Нежное дыхание смерти - Малышева Анна Витальевна - Страница 21

Он снова притих. Игорь Вадимович слушал, не отрывая глаз от его лица. Теперь это нервное, слишком бледное лицо казалось ему красивым, одухотворенным. Скульптор сам был похож на статую – если допустить, что у статуи из белого паросского мрамора могут быть такие грозовые глаза.

– Я сам виноват… – продолжал Аркадий. – Пришла пера собираться домой, а я ничего не сделал. Вначале я подписал сопроводительный лист на отправку в Питер гротескных скульптур… – Его голос возвысился. – Слушайте меня, прошу вас!

Уговаривать Игоря Вадимовича было не надо – теперь он внимательно слушал.

– Я подписал, потому что они мне сказали, что им необходимо какое-то время, чтобы организовать отправку. Как раз к концу моей работы все документы будут готовы и статуи будут отосланы незамедлительно. Иначе сроки растянутся, как бывает у них в Италии. Мне-то что было до этого? Я согласился и подписал все, что они захотели. Но скажите ей, что я ни одной скульптуры не сделал!

Его голос зазвенел от ужаса.

– Что теперь будет – не знаю, – прошептал он затем. – Я хотел бы сделать все, что полагалось, но не смог! Не знаю, на кого падет моя вина. Надеюсь, что ни на кого.

– Вы еще успеете сделать все, что захотите, – сказал Игорь Вадимович. Он проникся сочувствием к этому человеку, болевшему душой за свою работу.

«У нас в России всегда так, – подумал он. – Талант спивается или погибает другим образом. Этот парень – от новой отравы. А искусство лежит в руинах».

Аркадий безнадежно засмеялся. Это был истерический, слишком звонкий смех.

– Я никогда ничего не сделаю, – отчеканил он, успокоившись. – Меня сейчас убьют, если уже не убили.

– Какая чепуха… – пробормотал Игорь Вадимович. – Что вы говорите?

Сегодня, – прошептал парень, – сегодня, когда я вышел от Джакометти… За мной увязалась одна маска. Я поздно заметил, она была уже слишком близко. Я только почувствовал…

Парень запрокинул голову. Его затрясло. Оправившись, он продолжал:

– Я бросился бежать от нее, но мне не удавалось. Я ослаб, двигался слишком медленно. Она шла за мной, ей даже не надо было бежать, чтобы все время находиться рядом. Золотое солнце вместо лица. Вокруг лучи… И синий или черный плащ со звездами и планетами.

Он говорил быстро, как в бреду. Остановившиеся глаза смотрели сквозь Игоря Вадимовича, и тому было так скверно, как никогда. «До чего можно довести себя, – думал он. – Не дай мне Бог сойти с ума…» И вздохнул. Парень заметил это и опустил голову.

– Мне плохо, – отрывисто сказал он. – Может, я еще убегу… А может, уже не имеет значения. Она преследовала меня, пока я не оказался на Сан-Марко. Тут она меня потеряла.

Вдруг парень вскочил и тут же рухнул обратно на стул. Лицо у него было такое, словно он увидел привидение.

– Вон она! Опять!

Игорь Вадимович невольно взглянул на площадь. Но ничего похожего на то, что описал ему парень, там не было. «Бред. И что за угрозу он видит в этой несчастной маске – непонятно. Почему считает, что уже убит?»

– Успокойтесь, – попросил он Аркадия. – Я вот ничего там не вижу!

– Да?.. – неуверенно пробормотал тот. – Но я только что… Неужели показалось?

– Я уверен, что показалось, – успокаивающе произнес Игорь Вадимович. – Слушайте, отправляйтесь-ка бай-бай! Иначе эта ночь вам даром не пройдет. В канал свалитесь или еще что… И не думайте об этой несуществующей маске. Лучше купите себе какую-нибудь. И вас уже точно никто не узнает.

Игорь Вадимович вздохнул и закурил новую сигарету. Предложил Даше, но та отказалась.

– Все, что вы рассказали, – ужасно, – сказала она. – Полное разрушение личности. За какой-то месяц. Я боялась за него, но не знала, что бояться надо было настолько. Иначе не отпустила бы.

Тут же ей вспомнилось, что она не имела никакого права пускать или не пускать куда-то Аркадия, и ей стало еще горше.

– На этом все, я думаю? Он ушел?

– Ушел… – Игорь Вадимович помедлил, прежде чем произнести последние слова. – Он встал, не сказав мне больше ничего, и ушел. Я видел, как он вышел на площадь, купил первую попавшуюся маску у уличного торговца и исчез в толпе. Потом я снова посмотрел на площадь. И тут увидел то, что привело меня к вам, несмотря на ваше совершенно обоснованное сопротивление. Но сегодня я подумал, не слишком ли дорого обходится наша безучастность… Нам и всем остальным.

– Я прошу вас. – Даша тревожно посмотрела на него. – Вы ведь не хотите сказать, что…

По площади шла маска. – Голос Игоря Вадимовича упал, так что если Настасья Филипповна и подслушивала, то ничего не могла разобрать. – Та самая маска, которую мне описал Аркадий. Очень высокого роста, в широком синем шелковом плаще, с вышитыми на нем звездами и знаками Зодиака. Вместо лица у маски было золотое солнце. Впрочем, не так… – Он попытался объяснить. – У маски было лицо, золотое лицо, вокруг которого извивались либо щупальца, либо солнечные лучи. Да не в этом дело. Посмотрев на маску, я подумал, что бред Аркадия имел под собой некоторые основания. Маска была исполнена с высоким мастерством, но лицо… На нем застыла жуткая, издевательская ухмылка. Не знаю почему, но эта маска произвела на меня ужасное впечатление. Наверное, это произошло оттого, что Аркадий уже описал ее в подробностях и явно связывал с ней что-то страшное. Как я понял – свою смерть. Маска спокойно двигалась по площади, потом пропала из виду. В конце концов, там было столько масок…

Он развел руками и снова закурил. Даша молча смотрела в окно, зябко обхватив себя за локти. Наконец подала голос:

– Куда она пошла?

Я не знаю, – с горячностью откликнулся собеседник. – Я не видел, куда двинулся Аркадий. Честно говоря, тогда мне удалось избавиться от неприятного чувства. Я сказал себе: маска действительно жутковатая, и я его понимаю. А все прочее – только его больные выдумки. От всего этого вечера у меня остался только ваш питерский адрес, Даша. Адрес и телефон, которые он заранее записал на бумажке. Теперь я думаю, он собирался вручить ее кому-нибудь, специально искал русского туриста. И попал на меня.

– Похоже на то, – отозвалась девушка. – Значит, он хотел, чтобы обо всем этом узнала я?

– Да, – кивнул он. – Но, как я понял…

– Я не жена ему, – резко ответила Даша. – Вы все поняли правильно. Я была его любовницей целый год и собиралась выйти за него замуж. Впрочем, это уже не важно и неинтересно. А его жена…

Она запнулась. «Стоит ли сообщать ему о смерти Аллы? Что-то я слишком расслабилась. Кто он такой, я по-прежнему не знаю. Вижу только, что денег у него куры не клюют и совесть есть. А может быть – нет… Откуда я знаю?»

– А зачем же вы все-таки позвонили мне? Разве от этого что-то изменилось бы? Даже в том случае, если бы он не умер?

– Но ведь он умер, – тихо ответил мужчина. – Вы мне сказали по телефону, и я сразу понял, что все его слова были не простым бредом. Тогда мне стало страшно. Ведь я мог ему помочь, но не сделал этого.

– Это единственный случай в вашей жизни? – Даша пристально смотрела на него, и он поразился ее жесткому взгляду. – А я, знаете, привыкла уже к таким вещам. Ко мне часто обращаются люди, которых я могла бы спасти, но я этого не делаю. Пример тому – жена вашего знакомого. Аркадия.

– Жена? – удивился он. – Но что с ней-то случилось? Вы с ней контактировали?

Пусть это звучит цинично, но мы дружили. А что касается примера… На днях я зашла к ней поговорить об Аркадии. Она только что привезла из Beнеции его тело. Она очень просила меня остаться на ночь, так, поболтать… Я отказалась. А на другой день обнаружила ее мертвой. Она лежала в ванне, в воде был фен, а дверь ее квартиры незаперта.

– Вот как… – Игорь Вадимович как-то странно смотрел на нее. – Постойте, постойте… От чего она умерла?

– От удара током. Бытовая смерть, несчастный случай. Надо уметь обращаться с электроприборами, так вам любой врач скажет. Ее тело сегодня увезли на вскрытие. Но результаты можно предугадать. После чего ее похоронят. Тихо-мирно, без шумихи. Как похоронили ее мужа.