Страх перед страхом - Малышева Анна Витальевна - Страница 10

«Или это девушки сейчас такие ветреные пошли, что парням ничего другого уже не надо? – потерянно подумала она. – С ума сойти…»

– Я понимаю, что вы обо мне думаете, – неожиданно сказал Леонид, как будто прочитал ее мысли. – Вы думаете – вот дурак. Правда?

Она вздрогнула:

– Вовсе нет!

Парень покачал головой:

– Ну или что-то в этом роде. А для меня это было важно, понимаете? Важно, что на нее можно положиться. Она показалась мне надежной, и потому она мне очень нравилась…

Татьяна прикрыла глаза. Надежной? Ей самой дочь никогда не казалась воплощением надежности. Скорее, напротив – та всегда отличалась своенравием. То, что она узнала в последнее время, окончательно утвердило ее в этом мнении. Она считала Иру всего лишь капризным несобранным ребенком – а та была беременна от одного парня, собиралась замуж за другого. Татьяна думала, что дочь не выносит даже запаха алкоголя, а та сунулась под колеса в пьяном виде… Она думала, что та еще долго будет изводить ее своими фокусами. А Ира…

Татьяна встала, налила себе чаю, предложила Леониду, но тот отказался:

– Мне ничего в горло не пойдет. Если можно, я еще водки выпью.

– Пей, – равнодушно согласилась она. – Кстати, вы с Ирой пили?

– В смысле?

– Ну, она употребляла при тебе спиртное? Ты видел, чтобы она пила что-то крепче… пива?

Татьяна упомянула пиво, хотя знала, что Ира его терпеть не могла. Впрочем, что теперь можно было знать наверняка! Однако Леонид почти испуганно возразил:

– Да что вы! Она же была беременна!

Татьяна некоторое время обдумывала услышанное, потом покачала головой:

– Нет, еще не так давно она не была беременна. Тем не менее алкоголя и тогда не употребляла.

– Да, она упоминала, что не выносит даже запаха, не любила, когда я пил при ней!.. – воскликнул Леонид. – А почему вы спросили?

– Да потому, что она попала под машину, будучи пьяной.

– О боже, – прошептал он. – Ира напилась?

Татьяна уже его не слушала. Она стояла, прислонившись к кухонному шкафчику, отпивала из кружки остывающий чай и пыталась понять, чем руководствовалась ее дочь, напившись первый раз в жизни. Да еще в ее положении? Что могло ее заставить рискнуть здоровьем будущего ребенка, если уж смотреть на дело именно так?

И догадка, которая пришла ей в голову, окончательно ее потрясла. «Если она напилась, зная, что находится в положении, значит, ей уже было все равно, – подумала Татьяна. – Значит, она уже не заботилась о том, каким родится ребенок, родится ли он вообще… Так значит? Аборт? Или… Самоубийство?!»

Откуда-то издалека до нее донесся голос Леонида. Татьяна осознала, что уже некоторое время он что-то ей втолковывает, но она не слышала ни единого слова.

– Извини? – переспросила она.

– Я говорю, где это случилось? Где она провела три дня?

– Не знаю, где она пропадала, – ответила Татьяна. – А где попала под машину, знаю, конечно.

Она назвала ему место, напомнив, что именно на той улице Ира рассталась с ним в вечер первой встречи – он же сам рассказывал… Там она и погибла. Леонид застыл с поднесенной к губам рюмкой. Потом медленно поставил ее на стол:

– Погодите! Так она была у Жени?

Татьяна встрепенулась:

– Как? Ты был с нею знаком?

– Ну понятное дело, они же часто виделись! Мы с Ирой как-то были у Жени в гостях!

Татьяна не верила своим ушам.

– А она рассказала мне, что встретила Иру как-то случайно, в центре, на троллейбусной остановке… И это было месяца два назад!

Он помотал головой:

– Она врет, не знаю почему, но врет! Мы были у нее в гостях всего дней десять назад! Тогда я с ней и познакомился! А до того только слышал от Иры, что у нее есть очень близкая подруга! Когда мы вышли от Жени, я еще спросил Иру – почему она в первый раз привела меня к ее дому? Она только смеялась, говорила, что хотела от меня отвязаться, чтобы я потом ее не выследил…

Татьяна нахмурилась:

– Ты не путаешь? Женя – это такая высокая худенькая блондинка, скуластое лицо, серые глаза…

– Да ничего я не путаю, мне ли ее не узнать! Конечно, мы были у Жени! Вы-то сами у нее бывали?

Она покачала головой:

– Нет, никогда. Я, знаешь ли, была не в тех отношениях с ее родителями, чтобы ходить к ним в гости… Удивляюсь, как они тебя-то не выставили за дверь.

Леонид озадаченно на нее взглянул, затем наконец осушил налитую рюмку. После этого он вдруг заговорил быстрее – будто был снят последний барьер:

– А при чем тут Женины родители? Она жила одна, без предков!

Татьяна подсела к столу:

– Ты о чем? Она жила с отцом и матерью, я их видела как-то раз… Не думаю, будто они согласились, чтобы Женя жила отдельно! И потом, она жила по тому адресу, еще когда была школьницей… Не могли же они оставить ее одну, когда дочь еще училась в школе! На такое даже мы с Алексеем не пошли бы, а мы вовсе не такие уж деспоты!

Леонид слушал ее со странным выражением на лице. Как будто не был уверен – всерьез ли она говорит. Затем возразил:

– Я не знаю, что вам рассказала Ира… И что – Женя… Только когда мы были у нее в гостях, она точно жила одна в той квартире. Адрес верный?

Они еще раз повторили все приметы дома, где жила Женя. Татьяна знала их со слов дочери. Леонид – не понаслышке. Никаких сомнений не было – они описывали один и тот же дом.

– И ты утверждаешь, что был там десять дней назад? – воскликнула Татьяна.

– Ну конечно! Ира сама меня пригласила, она сказала, что хочет увидеться с подругой. Заодно и познакомимся…

– О черт… – протянула Татьяна. – Почему же она мне соврала?

У нее не укладывалось в голове, что Женя – девушка, всегда вызывавшая у нее острую жалость и материнские чувства, – могла ей солгать. Причем в таком важном вопросе. Зачем ей это понадобилось? Но что-то в этом рассказе не сходилось, что-то ее тревожило. Она вспомнила:

– Ее телефон ты знаешь?

– Телефон Жени? Нет.

– Когда я ей звоню, обычно берет трубку мать. Так как же ты говоришь, что она живет одна?

– А вы позвоните ей прямо сейчас, – предложил Леонид. – И сами обо всем спросите!

Татьяна взглянула на часы. Поздновато, конечно, но сейчас для нее такие условности никакого значения не имели. Она сняла трубку и набрала номер.

Ответил мужчина:

– Слушаю.

Этот голос – басовитый и солидный – Татьяна уже знала. Отец Жени всегда говорил так, будто сидел в директорском кресле, несмотря на то что профессию имел довольно скромную, – он был окулистом и работал в районной больнице.

– Нельзя ли позвать Женю? – спросила она.

– Вам не кажется, что уже слишком поздно? – резко ответил он.

– Я мать ее подруги, Татьяна Николаевна, – напомнила та о себе. – Неужели Женя вам ничего не говорила?

Озадаченное и неприязненное молчание. Потом, демонстративно нехотя, мужчина согласился позвать дочь – если та еще не спит. Через полминуты подошла Женя. Голос у нее был испуганный:

– Слушаю?

– Это опять я, – сказала Татьяна. – У меня к тебе вопрос, только я не знаю, как сказать… Ты можешь разговаривать?

– Не совсем, – сдержанно ответила девушка.

– Отец стоит рядом, да?

– Да, – сдавленно прозвучало в ответ.

Татьяна вздохнула, но все-таки решилась:

– Послушай, ты совершенно уверена, что виделась с Ирой два месяца назад? Может быть, и в последнее время вы тоже встречались?

Она поймала взгляд Леонида – тот как будто подбадривал ее, побуждал говорить решительней. Женя вздохнула:

– Я полностью уверена, Татьяна Николаевна, – удивленно ответила девушка. – Почему вы сомневаетесь?

Ее голос звучал так искренне и простодушно, что Татьяна просто не могла ей не верить. Но она все время чувствовала на себе взгляд Леонида – вовсе не пьяный взгляд, напротив – цепкий и выжидающий.

– Кстати, – заметила она, собравшись с мыслями. – Ира не знакомила тебя со своим женихом?

– С Петром? Нет…

– Я говорю о другом парне, о Леониде. О том женихе, которого она представила нам с отцом. – Татьяна произнесла эти слова с нажимом, ничуть не переживая о том впечатлении, которое они могли произвести на парня. Впрочем, тот и глазом не моргнул – сидел и слушал.