Никогда не заговаривайте с неизвестными - Малышева Анна Витальевна - Страница 26

Ткнула еще раз, и опять мимо. Она раздраженно заворчала, нашарила пепельницу и поставила ее немного иначе. Иван следил за движениями ее чутких пальцев и вдруг догадался посмотреть в лицо.

Нашаривая пепельницу, женщина на нее не смотрела. Она сидела прямо, вздернув подбородок, и ее темные глаза уставились ему в переносицу…

— Вы.., не видите?! — вырвалось у него.

— Я слепая, не поняли? — раздраженно ответила она.

1. — Не понял…

— Все! — резко бросила она. — Закрываем эту тему, молодой человек, я об этом не говорю!

— Простите…

— Как вас зовут?

— Иван.

— Иван?.. Не знаю ни одного Ивана среди ее знакомых.

Он понял, что Дана говорит об Алие.

— Вы из милиции? — опять спросила женщина.

— Нет. Я ее друг.

— Я не очень верю вам.

— Ну и не надо.

— Грубить не советую, — предупредила Дана. — Если вы ее друг — почему не помогли тогда, весной?! Она нуждалась в помощи друзей, но все от нее отвернулись, боялись замарать руки!

— Расскажите, что было весной! — попросил Иван.

— Не желаю.

— Но она мне очень нужна! Мне важно все про нее узнать… Черт, но она была тут, я с ней говорил! — Опять чуть не взорвался Иван, но вовремя взял себя в руки. — Почему вы решили, что она мертва? Она просто в розыске.

Дана покачала головой:

— Полгода в розыске? Это — смертный приговор.

— Не всегда. Некоторые нарочно скрываются.

Их ищут по много лет.

— Так это преступники. Уголовники, — резко и четко отвечала Дана. — А кем она была? Боже мой… Милая, открытая, наивная девочка… Ребенок, в сущности…

— Не сказал бы… — протянул Иван. — Этот ребенок чуть не проломил мне голову, отбил почки и угнал машину.

— Что вы болтаете?!

— То, что слышите. Но я ее ищу не для того, чтобы проучить. Она мне просто нужна.

— Влюбились, что ли? — насмешливо спросила женщина.

— Нет, с чего вы взяли?

— Она с вами переспала?

Парень немного смутился, потом хмыкнул:

— Она сама хотела.

— Да, она редко кому отказывала, — кивнула та. — Но это было от душевной простоты. А чем это кончилось — даже думать не хочу. Алия была милая, добрая, но.., ее сломали. Сломали и выбросили. Иван, я вас прошу уйти, — неожиданно закончила Дана, — У меня страшно болит голова.

— Давайте закрою окно, — предложил он. — Вы же насмерть простудитесь.

— Я никогда не простужаюсь… А когда в комнате холодно — мне легче. Голова быстрее проходит. Знаете, я совсем не мерзну. Чувствуете?

Она потянулась к его лицу и неожиданно провела по его щеке ладонью. Ладонь была горячая, сухая. Иван попятился:

— Я пойду?

— Идите. В другой раз поговорим.

— Не провожайте, — быстро сказал он. — Я поговорю с соседями Может, они видели ее. Понимаете, она могла к вам прийти, а вы бы ее даже не увидели. Я не ошибался — я говорил по телефону именно с ней. Да вот вам доказательство — она сказала, что вас дома нет.

— Я была дома. — Дана растерянно опустила протянутую к нему руку. — Вам показалось… Вы перепутали…

— Ладно, спокойной ночи.

Он вышел в коридор, но пошел не к входной двери, а в глубь квартиры. Дергал каждую дверь. Заперто, заперто, заперто. Везде тишина, нежилые запахи, грязь на полу, немытые окна на кухне.

Кухня его убедила в том, что здесь не может жить столько народу, как уверяла Дана. Одно помойное ведро, одна швабра с тряпкой, один кухонный стол…

* * *

…Он не успел вовремя броситься на пол, когда услышал шорох за спиной, и первая пуля обожгла ему кожу на голове. Когда выстрелили второй раз, он уже быстро отползал к стене, но пуля все же выбила кусок кафельной плитки у него под носом.

А потом наступила тишина.

Глава 6

Он вжался в стену, рядом с дверью в коридор, откуда прилетели пули. Потянуло сквозняком — Иван понял, что комната напротив кухни теперь открыта. А ведь была заперта — он сам дергал ручку двери… Снова выругал себя, что не взял оружия. Даже нож у него дурацкий — перочинный…

Он стрелял глазами по кухне и вдруг увидел то, чего сперва не заметил — дверь на черную лестницу. Дверь была заперта на огромный крюк, замков не было. Иван подобрался. Секунда, всего секунда нужна, чтобы проскочить мимо двери в коридор и откинуть крюк на той, другой двери. Но за эту секунду его, конечно, подстрелят. Однако деваться было некуда, и ждать он не мог… Все, чем он мог облегчить свою задачу, — оставить кухню в темноте. Он хорошо запомнил, где находится заветная дверь, и рассчитал свои движения так, чтобы выход занял меньше двух-трех секунд.

Иван огляделся, присматривая какой-нибудь увесистый предмет, чтобы метнуть его в лампочку. Самым подходящим показался стертый точильный камень. Камень лежал на кафельном полу возле самой стены, в куче пыли и сухого мусора. Иван бесшумно извлек его оттуда и примерил на ладони — удобно ли? Ему некстати вспомнилось детство. Вот они на пустыре сложили пирамидку из мелочи и кидают в нее камнями. Кто больше сшибет — забирает монеты… Иван кидал метко, но выигрывал обычно Косой. Вот у того был глазомер! Но теперь Иван должен был обязательно попасть с первого раза. И выиграть жизнь. Он встал, прислушиваясь к тому, что творилось в коридоре. Послышался легкий скрип рассохшегося паркета. Там кто-то был, и он переборол в себе искушение метнуть камень не в лампочку, а в коридор… Поймать бы этого гада!

Но камень полетел в лампу. Легкий звон, грохот обвалившегося на пол камня — ив кухне стало темно. В коридоре кто-то метнулся, но Иван уже был у двери на черную лестницу. Прижался к ней, нащупал крюк, выбросил его из петли, нажал на дверь… Она не поддалась! Парень облился ледяным потом — ведь с той стороны дверь могла быть заколочена… Он слегка отступил, а потом налетел на дверь всей тяжестью тела. И она нехотя дрогнула, скрипнула… «Просто рассохлась, ее давно не открывали… — понял он. — Ну!» После второго удара дверь распахнулась, и он пулей выскочил на крутую грязную лестницу, слабо освещенную лампочкой. Лампочка горела на третьем этаже, но на втором и первом было темно…

Он бросился вниз. Из-под ног метнулась жирная бурая крыса, и от неожиданности он вскрикнул, хотя крыс не боялся. Дверь, ведущая на улицу, была настежь распахнута. Иван выскочил и сразу оказался в куче мелкого сорного угля. Куча была навалена прямо перед дверью, и он увяз в ней по колено. Но ему уже было не до чистоты ботинок. Он вскарабкался на кучу, огляделся, все время ожидая получить пулю в спину, и помчался к гаражам, теснившимся в углу двора. За гаражами, как он и рассчитывал, оказалась арка, ведущая в переулок…

Только оказавшись на сравнительно освещенном месте, он заставил себя идти нормальным шагом. Потом остановился, чтобы закурить, оглянулся. Никто за ним не шел. В переулке даже в этот поздний час виднелись прохожие. Но это был не тот переулок, с которого он вошел в дом Даны Сулимовой. Сигаретный дым принес ему небольшое успокоение — все же приятно, когда ощущаешь что-то привычное. На углу светилась аптека, и он хмыкнул, издеваясь над собой: «Вот бы сейчас валерьянки! Все, кончено, больше я без оружия эту девку не ищу!»

Но с оружием тоже возникали проблемы. Этими вопросами всегда занимался Серега. Серега либо брал оружие у клиента, если это входило в условия договора, либо покупал его у знакомого торговца. После дела оружие непременно выбрасывалось или бросалось на месте преступления.

Иначе ребята не работали, хотя конечно, жалко было выкидывать такие игрушки. Но Сергей умел приобретать стволы недорого — не новые, конечно, главное — чтобы не подвели. Иван знал, как найти того человека, с которым всегда связывался Серега. Но лично с ним он не был знаком. Серега запретил ему светиться на людях больше, чем необходимо. Пусть продавец знает только его, Ивану умнее будет держаться в стороне. Но теперь придется лично встретиться с тем человеком, а если тот откажет — искать другого. Однако как он может покупать оружие сейчас — когда он почти под следствием? Да, без друга Иван был как без рук. Был бы жив Серега — он бы сейчас искал эту Алию, и конечно, вооруженный…