Отравленная жизнь - Малышева Анна Витальевна - Страница 36

– Что с вами?

– Сердце… Нужно запить таблетку… – Лариса выдавливала слова по одному. Она не слишком верила в свой актерский дар. Но Катя воскликнула:

«Воды?» – и помчалась на кухню. Пока она там была, Лариса успела схватить картину с подоконника и спрятала ее под шубку. Теперь, прижимая руку к груди, она одновременно поддерживала картину, чтобы та не упала на пол. Лариса молила Бога об одном – чтобы женщина не заметила исчезновения холста. Но Катя, вернувшись со стаканом, даже не взглянула на окно.

Гостья сделала глоток и сдавленно поблагодарила:

– Спасибо… Зайду в другой раз, что-то мне нездоровится…

– Отдохните! – предложила Катя, видимо разочарованная тем, что дама ничего не купила.

Но Лариса торопливо попрощалась. Она вышла на лестницу, вызвала лифт и, пока он не поехал вниз, все время ожидала окрика. Но Катя ее не остановила.

Телефон Саши Мордвиновой попал к ней случайно. Заполучив картину, Лариса стала раздумывать, как найти реставратора, который поможет придать пейзажу первоначальный вид. Она долго, почти две недели не могла решить, как поступить.

Ни один вариант ее не устраивал. Ей не хотелось нести картину в реставрационную мастерскую. Там она могла попасться на глаза слишком многим людям. Лариса очень боялась, что Катя обнаружит пропажу, заявит в милицию и тогда ее попросту обвинят в воровстве, едва она покажет кому-то картину. Лариса решила найти частника, который работает на дому, который уж точно будет не в курсе этой кражи и не пойдет в милицию. «Все они уклоняются от налогов, а значит – предпочтут молчать… – соображала Лариса. – Но где найти частника-реставратора?»

Она вспомнила, как одна из ее знакомых хвасталась, что задешево отреставрировала парочку пейзажиков девятнадцатого века. Лариса позвонила этой женщине, и та подтвердила, что пейзажи реставрировали не в мастерской. И это сделала дочка ее старых знакомых. «Девушка закончила Академию художеств, но, кажется, бедствует, заказов нет. Конечно, она не откажется взять что-нибудь на реставрацию, – сообщила та. – А что вы купили, Лариса?» Однако Лариса уклонилась от прямого ответа. Она только сказала, что приобрела на аукционе какую-то потрескавшуюся дрянь, сделала это сдуру и все еще сомневается – стоит ли выбрасывать деньги на реставрацию. Своей цели она достигла – все оказалось так, как и рассчитывала Лариса. Девушка даже не смогла определить, чья это работа. Даже если услышит про то, что украли картину какого-то Корзухина, – вряд ли подумает на этот пейзаж.

Обо всем этом Лариса вспоминала, сидя на полу, окоченев от холода и тоски. Укушенная рука болела все сильнее. Лариса знала, что нужно встать, включить электрическую батарею… Сделать хоть что-то, иначе она простудится и ближайшие дни проведет в постели с температурой. Наконец она заставила себя подняться и взглянула на часы. "Пять утра…

Какое ужасное время! – Ее пробирала дрожь. Лариса щелкнула переключателем батареи и села на край постели. – В такое время начинает казаться, что ночь никогда не кончится. Странно, почему?

Ведь до рассвета совсем близко. Какой глухой, темный час, особенно осенью и зимой! Мне почему-то кажется, что, когда я буду умирать, это случится именно в пятом часу утра…"

Она вышла в столовую, сняла телефонную трубку. Наверное, у мужа в кабинете звякнул параллельный аппарат. Лариса постояла, слушая гудки в трубке, но не услышала характерного щелчка, говорящего о том, что Денис подслушивает. Она решилась и набрала номер Ивана. Лариса не слишком рассчитывала, что он поднимет трубку в такое время. Но его голос раздался буквально через несколько секунд:

– Да, слушаю.

– Ты не спишь? – тихо спросила она.

Иван промолчал.

– Ты не хочешь услышать, почему я украла картину у твоей жены? – еще тише продолжала Лариса. – Услышать от меня, а не от соседей?

– Соседи не знают, кому и зачем могла понадобиться моя мазня, – откликнулся он.

Иван разговаривал с ней, и Лариса была рада уже этому. Она воскликнула:

– А мне нужна была твоя мазня, очень нужна! Я предложила Кате пятьсот долларов, но она отказалась. Что мне было делать? Я украла картину. Ты знаешь, какую именно?

– Да. Катя мне сказала.

В первую секунду Лариса не вникла в смысл ответа. Но потом ей вдруг стало жарко. Она почувствовала, что кровь хлынула к ее лицу. «Неужели он сошел с ума? – подумала женщина. – А ведь такое могло случиться… В одну минуту потерять жену и сына… Все потерять… Один, в пустой квартире…»

Но Иван говорил вполне разумно, голос у него был спокойный. Лариса не знала, что и думать.

– Прости, – осторожно сказала она. – Катя погибла в тот вечер, когда я украла картину… Тебя ведь там не было. Что она могла тебе сказать?

– Я там был, – все так же спокойно ответил Иван. – Чему ты удивляешься? По-твоему, я не имею права прийти к себе домой? Ведь это мой дом.

– Но она же сказала мне, что тебя не было полгода! – Лариса не верила ему. – Когда ты туда пришел? После меня?

– Конечно после, ведь картины уже не было.

Я вернулся часов в одиннадцать.

– Как же… – Она задохнулась и едва смогла произнести:

– Как же ты посмел обвинять меня в их смерти?! Ведь ты был там уже после меня!

– А кто же их убил? – еле слышно ответил Иван. – Я-то этого не делал…

Лариса ни о чем больше не спрашивала. Он тоже молчал. Если бы Денис сейчас поднял телефонную трубку в своем кабинете, он бы очень удивился. Но Лариса знала, что муж спит – его отрывистый, частый храп доносился даже через стены и запертые двери.

– Мне нужно тебя увидеть, – прошептала она наконец. – Как можно скорее… Сегодня, сейчас!

Можно я приеду?

– Только не сюда, – после короткой заминки сказал Иван. – Тебя могут увидеть соседи. Давай встретимся в городе.

Лариса назначила время и место, Иван сказал, что придет. Когда она положила трубку на рычаг, до нее вдруг дошло, что она назначила ему место, где всегда начинались их свидания. У гастронома, возле родительского дома. Женщина слабо усмехнулась:

«Инстинкт, привычка… Можно подумать, что не было этих двадцати двух лет… Какой он стал?» И конечно, она имела в виду Ивана, а не гастроном.

Наутро Денису стоило больших трудов подняться с постели. Проснувшись от звона будильника, он некоторое время соображал, почему оказался на диване в кабинете, а не на супружеской кровати в спальне. Но мало-помалу вспомнил все и схватился за сердце. Нащупав на груди пижамы карман, он вытащил оттуда кольцо. Оно всю ночь давило ему на грудь, и на коже слабо отпечатался маленький кружок. Это зрелище окончательно привело его в себя и заставило выбраться из постели.

Умывшись, Денис заглянул в спальню. Жена еще спала. Она лежала на животе, обняв подушку, и он видел только волну ее спутанных черных волос да смуглую щеку.

– Лара, – негромко окликнул он.

Женщина не шевельнулась. Денис вздохнул, открыл шкаф, достал костюм и свежую рубашку. Одеваясь, он то и дело посматривал на жену, но та лежала в прежней позе. Наконец он не выдержал. Затянув узел галстука, Денис склонился над постелью и тронул женщину за плечо:

– Нечего притворяться, тебя же любой шорох будит. Ты не спишь.

Лариса чуть приоткрыла глаза, но ничего не сказала. Денис опять потрепал ее по плечу – осторожно, нерешительно:

– Помнишь, о чем мы говорили?

– Мы о многом говорили, – еле слышно ответила она.

– Я имею в виду Кипр. Поедешь?

– Почему бы не поехать?

– Так ты согласна? – Он, казалось, удивился. – Тогда я сегодня позвоню в агентство, секретарша завезет тебе путевку.

– Я еду одна? – Лариса по-прежнему смотрела не на него, а в стену.

– Ну как я сейчас брошу магазин? Сама должна понимать, какое время настало. Мне не до отдыха.

Она не ответила, только слегка дернула плечом.

Он понял и отвел руку. Напоследок, уже в дверях, Денис примирительно спросил: