Когда отступать некуда, дерутся насмерть - Малышева Анна Витальевна - Страница 52

Машина остановилась возле полицейского участка. Там Настя и провела ночь – в одной из зарешеченных камер. Вдоль камер проходил коридор. По коридору изредка прогуливался сержант, поглядывая, что творится в камерах. Он ни с кем не разговаривал. Вместе с Настей в камере оказалась молодая, скромно одетая женщина, явно не француженка. Женщина пугливо кутала лицо в белый шелковый платок и стреляла по сторонам огромными черными глазами. Настя решила, что это индуска или арабка. Две другие женщины были, наверное, обыкновенными бродяжками. Они были пьяны, и запах от них шел непереносимый. Это было самое худшее, что случилось за ночь.

А наутро, как только Насте удалось задремать, камеру открыли. Сержант вывел Настю в какой-то кабинет и усадил на стул. Через полчаса ей дали стаканчик кофе. Она жадно напилась – только теперь она поняла, как ей всю ночь хотелось пить. Сержант говорил по телефону, потом он ушел, приходили и уходили еще какие-то мужчины, кто в форме, кто в штатском. За соседним столом допрашивали проститутку. Эта полная, разодетая с дешевым шиком девица держалась спокойно, даже добродушно. Настя клевала носом. За все это время никто ее ни о чем не спросил, ей не дали ни адвоката, ни переводчика. А потом ее отпустили.

Она так обалдела от усталости, что ей и в голову не пришло как-то выяснить, что случилось. Она бросилась к стоянке такси и велела везти ее в гостиницу. Деньги и документы ей вернули.

…Настя проспала до самого вечера. Проснувшись, она умылась, разодрала волосы щеткой и пожалела, что в этом номере нельзя принять ванну. Ванна располагалась в конце коридора, у нее в номере имелся только умывальник. «Ничего себе, путешествие, – подумала она. – Да весь этот Париж не стоит ломаного гроша! Чтобы не было ванны! И это после полицейского участка! Может, я там нахваталась всяких микробов – мало ли с кем я сидела!»

Она даже прикинула в уме, не хватит ли ей денег, чтобы сменить гостиницу на лучшую. Но вскоре убедилась, что это делать бессмысленно – через три дня группа уезжала обратно в Москву. А она так ничего и не увидела, если не считать юга…

Внизу, возле стойки администратора, ее ждал сюрприз. Администратор вручил ей конверт, на котором крупными буквами, по-русски, было написано ее имя. Настя растерянно поблагодарила его, отошла в сторонку и достала из конверта крохотный листок бумаги. А на листке был записан длинный телефон. Кода не было, и Настя после недолгих размышлений решила, что телефон парижский. Администратор продал ей телефонную карточку, и Настя вошла в кабинку, расположенную в углу гостиничного холла. Она очень волновалась, когда набирала номер. Настя слабо представляла, кто ей может ответить, кто нашел ее в Париже. Единственный человек, о котором она подумала в этой ситуации, был Сергей. «Если он тут – это здорово… Он один что-то понимает в этом дурдоме!» – мелькнуло у нее в голове. Но мужской голос, сказавший «Алло?», был ей незнаком.

– Вы мне оставили свой телефон, – начала она. – Меня зовут Настя, Настя Садовникова.

– Очень хорошо, Настя, что вы позвонили, – ответил ей мужчина. Он говорил по-русски без акцента. – Вас уже отпустили?

Настя испуганно ответила:

– Да… А вы откуда знаете, что я там сидела?!

– Так мы же вас и вытащили, – пояснил тот. – Внесли залог. Ну, все хорошо, что хорошо кончается. Возьмите такси, Настя, и приезжайте… Постойте, лучше запишите, что сказать водителю по-французски.

Мужчина терпеливо ждал, пока Настя сбегает к портье за ручкой. Она записала несколько французских слов, которые ей продиктовал незнакомец, на оборотной стороне листка с его телефоном.

– Приезжайте прямо сейчас, – сказал мужчина напоследок.

– Простите, но кто вы?

– Бояться вам нечего, – отрезал тот.

– Вы не от Сергея?

Мужчина запнулся на мгновенье, а потом так же резко ответил:

– Лучше не называйте по телефону никаких имен. Вы все усвоили? Берите такси и приезжайте. Не бойтесь, это вам не повредит. По этому телефону больше не звоните – меня тут уже не будет. Это был разовый номер. Порвите записку.

И он повесил трубку. Настя некоторое время сомневалась – ехать ли ей по этому адресу или обратиться в полицию? Но французская полиция оставила у нее неприятные воспоминания. Этот человек хотя бы говорил по-русски, и у нее была надежда, что он все же от Сергея. «Может, Влада с деньгами нашли? – подумала она. – Во всяком случае, им с меня взять нечего. У меня же ничего нет. Если я поеду, хуже не будет. А если все же будет хуже?» Но в это ей уже верилось с трудом.

И все же она никак не могла принять решения. Зажав в кулаке бумажку с адресом, она вышла из гостиницы и огляделась по сторонам. Ничего подозрительного она не заметила. Поблизости не было видно даже полиции.

По тихой улице изредка проезжали машины, в пивном баре напротив было полно народу. Из музыкального магазина доносилась легкая, немного старомодная мелодия. Начинало темнеть, и откуда-то пахло дымом. Этот запах казался странным в городе, и Настя вспомнила деревню на юге. Там остались некоторые ее вещи, там блуждал среди кустов одичавший сиамский кот. Она вспомнила, как прыгнула со второго этажа прямо в куст и содрогнулась.

«Бог меня сохранил, – подумала она. – Ив самом деле я сума сошла… Там была сотня острых сучьев и веток, и ни один сучок не выколол мне глаз, не продырявил легкие или горло… Тогда бы мне пришел конец. Господи, какая я была дура… Неужели это все было со мной?» Чтобы убедиться в этом, Настя провела пальцем по царапине у себя под глазом. Царапина уже почти не болела.

Целый час девушка просидела в пивном баре. Она ела креветки, пила темное пиво, курила сигарету за сигаретой и чувствовала, как голова все больше тяжелеет. Несколько суток подряд ей не удавалось выспаться, и вот сейчас все это сказывалось. Она подумала, что было бы неплохо вернуться в гостиницу и проспать там до утра. Она успеет съездить по этому адресу и на другой день. «А может, никуда не поеду! – сказала себе Настя, уже опьяневшая. – Мало ли кто там меня ждет? Не поеду. Пошли все на фиг!»

Она взяла еще пива и устроилась за столиком поудобнее. Настя приняла твердое решение – никуда не ехать, ни во что не впутываться. «Что это такое, в конце концов?! – злилась она. – Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что… Даже не представились, даже не сказали, что случилось! Черти… Пошли на фиг!» Она, конечно, не пропустила мимо ушей, что именно этот человек вытащил ее из полиции. Но теперь ей казалось очень подозрительным то, как он это сделал? «Подкупил полицейских? – думала она. – Говорят, можно внести залог… Ой, ну тогда еще ничего не кончается. Тогда меня и в Москве по ментовкам затаскают. Боже, боже, ну почему же я нарвалась на Лерку! Если бы я тогда позвонила по другому телефону, все было бы иначе!»

– Разрешите присесть?

– Да, – кивнула она, увидев, что к столику подошел какой-то мужчина и положил руку на спинку свободного стула.

Мужчина сел за столик, подозвал официанта и заказал себе пива с орешками. «Странно, – подумала Настя. – Как это мы с ним объяснились?! Неужели я стала понимать по-французски?!» С официантом мужчина говорил именно по-французски, но как только тот принес ему заказ и отошел, обратился к Насте на ее родном языке:

– Я от Сергея. Не делайте резких движений. Пейте пиво. На меня глядеть тоже не надо.

Настя оцепенела. Огромным усилием воли она поднесла ко рту кружку и погрузила губы в темную, сладковатую пену. Мужчина молча пил свое пиво и щелкал фисташки. Она все же скосила глаза в его сторону и напоролась на острый, оценивающий взгляд.

– Какие новости? – спросил он, глядя прямо на царапину у нее под глазом.

Настя почему-то густо покраснела и еле слышно прошептала:

– Никаких…

– Во сколько вас отпустили?

– Из полиции? – осведомилась она. – Не помню. Утром. А вы и это знаете?

– Еще бы не знать. Я лично всю ночь не спал, чтобы вас отпустили. Будете смеяться, но выпустили вас только по личной просьбе одного правительственного чиновника. Между прочим, потомственного дворянина. И большого хапуги, к олову. Это мне обошлось в кругленькую сумму.