Ночь опасна - Малышева Анна Витальевна - Страница 36

– Это единственное, что мне приходит в голову.

– Хорошо. У меня только один вопрос – зачем ему это? К чему такая сложная комбинация?

– А к тому, что тогда это убийство будет всеми восприниматься как случайность. Дескать – перепутали похожих женщин в темноте. Тем более что покушения на Нину уже были – она, очевидно, является настоящей жертвой. А на самом деле…

– Она опоздала, – закончила Тамара. – Кажется, именно так ты когда-то выразился? Опоздала на собственную смерть. Разве кто-нибудь мог знать, что она опоздает? Если бы они с Машей пришли туда вовремя, там оказалось бы сразу две женщины. Нет, Олег, придумай что-нибудь другое. Это интересная, даже эффектная версия. Только она неправдоподобна.

– Но почему?!

– Если у Маши был враг, который хотел ее убить, – он не стал бы устраивать подобную инсценировку. Это чересчур рискованно – впутываться в чужое заказное убийство.

Он признал, что Тамара права. Но тогда все рушилось, рассыпалось, не имело отгадки.

– И все-таки между ними есть какая-то связь, – мрачно сказал Олег. – В случайность я не верю.

Женщина слегка пожала плечами:

– Я бы пока не делала никаких выводов. Все, что нужно сейчас сделать, – выяснить, почему Маша отправилась ночью на Чистые пруды. А этого мы до сих пор не знаем. И следствие не знает. Зато мне удалось узнать кое-что еще.

Тамара явно не чувствовала особого воодушевления, рассказывая о своем новом открытии. Она даже извинилась, что передает такие сплетни. Но что делать, если никаких других источников нет…

– Я говорила с соседями, в том числе с Галей. Впрочем, ее имя ничего тебе не скажет. Так вот, она незадолго до Машиной смерти слышала кое-что любопытное.

– Галю я как раз знаю, – Олег наслаждался ее изумлением. – С ней я тоже говорил. Но она сказала, что весь вторник была на работе и потому ничего не слыхала.

– Верно! Но в воскресенье она сидела дома. И можно сказать, была свидетелем ссоры за стеной.

Такие сцены не были для Гали чем-то новым. Она, можно сказать, успела к ним привыкнуть, хотя не уставала возмущаться тем, в каких условиях теперь живет ее соседка. И она с готовностью поведала Тамаре, что воскресный скандал превзошел все предыдущие.

Началось с пустяка, как считала Галина. Сперва где-то в недрах соседской квартиры послышались громкие голоса. О чем говорили – ей расслышать не удалось, она только узнала по голосам участников разговора. Это были молодожены – если можно их так называть. Машиного голоса слышно не было. Впрочем, обычно во время ссор женщина отмалчивалась.

– Потом они перешли в смежную комнату, и вот тут Галя услышала почти все. Валера говорил, что мать нарочно делает все ему наперекор. Кажется, он был недоволен рыбой, которую она купила накануне и теперь собиралась зажарить. Думаю, что это была камбала, – Тамара грустно усмехнулась. – Из-за камбалы он мог устроить Варфоломеевскую ночь. А Маша как раз ее очень любила, иногда позволяла себе покупать рыбку-другую. Для собственного употребления.

Скандал приобретал все более неприятное направление. Лика тоже позволяла себе высказываться. Она визгливо жаловалась на то, что губит свое здоровье на работе, мучается, стараясь принести в этот дом лишний рубль, а в результате не получает ничего, кроме унижений. С ней не считаются, она тут никто, и не может даже зайти на кухню сготовить воскресный обед, чтобы не задохнуться от жуткой рыбной вони… Нет, лучше ей уйти навсегда! Валерий с этим мнением не согласился и намекнул, что лучше всего было бы уйти кое-кому другому. И тут впервые раздался голос Маши. До этого момента задыхавшаяся от гнева и любопытства соседка даже не знала, находится ли та в той же комнате.

– Знаешь, что сказала Маша? Она заявила, что им недолго осталось терпеть ее присутствие, она уйдет отсюда очень скоро. И после этого – как отрезало. Сперва наступила тишина, а потом кто-то включил телевизор и уже ничего не было слышно.

Они помолчали. Олег украдкой взглянул на часы. Ждет ли его Нина? Она не могла сесть в машину, ключи он унес с собой. Наверное, женщина уже замерзла, ожидая его на улице, а может, вообще ушла. Но это были какие-то спокойные, отстраненные мысли, как будто дело касалось чужого человека.

– Когда Галя мне это передала, я решила, что Маша просто рассердилась и намекнула им на свой возраст, на здоровье, – тихо добавила Тамара. – Хотела дать понять, что с нею не следует так обращаться. Знаешь, я не суеверна, не верю в предчувствия. Но получается, что она как будто предсказывала свою смерть. А теперь еще эта твоя версия…

– Но если прав я, тогда она говорила именно о своей скорой смерти.

– И поехала на Чистые пруды, зная, что ее там убьют? Не оставив никакой записки, не попрощавшись хотя бы с сыном? Со мной, в конце концов?

– Ты же говоришь, она приезжала к тебе в тот самый день!

Тамара остановилась у окна, повернувшись к нему спиной. Вместо лица Олег различал смутное пятно – в комнате было сумрачно, а света хозяйка не зажигала.

– Может быть, она в самом деле хотела проститься, – пробормотала Тамара. – Но не решилась. Все может быть. А теперь беги, тебя ждут!

Такое неожиданное прощание ошеломило его. Он поднялся, хотел еще что-то сказать, но она остановила его движением руки:

– Я хочу побыть одна и подумать. И потом, сейчас ко мне придут, я должна успокоиться. Ну, иди же! И не забывай звонить!

Он волновался напрасно – Нина никуда не исчезла и даже не выглядела озябшей. Она не проронила ни слова за все то время, пока он вез ее на работу. Правильнее было бы сказать – на бывшую работу, но Олег предпочитал не обсуждать этот вопрос. И только когда Нина стала давать указания, как удобнее проехать к зданию, где располагался офис, Олег осмелился задать вопрос:

– Ты уверена, что он уже там? Может быть, сегодня он решил отдохнуть после командировки?

– Коля не знает, что такое отдых, – заявила она. – Следующий поворот, и до конца. Да, сюда.

Остановив машину, он еще раз уточнил, нужно ли его присутствие при объяснении. Но Нина была неумолима. Она желала, чтобы Олег пошел вместе с нею, и точка. И он повиновался.

Начальницу и жену босса почтительно приветствовали все – от массивного охранника, открывшего им тяжелую железную дверь, до щуплой девушки-секретарши, сторожившей подходы к кабинету. В коридоре Нину несколько раз останавливали коллеги, но она отделывалась от них невнятными фразами. Все спрашивали о ее здоровье, но ответа не получали.

– Николай здесь? – резко спросила она секретаршу.

– Да, – та поднялась при их появлении. Девушка была до того хрупкой и миниатюрной, что Олег испугался, как бы она не переломилась пополам от этого движения. – Как хорошо, что вы вернулись! Мы все так за вас переживали!

– Приятно слышать. Он один?

И, не дожидаясь ответа, Нина прошла в кабинет, жестом пригласив с собой Олега.

Кабинет неожиданно оказался очень маленьким. Здесь помещался стол самого директора, несколько кресел, компьютер и кофейный столик с приготовленным на нем сервизом. Все остальное место занимали два застекленных шкафа с документами. Ну и сам Николай, конечно. Возможно, именно благодаря его присутствию кабинет и казался таким тесным.

Увидев его, Олег испытал настоящее потрясение. Муж Нины оказался настоящим богатырем – высоким, плечистым, упитанным, со здоровым румянцем во всю щеку. И как ни странно, муж выглядел намного моложе Нины. На нем был дорогой, но изрядно помятый костюм, золотистый галстук, скрепленный зажимом с каким-то желтым камнем. Нина подошла к богатырю и, перегнувшись через стол, поцеловала его румяную щеку. Это был скорее сестринский, чем страстный поцелуй.

– Как съездил? – спросила она.

– Да нормально, лучше, чем ожидал. А ты что-то бледная. Может, нужно было еще остаться в санатории? Дела подождут!

Николай говорил все это, глядя через плечо жены на непрошеного визитера. Нина наконец обернулась и представила Олега: