Когда отступать некуда, дерутся насмерть - Малышева Анна Витальевна - Страница 32

Машина тронулась дальше. Ехали еще минут десять. За это время волосы у Насти высохли и распушились. Вокруг ее головы взлетело светлое облако. Парень поглядывал на нее с таким явным интересом, что она старалась совсем на него не смотреть. Правда, он больше не приставал. Остановил машину в каком-то странном квартале – Насте показалось, что жилых домов тут очень мало, зато много каких-то мелких фабрик или складов. Парень вышел и приказал Насте идти за ним. Они вошли в какой-то гараж, пересекли его, ее провожатый постучался в железную дверь в дальнем конце помещения. Им открыл Сергей.

– Быстрее заходите, – сказал он, даже не взглянув на них. И заговорил по-французски.

Настя вошла, и первой, кого она увидела, оказалась Лерка.

– О, боже ты мой, – только и выдавила потрясенная Настя, увидев ее лицо. Больше она ничего сказать не смогла.

Лера не ответила ни слова. Взглянула на подругу, как на пустое место, и снова уставилась в пустоту. Настя никак не могла понять, что в ней изменилось. Следов побоев она не заметила. Сильно напугана Лера, кажется, тоже не была. Но лицо у нее было такое белое, такое странное, что с первого взгляда стало понятно – с ней что-то не в порядке. Выглядела она так, будто умерла два дня назад.

– Сядь туда, не мешай. Настя! Тебе говорю! – окликнул Сергей.

Та послушно села, куда ей показали – в уголок, нестарую покрышку. Машинально коснулась рукой кармана пиджака – тут ли ножницы? Они были на месте. Настя продолжала изучать обстановку. Влада тут не было. Кроме Леры из знакомых лиц были только Сергей и парень в красном платочке. Присутствовал еще какой-то мужчина, очень полный, в черной рубашке с короткими рукавами и голубых брюках. «При такой фигуре мог бы одеться наоборот, – подумала Настя. – Прямо снеговик какой-то». Мужчина был русский, она это сразу узнала. Тот взглянул на нее и спросил:

– А эта та, подсадная?

– Скорее, подкидная, – ответил Сергей. – Она не в курсе дела.

Мужчина оглядел ее так пристально, что она невольно поджала под себя ноги. После этого он потерял к ней всякий интерес и повернулся к Лере:

– Где деньги, дорогая?

Та подняла на него замученные глаза:

– Деньги взял Влад. Вы сами ему отдали. Спрашивайте у него.

– Это очень хорошо, что ты их не брала, – заметил мужчина. – Плохо только, что его тут нет. Где же деньги?

– У Влада.

Настя быстро соображала. «Разделились, – думала она. – Влад умотал с деньгами, а ты, Лерочка, осталась на бобах! Так он и появится, чтобы тебя спасти! Плевал он на тебя! Найдет другую! Только бы меня-то отпустили, я-то здесь при чем?»

– А где твой Влад? – продолжал мужчина.

– Не знаю, – ровно ответила Лера.

Она обхватила себя за локти и сидела, слегка раскачиваясь взад-вперед. Она как будто говорила во сне, такое равнодушное у нее было лицо.

– Вы уехали вместе. Где расстались? В Грасе? В Драгиньяне? – допытывался толстяк. – Куда он поехал? В Марсель? В Ниццу? Аэропорты Лазурного Берега только в этих двух городах, ты это сама знаешь. В обоих аэропортах его сейчас ждут наши люди. На что ты рассчитывала, Шебеко?

– Я не знаю, куда он делся, – ответила Лера, – Мы расстались еще там, в деревне. Он уехал первым автобусом, а я – вторым.

– Чтобы замести следы, так? – вступил в беседу Сергей. – Где вы договорились встретиться? В Марселе? В гостинице, где ты была?

Лера усмехнулась, и это было первое движение, немного оживившее ее лицо:

– Там ведь тоже ваши люди. Пусть они его ждут. Зачем меня спрашивать?

– А ты бы все-таки лучше сказала, – почти ласково попросил Сергей.

– Я ничего не скажу.

«Какая дура! – про себя возмущалась Настя. – Он же ее бросит! Он же никогда не появится! Они же ее сейчас будут бить! А вдруг убивать?! А… Меня куда?» Она беспокойно зашевелилась на своей покрышке, и Сергей бросил в ее сторону:

– Сиди тихо. Так что, Лера, ты будешь говорить? Чего ты ждешь? Ты тут одна. Ты сама видишь, как просто мы тебя нашли. Дурочка… Если скрываешься, не стоит оставлять в гостинице данные своего паспорта. Могла бы переночевать в другом месте.

Она ему не ответила. Качалась взад-вперед, взад-вперед, как заводная игрушка. Глаза у нее были пустые.

– Тварь! – ругнулся толстяк. – Вы же никуда не денетесь! Лучше скажи, где он!

– Где товар? – перебил его Сергей. – Куда отгрузили товар? Я видел таможенные документы. Груз во Франции?

Лера, немного помедлив, кивнула.

– Значит, это не липа?

Еще один кивок. На этом она закончила свои признания. Настя сидела тихо, как мышь, придерживая рукой карман с ножницами. Она чувствовала себя, как на экзамене. Вот-вот ее должны вызвать к доске и спросить… А она не знает урока. Но пока за нее мучается другая двоечница – Лерка.

– Дорогая, тебе надо отвечать, – сказал толстяк. Он подошел к Лере так близко, что почти уткнулся животом ей в лицо. – Ты ведешь себя, как дура. А до этого вела себя, как сука. Продала мужа.

Теперь Настя не видела подругу – она была скрыта за широкой жирной спиной толстяка. Но она услышала ее голос – едва различимый:

– Это неправда.

Что – неправда? – издевательски переспросил толстяк. – Ты сдала мужа накануне нашей сделки. Он подготовил и отправил груз. Груз пересек границу. У него на руках были все документы. И тут ты его сдала. Ты специально подгадала к этому моменту? Неплохой кусок тебе светил, дорогая моя вдова! Да только ты – дура! Ни воровать, ни торговать не умеешь!

– Лера, – Сергей тоже подошел поближе к ней. – Ты пойми только одну вещь – полтора миллиона никуда не пропадают. Это не тысяча, это не десять тысяч. Полтора миллиона ты не спрячешь. Твой Влад попадется с ними завтра. Если не сегодня. Но тебе эти деньги уже не помогут, если не найдутся сейчас. Ты что творишь? Ты сама понимаешь, на что пошла? Откуда в тебе эта глупость? Отдай деньги или отдай товар. И больше нам не попадайся. Но отдать что-то тебе придется. Одно из двух.

– Где твой хахаль?

«О чем они говорят? – пыталась понять Настя. – Полтора миллиона чего? Неужели долларов? Груз оружия… Боже ты мой… Неужели об этом говорила Лерка, когда обещала, что станет очень богатой?! Но она же сумасшедшая!»

– Лера, где твой хахаль? – голос Сергея вдруг повысился, и вдруг он замахнулся и ударил. Также внезапно, как ударил недавно Настю. Настя тоже вздрогнула, будто били не подругу, а ее саму. Но Лера не издала ни звука.

– Кокаинистка проклятая! – Толстяк наклонился над девушкой. – Вытри сопли, шлюха! Где твой выблядок, сука…

Дальше Настя старалась не слушать. Ее достаточно потрясло слово «кокаинистка». Она не могла поверить, что оно относилось к Лере. Но Влад читал мне свой сценарий про Алису, которая нюхала кокаин… – вспомнила она. – А сейчас у Лерки такое лицо, что можно поверить…»

Она не видела, что делали с подругой. До нее донеслась серия быстрых, звонких шлепков. Сергей несколько раз замахивался, нагибался и разгибался, пока не отошел в сторону со словами:

– Нет, я этим не буду заниматься. Пусть это делает Али.

– Ладно, пусть Али… – Толстяк повернулся, и лицо у него было мерзкое – распаренное, блестящее от сала, проступившего сквозь поры.

Настя впервые поняла, что в этой комнате очень душно. Пахло бензином, потом, покрышками. Она увидела подругу. Та сидела, сильно нагнувшись вперед, на волосок от падения.

– Али! – Сергей заговорил с парнем, тот сделал шаг к Лере…

В дверь постучали.

Глава 8

Лера встрепенулась. Она с такой надеждой взглянула на дверь, что все это заметили. Сергей угрожающе повернулся к ней, потом положил руку на плечо Али и о чем-то тихо, но очень внушительно спросил. Парень помотал головой, прижав руки к голой груди.

– «Хвоста» привели? – еле слышно спросил толстяк.

– Али говорит – нет, – ответил Сергей. – Сейчас разберемся.

Он слегка подтолкнул парня к двери, и тот покорно приблизился к ней, прислушался и запустил руку под куртку. Настя увидела уже знакомый ей пистолет – тот самый, из которого застрелили собаку.« Если тут что-то начнется, куда мне прятаться? – быстро соображала она. – Кроме покрышек и старых тряпок, ничего нет».