая маркиза не спешила сообщить ему о местопребывании леди Грейс. Ничего не узнал он и от Джулианы, жены Сина, как и от Реган, Изабеллы и Софии, которых встретил поочередно. Что касается самого Сина, то ему показалось, что тот горячо уговаривает жену пораньше уйти с бала.

Кто-то сказал, что здесь еще Фрост и Вейн, но ни того ни другого он в зале не заметил.

Почему же так трудно отыскать одну-единственную леди?

Сердясь на себя за то, что его мысли снова заняты этой девчонкой, Хантер слишком резким толчком отворил дверь и оказался в какой-то комнате. Внутри горели свечи, и он увидел, что это небольшая уютная гостиная. Вероятно, здесь можно побыть одному и отдохнуть от шума и суеты, царящих в бальной зале, но никто не искал здесь в данную минуту уединения.

— Хантер! Вот нежданная радость!

Этот женский голос он узнал сразу. Изобразив на лице нечто вроде улыбки, он повернулся и поздоровался с той женщиной, встречи с которой непременно избежал бы, если бы знал, что она будет на этом балу.

— Леди Клифтон! Сколько же времени мы не виделись?

— Слишком много, раз ты забыл, что всегда звал меня просто Порцией, — ответила она, слегка надувая губки.

— Но это было до того, как вы вышли замуж за Клифтона. — Он взял ее за руку и поклонился. — Вы должны быть благодарны мне за то, что я решил вести себя как человек благонравный.

В свои двадцать восемь лет Порция Флетчер, графиня Клифтон, выглядела такой же прелестной, как и в тот день, когда он впервые встретил на балу ее, семнадцатилетнюю девушку, только начавшую выезжать в свет.

Она тогда покорила Хантера, который был на полтора года ее старше. Через три недели он убедил себя, что влюблен. Для него это было впервые — до тех пор ни одна женщина не тронула его сердце так, как Порция. И все же их будущее было туманным с самого начала. Родители молодой леди хотели, чтобы она удачно вышла замуж, а Хантер не мог предложить ей свою руку.

Он должен был сдержать слово, данное бабушке.

И сколько ни молила его Порция, обливаясь слезами, он упорно не соглашался нарушить данную когда-то клятву. Ее отец, огорченный упрямством молодого человека и обеспокоенный тем, что дружба с Хантером может отпугнуть других богатых поклонников, согласился отдать дочь первому, кто попросил ее руки, а именно лорду Клифтону, который был значительно старше Порции.

Хантер не имел никакого права вмешиваться в это дело, но все же пытался отговорить Порцию от замужества. Она была готова так поступить, если Хантер откажется от леди Грейс и женится на ней, Порции. Хантеру очень хотелось это сделать. Во всяком случае, его чувства к Порции были настоящими. В конечном счете победа осталась за родителями Порции. Они, что было вполне резонно, запретили дочери встречаться с ним, а затем воспользовались его отсутствием, чтобы убедить дочь в том, что лорд Клифтон — вполне приличная партия, особенно учитывая то, что она связалась с помолвленным джентльменом, который собирался жениться на своей невесте.